Инна отдала бабушке все деньги, что накопила на учебу. И та сказала:
– Пока работай. А мы тут с дедом сами тебя пристроим на эти курсы, а потом скажем о том, что тебе пора рассчитаться и начинать учиться, только серьезно учиться, у не так, как в университете когда-то.
– Бабуля, я это давно уже поняла, поэтому и решила, что эти курсы будут единственно правильным и не слишком дорогостоящим вариантом для получения, как мне кажется, самой подходящей для меня профессии.
Ирина работала, стараясь угодить новому директору, который, как ей казалось, и не собирался ее увольнять. И это было удивительно, было ведь видно, что он относится к ней с каким-то предубеждением, как будто она прокаженная. Но она решила, что отработает этот месяц, и уйдет.
– Я же все равно отдам свой долг бабушке, только чуть позже.
И вот настал день, когда она решила подать заявление, ведь бабушка наконец-то оплатила ей курсы и позвонила, чтобы узнать, когда же она начнет их посещать, занятия были индивидуальными и можно было начать их в любое время да и график занятий можно было регулировать. И Инна, наконец, подала заявление об уходе.
Матвей Павлович глянул на нее, на ее заявление, и как будто испугался.
– Это слишком неожиданно, Инна, вам придется отработать две недели, пока я не найду кого-либо на ваше место. Вы же понимаете это в один день не делается.
– Да, конечно, я поняла.
Инна с удивлением увидела его растерянность, такую естественную, что она даже не сомневалась в ней.
А Матвей, за те почти три месяца, что находился в новой должности, забыв про прошлое, снова попал под обаяние Инны, оправдывая прошлые обиды и ее молодостью, и женским кокетством, и прочими женскими хитростями. Но сейчас он всего этого не видел, решив, что Инна никаких чувств к нему не испытывает. И ему надо просто забыть это вновь появившееся наваждение.
– А ведь странно, она не каким хитростям и не прибегала, она просто работала, а работу свою она знает хорошо, в этом я убедился,– думала он, и никаких претензий к ней у меня не было.
Матвей, наконец, уверился, что Инна его не помнила.
– Да, прошло не так уж и много времени, но она, вероятно, не только меня лично вычеркнула из своей памяти, но и все то, что было связано с учебой в университете. Уничтожила, стерла все студенческое прошлое, ведь это было позорным пятном в ее жизни.
Но это его открытие ничего не меняло, его по-прежнему тянуло к ней. Вскоре он нечаянно узнал причину ее ухода, и решил, что в принципе она права:
– Работая секретаршей она ничего в жизни не добьется, это она прекрасно понимает.
Правда и по поводу парикмахеров он также думал, но это было ее решение, ей было виднее.
– А вдруг это именно и есть ее предназначение, а секретарша – это так, временное пристанище, – убеждал он себя в правильности выбора Инны профессии парикмахера.
Матвей решил все же перед ее уходом выяснить то, что его все время мучило: помнит ли его Инна, или просто скрывает от него факт из знакомства в прошлом. И Матвей в ближайшую субботу пригласил ее в ресторан, сказав, что ему очень нужно знать на будущее о том, как должен вести себя руководитель по отношению к подчиненному. В частности он хотел спросить ушла ли она потому, что он ее слишком контролировал, или была другая причина. Он очень хотел выяснить и свою роль в ее решении уволиться. Но пока он не узнает о том, помнит ли она его, это будет бестолковый разговор.
И вот они сидят в кафе, он видел, что мужчины заглядываются на нее и Матвей был почему-то рад этому. Ему уже рассказали, что Инна живет совершенно одна, что отец ее умер, а мать снова вышла замуж. Это все, что он о ней узнал. Матвей поступил в университет после армии, поэтому был старше. Но сейчас чувствовал себя тем самым неоперившимся юнцом-студентом, как тогда, в университете. Он ее почему-то сразу же в первый день работы стал называть на “ты”. Вот и тут он спросил ее:
– Инна, ты меня помнишь? Ответь мне сначала на этот вопрос, он меня мучает с самого первого дня моей работы.
– Вас? – удивленно воскликнула Инга, и как-то подозрительно посмотрела на него, – нет, я не помню, чтобы мы с вами когда-либо встречались, вы что-то путаете, Матвей Павлович.
– Нет, Инна, я не путаю. Представь, что я не директор, а просто Матвей Свиридов.
Инна с минуту посидела молча, посмотрела на него внимательно:
– Нет, он, конечно, не красавчик, но умный парень, способный. Кому-то здорово повезет, – думала она, – но явно не мне, я его знать не знаю, – подумала она, но вслух сказала, – нет, я точно с вами не знакома, – медленно и четко произнесла Инна, – и даже представить не могу, где бы я могла с вами познакомиться. Но скажу честно, когда я вас впервые увидела, то все же подумала о том, что когда-то вас видела. Но, где именно видела, я, к сожалению, не могу припомнить, не могу. А у вас тоже появлялись такие ощущения, что мы когда-то встречались?
