Три дня
Я стояла на кухне, когда сестра Ольга вошла с папкой документов. Лицо жёсткое, губы сжаты.
— У тебя три дня, чтобы собрать вещи, — сказала она холодно. — Эта квартира — не твоя!
Я замерла с чашкой в руке.
— Что?..
— Ты всё прекрасно слышала. — Ольга швырнула папку на стол. — Мама умерла месяц назад. Завещания нет. По закону квартира делится между наследниками. Я единственная наследница.
— Как единственная?! Я тоже дочь!
— Ты? — Ольга усмехнулась. — Ты тридцать лет жила здесь на правах квартирантки. Маме помогала? Нет. Деньги приносила? Нет. Сидела на её шее до пятидесяти двух лет!
— Я работаю! Я учительница!
— Учительница... — Ольга фыркнула. — На свои копейки ты бы даже комнату не сняла. А тут жила бесплатно, пока мама терпела.
Я опустилась на стул.
— Оля, это мамина квартира. Мы обе здесь выросли.
— Выросли. Но я маме помогала. Я деньги давала на лекарства, на ремонт, на еду. А ты? Ты только жрала и спала!
Слова били, как пощёчины.
— Ольга, я ухаживала за мамой последние три года! Сидела с ней, когда она болела!
— Потому что больше делать было нечего! — Ольга повысила голос. — Ты всю жизнь неудачница! Ни мужа, ни детей, ни своего жилья! Паразитка!
Я встала.
— Убирайся.
— Это ты убирайся! Через три дня! Иначе вызову полицию и выселю принудительно!
Ольга схватила папку и вышла. Дверь хлопнула.
Я села на пол. Не могла дышать.
Тридцать лет я прожила в этой квартире. И теперь меня выгоняют.
Когда умирают родители, дети иногда показывают своё истинное лицо.
Тридцать лет назад
Мы с Ольгой родились с разницей в три года. Она старшая, я младшая. Отец ушёл, когда мне было пять. Мама растила нас одна.
Ольга всегда была успешной. Училась на отлично, поступила в престижный вуз, вышла замуж за бизнесмена. Родила двоих детей. Жила в собственном коттедже.
Я была другой. Училась средне, поступила в педагогический. Вышла замуж в двадцать пять, развелась через год. Детей не было. Снимала комнату в коммуналке, еле сводила концы с концами.
В тридцать лет я потеряла работу. Директор школы уволил меня из-за сокращения штата. Новую работу найти не могла — везде требовали молодых.
Деньги кончились. Хозяйка выгнала меня из комнаты за долги.
Я пришла к маме:
— Можно пожить у тебя? Временно. Пока не найду работу.
Мама согласилась. Ольга была против:
— Мама, не пускай её! Она тебе на шею сядет!
— Ольга, это твоя сестра. Ей некуда идти.
— Пусть сама крутится! Я в её годы уже замужем была и детей растила!
Но мама меня пустила.
«Временно» растянулось на тридцать лет.
Я нашла работу через полгода. Учительница математики в районной школе. Зарплата маленькая — на съём квартиры не хватало. Мама говорила:
— Живи, Наташа. Что тебе на улицу идти?
Я жила. Платила за коммуналку, покупала еду. Но квартира оставалась маминой.
Ольга приезжала раз в месяц. Привозила продукты, деньги. Говорила маме:
— Выгони Наташку. Она паразит. Тебе тяжело с ней.
Мама защищала меня:
— Наташа помогает. Убирает, готовит.
— Она должна! За бесплатное жильё!
Так прошло тридцать лет. Ольга помогала деньгами. Я помогала уходом, бытом.
Последние три года
Три года назад у мамы случился инсульт. Частично парализовало левую сторону. Она не могла ходить, с трудом говорила.
Ольга наняла сиделку. Приходила два раза в неделю по три часа. Платила пятнадцать тысяч в месяц.
— Этого достаточно, — говорила она. — Остальное время ты, Наташа, справляйся.
Я справлялась. Вставала в шесть утра, кормила маму, мыла, одевала. Потом шла на работу. Возвращалась в три часа дня. Снова кормила, гуляла с мамой на коляске, меняла памперсы, давала лекарства.
Ночью мама часто просыпалась. Звала меня. Я вставала по пять раз за ночь.
Ольга приезжала по выходным. Сидела час, разговаривала с мамой. Потом уезжала.
— Ты молодец, Наташка, — говорила она иногда. — Хорошо ухаживаешь.
Я не отвечала. Понимала — она просто снимает с себя ответственность. Платит деньгами, а я плачу временем, силами, здоровьем.
Месяц назад мама умерла. Тихо, во сне. Я нашла её утром — холодную, неподвижную.
Плакала три дня. Мама была моим единственным близким человеком. Единственным, кто меня любил.
Ольга на похоронах была сдержанной. Не плакала. Организовала всё чётко — гроб, поминки, памятник.
После похорон сказала:
— Через месяц начнём делить наследство.
Я кивнула. Не думала об этом.
А через месяц Ольга пришла и заявила, что квартира не моя.
Документы
Я пошла к нотариусу. Молодая женщина, строгая.
— Я хочу узнать про наследство. Мама умерла месяц назад. Квартира на её имя.
Нотариус посмотрела в базе данных:
— Завещания нет. Значит, наследство по закону. Кто наследники первой очереди?
— Двое дочерей. Я и моя сестра.
— Тогда квартира делится пополам.
Я выдохнула.
— То есть у меня есть право на половину?
— Да. Если нет других наследников и завещания.
Я вернулась домой окрылённая. Позвонила Ольге:
— Я была у нотариуса. Квартира делится пополам!
— Нет, — ответила Ольга холодно. — Квартира моя полностью.
— Как твоя?! Нотариус сказал...
— Нотариус не знает всей правды. — Ольга помолчала. — Приезжай завтра. Покажу документы.
На следующий день я приехала к Ольге. Она жила в трёхэтажном коттедже за городом. Встретила меня в кабинете.
— Садись. — Она положила на стол папку. — Читай.
Я открыла папку. Внутри договор дарения. От мамы Ольге. Дата — пять лет назад.
— Что это?
— Договор дарения. Мама подарила мне квартиру пять лет назад. Официально. Заверено нотариусом.
Я перечитала документ. Всё правильно. Подпись мамы, печать нотариуса.
— Это невозможно...
— Очень даже возможно. — Ольга откинулась на спинку кресла. — Пять лет назад мама решила оформить квартиру на меня. Я же помогала ей финансово. Платила за лечение, за лекарства. А ты сидела на её шее.
— Мама мне ничего не говорила...
— Потому что знала — ты устроишь скандал. Мама была мягкой. Не хотела тебя расстраивать. Оформила дарение тихо.
Я смотрела на документ. Не верила.
— Значит, квартира твоя?
— Да. Полностью. Юридически она моя уже пять лет. Мама жила в ней по моему разрешению. Ты тоже.
— А теперь ты меня выгоняешь?
— Да. — Ольга посмотрела на меня жёстко. — Ты тридцать лет сидела на маминой шее. Теперь хватит. Я не буду тебя содержать.
Я встала. Взяла папку.
— Можно копию?
— Бери оригинал. Мне не нужен. У меня есть свидетельство о собственности.
Я вышла из коттеджа. Села в машину такси.
Всё кончено. Я осталась без крова.
Иногда люди, которым ты отдал годы жизни, платят тебе предательством.
Старые письма
Я вернулась в квартиру. Начала собирать вещи. Плакала, перебирая фотографии, книги, одежду.
Тридцать лет здесь. И теперь уходить.
Разбирая мамин шкаф, нашла коробку. Старую, картонную. Открыла. Внутри письма.
Достала одно. Узнала почерк мамы.
«Наташенька, доченька моя. Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет.
Хочу, чтобы ты знала правду.
Пять лет назад Ольга заставила меня подписать договор дарения. Сказала: если не подпишу, перестанет давать деньги на лекарства. Я болела, нужны были дорогие препараты. Ты не могла помочь — зарплата учительская копейки.
