В предыдущей части:
Как только Сэм приблизился к дому, его оглушил вопль гитар и барабанов – Pink Floyd, The Great Gig in the Sky, гремела из колонок на полную мощность.
— Вот черт, – подумал Сэм. Только бы соседи не начали бучу. Они и так ворчали из-за репетиций "Скоттсо".
Внутри дома его встретил Дин, расслабленно развалившийся в кресле. Спинка откинута, подставка для ног поднята – полная нирвана. Дин дирижировал правой рукой под соло Клэр Торри, а левой задумчиво перелистывал страницы старого отцовского дневника. Вокруг, как после взрыва, валялись виниловые пластинки.
- Что-нибудь нарыл? —спросил Сэм, перекрикивая вокал.
Дин выпрямился в кресле. Нашёл кое-что. Но ничего хорошего, братец.
Сэму не понравилось это ничего хорошего. - Стой, дай хоть кофе хлебнуть, потом выкладывай.
Дин ухмыльнулся и протянул ему кружку со стола. - Только заварил. Бери.
- Спасибо, – Сэм направился на кухню, где выудил из шкафа другую кружку – белую, с дурацким трилистником и надписью: «Поцелуй меня, я – ирландец!» Надпись показалась ему нелепой, учитывая, что имя Манфред Афири звучало не как потомок друидов, а скорее, как... ну, как Манфред Афири.
Когда Сэм вернулся в гостиную с дымящейся кружкой, Дин как раз ставил «Dark Side of the Moon» на проигрыватель.
- Так что там у тебя? – Сэм сел в кресло напротив.
Дин бережно опустил иглу, и в комнате эхом разнеслось вступление "Money". Сэм терпеливо ждал, пока с лица Дина сползёт блаженная улыбка, а пальцы перестанут отбивать ритм кассового аппарата. Наконец, его терпение лопнуло.
- Дин, может, ты слишком занят?
- А, эй, прости, – сказал Дин, продолжая покачивать головой в такт. - Короче, вычитал в записях отца какой-то ритуал, но он какой-то... мутный.
Он откинулся в кресле и потряс над головой потрёпанным кожаным блокнотом, исписанным каракулями и набитым газетными вырезками.
С тех пор, как Джон Винчестер столкнулся с демоном, убившим его жену, его жизнь была подчинена одной цели: месть Желтоглазому. Дневник он оставил сыновьям, как эстафету, как руководство к действию. Больше он не оставил почти ничего.
Сэм уже давно мечтал о том, чтобы оцифровать этот хаос, перевести все записи в электронный вид, систематизировать, расставить ссылки. Тогда можно было бы искать нужную информацию, не перебирая пожелтевшие вырезки и наспех набросанные схемы, а с помощью простого поиска. Но времени катастрофически не хватало, и Сэм едва продвинулся дальше идеи. Только на сканирование и распознавание текста ушли бы месяцы.
- Ну и где этот ритуал? – спросил Сэм.
- На последних страницах.
Сэм нахмурился. В конце дневника отец обычно записывал ритуалы, которые не работали, и монстров, которых никогда не существовало. Дин листал страницы.
- Слыхал про чувака по имени Персиваль Сэмюэлс?
- Не припоминаю, – Сэм покачал головой.
Жил где-то на рубеже веков. Медиум... и, по совместительству, псих, даже по меркам той эпохи.
- И насколько он был безумен?
Дин ухмыльнулся. - Алистер Кроули считал его чокнутым. Думаю, у этого парня явно были тараканы в голове.
- И что с ним? Господи, Дин, медиумов тогда было как грязи, и большинство из них – шарлатаны.
- Возможно, но у него была своя… изюминка, – Дин наконец нашел нужную страницу и протянул дневник брату. Он продавал заклинание воскрешения. Якобы возвращал родных и близких с того света.
Сэм взял дневник и начал читать описание ритуала.
- Точно начертите печать. В центре – Истинная Душа воскрешенного. Четыре внешние точки – воссоздание Событий Великой Важности и Силы в четырех временных отрезках: полнолуние, последняя четверть луны, новолуние и первая четверть луны. Когда четыре шага будут завершены, воскрешенный вернется к жизни, – Сэм поднял глаза. Что-то знакомое, но бессмысленное.
- Да, но это просто чушь. Сэмюэлс впарил свое заклинание кучке доверчивых простаков, оно не сработало, его арестовали, и он покончил с собой в тюрьме.
- Сэм нахмурился. То есть, оно точно не работает?
- Вроде того, – Дин пожал плечами. -Сэмюэлс утверждал, что вычитал ритуал где-то на Дальнем Востоке, у народов хиндустани.
- Хиндустани – это язык, а не народ.