– У меня нет таких ощущений, ведь я точно знаю, что мы с тобой общались некоторое время. И могу рассказать именно тот самый момент с твоим в нем присутствием, который, как я думаю, и решил мою дальнейшую судьбу. Наверное поэтому я и попал я именно сюда, и именно до того, как ты вдруг собралась увольняться.
Инна всегда удивлялась, почему он так бесцеремонно называл ее на “ты”, хотя всех остальных величал на “вы”. И сейчас Матвей ей и расскажет именно о причине такого панибратства.
– Слушаю вас, Матвей Павлович, со всем вниманием слушаю, – с легким волнением произнесла Инна.
И вот он начал свой рассказ с того момента, как некогда красивая, но не очень воспитанная девушка, в которую он был без памяти влюблен, оскорбила его на виду почти всей их группы, назвав его нищебродом.
– Вот тогда я и решил, что докажу ей обратное, и добьюсь в своей жизни всего самостоятельно. Ведь я сирота. И я добился для себя всего сам. Но не знал, где же мне искать эту девушку, чтобы сказать ей об этом. И вот недавно судьба распорядилась свести нас с тобой, Инна. Все эти годы я тебя любил и презирал одновременно, как мне тогда казалось. Увидев же тебя первый раз в приемной, я вдруг понял, что моя любовь к тебе только спала где-то там, внутри меня. Я забыл про оскорбление, про то что ты легкомысленная, не очень умная, да и наверняка так и не получила никакой профессии, раз работаешь секретаршей. И наяву это оказалось именно так. К тому же я думал, что ты меня узнала. И просто притворяешься, чтобы я тебя не уволил.
– Вскоре же я вдруг понял, что там, в университете, для тебя я был просто влюбленным мальчиком, который еще раз доказал тебе, как ты неотразима. Тогда, в университете, для того чтобы просто забыть тебя, я решил стать именно таким, которые тебе нравились. Это тоже было как-то по-детски глупо, и я решил если не тебе, так себе доказать это. Да, теперь я не нищеброд, а вполне успешный человек, добившийся всего сам. Я был уверен, что ты давно замужем, что твой муж если и не миллионер, то достаточно богатый человек, чтобы содержать такую красотку, как ты. А тут оказывается, что ты…
– Да-да, – вскричала Инна, – я всего-навсего глупая, необразованная секретарша. Ну и что, это моя жизнь. Как хочу так и живу. Это совсем не ваше дело, Матвей Павлович.
– А может просто Матвей? Я всего-то на два года старше тебя, ты только не злись, и не плачь, плакать будешь дома. А теперь расскажи почему ты увольняешься?
– Я иду учиться на курсы парикмахеров, и буду работать сама на себя.
– А ты уверена что у тебя получится?
– Да, я еще в школе даже своих подруг стригла и делала им прически. Девочкам моим это всегда нравилось. Вот и вспомнила я однажды свое увлечение и решила, что секретаршей я буду работать совсем недолго А вот парикмахером могу работать даже выйдя на пенсию.
– Резонно,– произнес Матвей, может это и есть твоя профессия? Скорее всего Инна, ты давно к этому шла, а в университете поняла, что это не твое, и все произошло само собой, ты просто не захотела делать то, что, скорее всего тебя заставляли делать твои родители. Как ты думаешь, такое возможно?
– Не знаю, но я в последнее время только и думаю об этих курсах. Бабушка уже все организационные вопросы решила, сказав, чтобы я пока работала, но я чувствую, что все, я больше не хочу работать. Так что, Матвей Павлович, ищите другую секретаршу. Заявление я уже подала, если вы найдете новую секретаршу раньше, то я тут же уйду.
– Жаль, у нас с тобой был отличный “дуэт”, ты не находишь?
Но Инна только пожала плечами. А потом Матвей напросился проводить ее до дома, сказав, что он очень расстроился, узнав о ее желании уйти, и что домой идти не хочется.
– Дома каждый раз одно и то же, ведь меня там всегда ждут только тишина и одиночество.
– Так жениться надо.
– Пока не на ком, – усмехнулся он, обводя взглядом двор, где и стоял четырехэтажный, но очень симпатичный домик, в котором и жила Инна.
– Ну а номер квартиры я завтра же выясню в ее личном деле, – решил Матвей и распрощался.
А Инна быстро забежала в свой подъезд и тут же заплакала, ей вдруг стало жалко себя:
– Ну почему, почему у меня в жизни все кувырком идет? – стонала она.
И уже дома она долго лежала ничком на диване и тихонько плакала. А наплакавшись и успокоившись, позвонила бабушке и доложила ей:
– Ну вот и все, бабуля, я уже написала заявление, и если мне найдут замену раньше, то я тогда тебе сразу позвоню.
Уважаемые читатели, большое спасибо за ваше внимание, лайки, комментарии и подписку! Счастья вам!
Читайте также на моем канале: