— Слушай, Андрюха, мне кажется, или твоя сестра меня терпеть не может? — Катя отложила половник и повернулась к мужу.
Андрей, не отрываясь от газеты, пробормотал что-то невразумительное. За три года брака Катя научилась понимать: это означало "да, но я не хочу об этом говорить".
— Серьёзно, сегодня она опять с этими своими намёками, — Катя вернулась к кастрюле, сильнее, чем требовалось, помешивая суп. — "Ой, а у вас ещё детей нет? Андрюше уже тридцать пять, пора бы!" А когда я сказала, что мы пока не планируем, она так на меня посмотрела... будто я преступница какая-то.
Андрей вздохнул и закрыл газету.
— Катюш, ну Светка у нас такая. Всегда была. Помнишь, как она в первый раз к нам приехала?
Как же Катя помнила. Полтора года назад, когда они с Андреем только-только въехали в эту квартиру. Светлана приехала "на денёк", а осталась на неделю. Каждое утро начиналось с её комментариев: "У вас вода из крана какая-то не такая", "Зачем вы купили такой диван? Он же непрактичный", "Андрюш, ты раньше любил другой кофе".
— Знаешь, мама вчера опять звонила, — Спрашивала, как у нас дела.
— И что ты ответил?
— Что всё хорошо. А она... — он замялся.
— Говори уже.
— Сказала, что Светка переживает. Мол, мы с тобой какие-то отстранённые стали, редко приезжаем к ним на дачу.
Катя резко положила половник на стол.
— Андрей, мы были там три недели назад! Я весь день таскала вёдра с огорода, пока твоя сестра объясняла мне, как правильно мыть помидоры. Помидоры, Андрей! У меня квартира в центре города, я работаю архитектором, но, оказывается, я не умею мыть овощи!
— Катюха...
— Нет, подожди. Помнишь, как она сказала тогда? "Мой брат тебе не пара. Он привык к другому уровню". Другому уровню! Мы же познакомились в библиотеке, где оба искали одну и ту же книгу по истории архитектуры. Ты работаешь инженером, я — архитектор. Какой там, к чёрту, уровень?
Андрей встал, подошёл к жене и обнял её со спины.
— Она не это имела в виду.
— А что тогда?
— Понятия не имею. Светка всегда была... сложной. После развода особенно.
Катя обернулась.
— Андрюш, я правда стараюсь её понять. Знаю, что ей тяжело далось расставание с Игорем. Знаю, что сын остался с ним. Но это же не значит, что она должна постоянно указывать мне, как жить!
Через месяц Светлана снова объявилась. На этот раз с чемоданом и заплаканными глазами.
— Андрюшенька, можно я у вас недельку поживу? — всхлипнула она на пороге. — Мне совсем плохо стало.
Андрей, конечно, согласился. Катя промолчала, но про себя подумала: "Недельку — это у неё минимум три".
Первые дни Светлана действительно выглядела разбитой. Сидела на балконе, курила — хотя раньше никогда не курила — и смотрела в одну точку. Катя даже забыла все обиды. Варила ей бульоны, покупала любимые пирожные.
— Спасибо, — тихо сказала Светлана однажды вечером. — Прости, что я такая... обуза.
— Ты не обуза, — ответила Катя. — Мы семья.
Светлана криво улыбнулась.
— Семья... Знаешь, я тогда, когда вы только поженились, думала, что ты за деньги к нему пошла.
Катя опешила.
— У Андрея нет денег. Точнее, есть нормальная зарплата, но не такая, чтобы...
— Вот именно, — перебила Светлана. — Я потом поняла. Ты его и правда любишь. А я думала... ну, он же такой простой. Не эффектный, не богатый. Зачем ты за него?
— Светлан, — Катя присела рядом, — а зачем вообще выходят замуж?
— Не знаю уже, — та затушила сигарету. — Я вышла за Игоря, потому что он был красивый, успешный. Все подруги завидовали. А потом оказалось, что жить с ним невозможно. Он работал по шестнадцать часов, сын его не видел. Я превратилась в прислугу в собственном доме.
Катя молчала. Впервые Светлана говорила с ней как с равной.