Я подписала договор. Но с условием. Ольга обещала, что ты сможешь жить в квартире до конца своих дней. Что она не выгонит тебя.
Я поверила ей. Думала, что сестра не предаст сестру.
Если Ольга нарушила обещание, если она выгоняет тебя — прости меня, доченька. Я не хотела так.
В коробке лежит ещё один документ. Завещание. Я написала его тайно, через другого нотариуса, через год после дарения. Понимала, что Ольга может обмануть.
Завещание на тебя. На долю в квартире, которую я могла завещать. Да, формально квартира Ольгина. Но по закону ты имеешь право на обязательную долю как иждивенец.
Иди к нотариусу. Покажи это завещание. Оспорь дарение. Докажи, что оно было совершено под давлением.
Не давай Ольге себя выгнать. Ты моя дочь. Ты имеешь право на дом.
Люблю тебя. Прости, что не смогла защитить при жизни. Мама.»
Я дочитала письмо. Руки дрожали. Достала из коробки второй конверт. Завещание. Написанное от руки, заверенное нотариусом.
Мама защитила меня. Даже после смерти.
В суде
Я подала иск в суд. Требовала признать договор дарения недействительным. Основание — совершён под давлением, с угрозами прекратить финансовую помощь.
Представила доказательства:
- Письмо мамы
- Завещание
- Медицинские справки о состоянии мамы пять лет назад (тяжёлая болезнь, зависимость от дорогих лекарств)
- Показания соседей (слышали, как Ольга угрожала маме)
Ольга нанял адвоката. Отрицала всё:
— Никакого давления не было! Мама сама хотела подарить мне квартиру!
— Тогда почему написала письмо? — спросил судья. — Почему составила завещание через год?
— Не знаю. Может, Наталья подделала письмо.
Провели экспертизу. Письмо подлинное. Почерк мамы, её подпись.
Соседи подтвердили — слышали, как Ольга кричала на маму:
— Если не подпишешь дарение, ни копейки больше не дам! Будешь сдыхать без лекарств!
Суд длился три месяца. В конце судья вынес решение:
— Признать договор дарения недействительным. Причина — совершён под психологическим давлением, с использованием тяжёлого состояния здоровья дарителя и её материальной зависимости.
Квартира вернулась в наследственную массу. Поделили пополам. Мне — половина, Ольге — половина.
Ольга вышла из зала суда бледная, сжав кулаки.
— Ты это ещё пожалеешь, — бросила она мне.
— Не я должна жалеть, — ответила я спокойно. — А ты. Ты предала маму. Нарушила обещание. И думала, что сойдёт тебе с рук.
Ольга развернулась и ушла.
Два года спустя
Квартиру мы продали. Ольга настояла — не хотела, чтобы я продолжала в ней жить. Я согласилась. Устала от конфликтов.
Поделили деньги. На свою часть я купила однушку на окраине. Маленькую, но свою.
Ольга больше не звонит. Не приезжает. Мы чужие люди.
Дети её иногда пишут. Спрашивают, как дела. Я отвечаю коротко. Они не виноваты в поступках матери.
Работаю. Преподаю математику в школе. Дают дополнительные часы — на пенсию откладываю.
Иногда думаю о маме. О том, как она защитила меня даже после смерти. Написала письмо, составила завещание, собрала доказательства.
Она знала, что Ольга меня предаст. И подстраховалась.
И я боролась. Не за деньги. За справедливость.
За то, чтобы Ольга поняла — нельзя так с людьми.
Даже если они тридцать лет жили у мамы.
Потому что я не паразитка.
Я дочь, которая ухаживала за мамой три года. Бессонными ночами. Не за деньги. За любовь.
А Ольга платила деньгами. Думала, что этого достаточно.
Оказалось — нет.
А как считаете вы — кто больше помогает родителям: тот, кто даёт деньги, или тот, кто ухаживает? Имела ли право сестра на квартиру? Делитесь мнениями в комментариях!
Если вам понравилось — ставьте лайк и поделитесь в соцсетях с помощью стрелки. С уважением, @Алекс Котов.