- Ага. И даже если он имел в виду индуизм, то ритуал с этой религией вообще никак не связан. Короче, чувак просто сочинил какую-то экзотическую ахинею. Помнишь, это было время увлечения Востоком? Колонизация Индии, первые контакты с Японией и Китаем...
Сэм усмехнулся. - А я думал, ты на уроках истории спал.
- Не в одиннадцатом классе, – Дин приподнял уголок рта – всегда так делал, когда речь заходила о женщинах. - У нас была мисс Моджолевски. Очень даже ничего.
- Кто бы сомневался, – пробормотал Сэм. - Погоди секунду.
Он выскочил на улицу к Импале и вернулся с картой Бронкса. Сэм окинул взглядом кофейный столик, заваленный всякой всячиной, покачал головой и, отодвинув в сторону пластинки, уселся прямо на красный ковер. Достал из кармана ручку и отметил на карте коттедж По, затем стёр отметку и поставил другую – там, где, по словам Энтони, дом находился раньше.
- «А что там такое через дорогу?» —спросил Дин.
Сэм вкратце объяснил ситуацию и поставил отметки на углу Вебб-авеню и Вест-стрит, 195, и на Камбреленг-авеню между Ист-стрит, 188 и 189.
Дин подошел и сел рядом с братом. Соединив три точки, Сэм получил часть той самой печати.
- Прямо в яблочко, – пробормотал Дин. На месте коттеджа... в смысле, там, где он стоял изначально, находится сосредоточие Истинной Души, а места воссоздания Событий Великой Важности мы уже выяснили.
Сэм продолжил чертить ручкой, завершая печать.
- Точно. Ничто не сравнится по силе с заклинанием, забирающим жизнь, – он выпрямился. Итак, если мы правы, следующее убийство произойдет в понедельник либо на углу Фордхэм-роуд и бульвара Мартина Лютера Кинга-младшего, либо на Вебстере-авеню к югу от бульвара Бедфорд-Парк, – он тяжело вздохнул. Нам осталось выяснить, кто этим занимается.
Дин встал и подошел к ноутбуку. - Возможно, подозреваемого номер один ты уже нашел, – он нажал пробел, чтобы вывести компьютер из спящего режима, и на экране появился найденный утром сайт.
- Что-нибудь полезное? – спросил Сэм, поднимаясь с пола и садясь рядом с ним.
- Типа того, – ответил Дин, открывая информацию о сайте.
Среди прочих данных была и фотография разработчика сайта, Артура Гордона Пима: огромный нос, маленькие глазки-бусинки, тонкие губы, подбородок с ямочкой и редкие каштановые волосы.
- Чувак серьезно помешан на По, даже фамилию сменил. Пим – это же персонаж из его романа. Кажется, для этого Пима нет большего счастья, чем встретиться со своим героем... А мы теперь ломаем голову над его бредовыми мотивами.
В голове у Сэма что-то щелкнуло.
- Боже мой!
- Что? Знаешь этого чудика?
- Нет, но… – Сэм покачал головой, вспоминая поездку к коттеджу. По и неудачную попытку осмотреть его. Я же его видел! Этот тип крутился возле дома, – он ткнул пальцем в монитор.
- Дорогая, я дома! – раздался голос в коридоре.
Братья обернулись и увидели Манфреда, одетого в пыльные джинсы, рубашку с длинным рукавом под кожаной курткой и рабочие ботинки.
- Чёрт возьми… «Флойд?» Отличный выбор, парни!
- Спасибо, – ответил Дин. Извини за кавардак.
- Забей, – махнул рукой Манфред. Мне нравится, когда гости ценят прекрасное. Кстати, вы сегодня на концерт?
- Обязательно, – заверил его Дин.
- Сэм бросил на брата быстрый взгляд, но промолчал.
- Отлично. Пойду переоденусь, – и Манфред поднялся наверх.
- Что? – спросил Дин, тяжело вздыхая.
- Если дух появляется после концертов, может, лучше останемся дома и подождем его?
А если он не появится до возвращения Манфреда, мы пропустим живую музыку, – сказал Дин и, не дожидаясь возражений, добавил: - если хочешь играть в домоседку, пожалуйста. Лично я иду на концерт.
Сэм немного подумал. - Ладно, я тоже пойду. Явно все это связано с группой, надо там все осмотреть.
- Отлично, – сказал Дин. Короче, идем на концерт, потом ищем призрака, и, если повезет, разбираемся с ним. А завтра выслеживаем поклонника По.
- Звучит как план, – согласился Сэм.
***
Дин быстро пришел к выводу, что вечер мог быть хуже только в одном случае: если бы ему в уши засунули два раскаленных гвоздя.