— Знаешь, когда я говорила, что ты Андрюхе не пара, — продолжила та, — я не про тебя думала. Про него. Что он тебе не подходит. Слишком обычный для такой, как ты. У тебя же своя квартира была, интересная работа. Зачем тебе этот простак?
— Он не простак, — спокойно возразила Катя. — Он добрый. Честный. С ним легко.
— Вот именно, — Светлана усмехнулась. — Я всю жизнь искала трудного, чтобы было что завоёвывать. А ты взяла и выбрала лёгкое. И оказалась права.
Разговор тогда не продолжился. Андрей вернулся с работы, и Светлана снова натянула маску раздражённой золовки.
Но что-то изменилось. Катя стала замечать: когда Светлана делала свои язвительные замечания, в глазах у неё мелькало что-то похожее на зависть.
"Андрюша, ну что за бардак на кухне?" — говорила она, но при этом смотрела на то, как брат обнимает жену, проходя мимо.
"Катя, ты опять забыла закрыть балконную дверь!" — но голос звучал уже не так резко.
Через две недели Светлана собрала вещи.
— Пора мне, наверное, — сказала она. — Надоела уже небось.
— Да брось, оставайся ещё, — Андрей был искренен.
— Нет, правда пора. Мне квартиру показывать будут, может, сниму что-то поближе к работе.
Она уже была в дверях, когда обернулась.
— Катюха, можно тебя на минутку?
Они вышли в подъезд.
— Слушай, я хотела... — Светлана запнулась. — В общем, прости. За всё. Я правда была стервой.
— Светлан...
— Подожди. Дай договорю. Я смотрела на вас эти две недели. Как вы... не знаю... живёте. По утрам вместе кофе пьёте, болтаете о всякой ерунде. Ты ему за носки разбросанные не выговариваешь, а просто молча собираешь. Он тебе цветы покупает не по праздникам, а просто так. У вас этот... уют. Понимаешь?
Катя кивнула.
— Я десять лет с Игорем прожила и ни разу не чувствовала того, что вы за пять минут разговора на кухне переживаете. Мне казалось, что любовь — это страсть, драма, выяснения отношений. А у вас тишина какая-то. И в этой тишине больше любви, чем во всех моих скандалах.
— Ты просто не с тем человеком была, — тихо сказала Катя.
— Вот именно, — Светлана вытерла глаза. — Когда я говорила, что Андрюха тебе не пара, я имела в виду, что ты для него слишком хороша. А оказалось наоборот. Это я всю жизнь выбирала не тех. А ты... ты сразу поняла, что нужно.
Они помолчали.
— Знаешь, я вот тут решила, — Светлана достала сигарету, но не закурила, просто покрутила в пальцах, — пойду на курсы. Психолог посоветовала. Говорит, надо научиться быть одной, прежде чем искать кого-то нового.
— Правильно, — Катя улыбнулась.
— И ещё... можно я буду иногда приезжать? Просто так, в гости. Без нотаций и указаний.
— Конечно.
Они обнялись. Первый раз за всё время знакомства по-настоящему.
Когда Светлана уехала, Андрей обнял жену.
— О чём вы там разговаривали?
— О жизни, — Катя прижалась к нему. — Знаешь, твоя сестра не такая уж и плохая.
— Всегда так говорил.
— Она просто несчастная. И от этого злая была.
Андрей обнял её.
— Ты у меня добрая слишком.
— Не добрая, — возразила Катя. — Просто понимающая. Она всю жизнь искала принца, а счастье оказалось в простоте.
— Это ты меня простым назвала? — с деланной обидой спросил Андрей.
— Простым в хорошем смысле. Понятным. Надёжным.
Через месяц Светлана действительно сняла квартиру. Маленькую однушку на окраине. Приезжала к ним теперь раз в две недели, и каждый раз привозила что-то — то пирог, то цветы.
Больше не критиковала, не давала советов. Просто сидела на кухне, пила чай и разговаривала. О работе, о сериалах, о планах.
А однажды призналась:
— Знаете, я, кажется, понимаю теперь, что такое счастье. Это когда тебе не нужно доказывать, что ты чего-то стоишь. Ни себе, ни другим.
Катя и Андрей переглянулись. Светлана улыбнулась.
— Спасибо вам. Правда. Вы меня научили главному: иногда самое лучшее — это самое обычное.