Он, наверное, так и сделал бы, чем слушать хоть еще одну песню «Скоттсо». За свою жизнь Дин переслушал немало музыки в исполнении откровенно посредственных групп. Он бывал на выступлениях в придорожных забегаловках, в клубах, в переоборудованных домах и даже в сараях. Он слушал блюз в Чикаго, джаз в Новом Орлеане и кавер-группы в Ки-Уэсте. Он видел, как университетские группы играют в переоборудованных гаражах, и как гаражные группы играют в студенческих городках...
Но "Скоттсо" в самом худшем смысле затмила их всех.
Дин уважал их хозяина, Манфреда Афири, ровно до того момента, как тот открыл рот на сцене «Парковки сзади». Нет, он вроде бы и не фальшивил… хотя брал и не все ноты, но делал это без энергии, без страсти, без души. Скорее всего, его потуги вообще никто бы не услышал, если бы не микрофон.
Дин встал и направился к бару за пивом – шестым по счету. Он надеялся, что на этот раз за стойкой будет симпатичная барменша, а не её ворчливый напарник. Девушка, закончив обслуживать каких-то студентов, подошла к нему.
Каштановые волосы, собранные в хвост, подчёркивали миловидную округлость ее лица; глаза у нее были небольшие – в полумраке и не разобрать, какого цвета. По пухлым губам Дин поставил бы твердую восьмерку или даже восемь с половиной по своей личной шкале привлекательности. Как и её напарник, высокий и тощий мужик лет пятидесяти, она носила черную футболку с красным логотипом бара. Только на нём эта футболка смотрелась просто ужасно, а вот на ней она весьма соблазнительно обтягивала все нужные выпуклости и изгибы.
- Ещё пива? – спросила она с сильным нью-йоркским акцентом.
Дин слышал этот акцент всего один раз – в полицейском участке, но барменша говорила точно так же.
- Да, еще одно бруклинское светлое.
Барменша взяла чистый стакан и начала профессионально наливать в него пиво, держа его под нужным углом и даже не глядя.
- Я тебя раньше здесь не видела.
Дин никогда не упускал возможности завести разговор. - Я здесь впервые. Дин.
- Дженнифер, – с ее произношением это звучало скорее, как "Дженнифа". - Удивлена. У нас редко бывают новые лица.
- Мы не местные. Друзья Манфреда.
- А, понятно, – Дженнифер положила салфетку на стойку и аккуратно поставила на неё заполненный стакан. Я и говорю, у нас редко бывают новенькие.
- Остальные – постоянные клиенты?
- Она кивнула. Рада видеть новое лицо.
Дин сделал глоток из стакана. А уж я-то как рад видеть твоё.
- Пять баксов за пиво.
- Как скажешь, – Дин протянул десятку, и барменша отошла к кассе, явив его взору широкие бедра, обтянутые джинсами.
Четыре бакса сдачи Дин оставил на стойке.
- Спасибо!
- И тебе спасибо, – ответила она. Особенно если учесть, что Гарри ты выделил только один.
- На тебя смотреть гораздо приятнее, чем на Гарри.
Дженнифер громко фыркнула. - Надеюсь на это.
Наконец, "Скоттсо" закончили мучить Freebird, и Манфред объявил небольшой перерыв.
- Слава богу, – пробормотал Дин, когда по местному радио заиграла песня Ван Моррисона Brown Eyed Girl.
Дженнифер подняла бровь: - Не нравится группа?
- Гитарист хорош.
- Да, Алдо знает свое дело.
Дин ей не врал: гитарист был единственным лучом света. Он замечательно справлялся с композициями Эрика Клэптона, Джимми Пейджа, Грега Оллмана и Ричи Блэкмора. Жаль, что он застрял в такой яме.
Дженнифер нахмурилась. - Постой, ты же говорил, что являешься другом Манфреда.
«Вот засада!»
- Ну, скажем, раньше у него получалось лучше.
Ответом стало ещё одно фырканье: - Пока я здесь работаю, Манфред ещё ни разу не издал ни одного приличного звука. А я уже десять лет здесь торчу.
Дин с облегчением рассмеялся. - Боюсь, ты права. Я просто пытался быть вежливым.
- Знаешь, ты не похож на остальных друзей Манфреда, - сказала Дженнифер. - Волос маловато.
-Ты права, - с улыбкой ответил Дин.
- А теперь прости, мне работать надо. Зови, если что-то понадобится, ладно?
Сэм, стоявший неподалеку, пил пиво, разглядывая что-то на столе.
- Послушай, – сказал он. Кто-то вырезал «Килрой был здесь»?
Дин присел к столу. Кажется, я начинаю догадываться, кто такой этот призрак.
- Серьезно? – ответил Сэм.
— Это призрак диджея, в честь которого они назвали свою группу. Он преследует Манфреда.
Сэм прыснул от смеха.
- Ладно, Дин, всё не так уж и плохо. Чего ты ждал от кавер-группы?
- А ты слышал, что они сделали с «Cocaine»?
Сэм снова показал своё невежество. Я вроде видел, ты клеился к бармену? – он ухмыльнулся.
- Это так смешно, – ответил Дин, — Её зовут Дженнифер, и она слушает музыку...
- Ладно, – начал Сэм. Что бы здесь ни происходило, оно хорошо спряталось. Я обошёл все стены и колонны: никаких сигналов на ЭМП, никаких символов и печатей.
Дин хмыкнул. -Ты уверен, что «Килрой был здесь» — это не потусторонний вызов?
- Но мы должны проверить все теории, – Дин сделал глоток пива. Если осмотрим все сегодня, не придётся возвращаться завтра.
- Хотя, если на смене будет Дженнифер...
- Кстати, я тут подумал. – произнес Сэм, — После призрака поедем к дому на Вебб-авеню.
- Сегодня? – удивился Дин.
- Сэм проникновенно посмотрел на него и прошептал: - Если собираемся залезть в дом, лучше сделать это ночью.
Дину пришлось признать его правоту: - Хорошо, убедил. Но сначала займёмся призраком.
- Конечно. И я очень надеюсь, что мы там что-нибудь найдём, потому что на Камбреленг было пусто. Я все облазил, но улица чиста... даже слишком для Нью-Йорка. Полиция забрала всё.
- Сэм, я же тебе говорил… – Дин потянулся за стаканом.
- Чувак, неважно, что они пытались найти. Помнишь Фриду в зоопарке? В дело вовлечены все, от копов и репортёров и до университетских юристов. Погибли студенты Фордхэма, а значит, у колледжа будут крупные проблемы. Бьюсь об заклад, они заставили полицию вылизать там каждый сантиметр. И всё, что копы там нашли — независимо от того, важно оно для расследования, немедленно отправилось в какую-нибудь лабораторию.
- Дин залпом выпил пиво, опустив стакан на столешницу.
- Отлично. Тебе лучше знать об университетской администрации и её извращённых привычках. Но нам нужно проверить дом, – он ненадолго задумался. — И вот ещё… возможно, мы и там ничего не найдём… возможно, это вообще не наше дело. То есть, мы же знаем, что ритуал фальшивый.
— Это потому, что отец так считал? А что, если он ошибался? Помнишь, он утверждал, что вампиров не существует? А потом вояж в Монтану… бац! — вампиры. – сказал Сэм.
Дин покачал головой. - Папа знал про вампиров, просто думал, они все перевелись.
- Суть в том, что всего мы знать не можем, Дин. Отец знал куда больше нас, но, тем не менее, не всё. Вполне возможно, что Сэмюэлс опробовал свой ритуал пару раз, а потом его сразу арестовали. Откуда нам знать, что заклинание не сработало?
- Ладно тебе, Сэмми. Этот чёртов ритуал проводил только Сэмюэлс, причем взял его чёрт знает где, и больше никто его не использовал.
- Ладно хорошо, – Сэм примерительно вскинул руки. Мы знаем, когда состоится следующее убийство. Их причины всё равно сверхъестественны, а значит, это наша работа.
- Мы убиваем только настоящих чудовищ.
- А я бы сказал, - прошептал ему брат, - что тот, кто убил троих и собирается убить ещё одного, является настоящим чудовищем.
Дин вздохнул, понимая, что его младшенький прав.
- Ну, мы просто можем всё рассказать копам. Пускай они разбираются.
- И ты действительно думаешь, что они нам поверят? Чтобы им объяснить, нужно рассказать про ритуал, но тогда они решат, что мы сошли с ума. Потом они прогонят нас по базе, и...
- Да понял я, - Дину не нужно было напоминать о том, что он в розыске.
— Пойду возьму ещё пива. Тебе чего-нибудь?
– Закажи мне джин с тоником.
Дин, успевший встать, замер.
- Нееет! - закричал Дин, и его глаза расширись. - Я дам тебе водки с апельсинами, виски с содовой! Но ни в коем случае джин с тоником!
Сэм выпучил глаза: — Но это мой любимый напиток. За это теперь расстрел положен?
— ДА, — Дин махнул рукой. — Ладно, забей. Хлебай свои бабские напитки, а я возьму пиво.
Тем временем заиграл Манфред:
— Так-так, братья и сёстры! «Скоттсо» уже с вами!
Продолжение: