Глава 2: Тени «Лабиринта»
Парк поглотил его. Он шёл, не разбирая дороги, слушая только крики птиц и бешеный стук собственного сердца. В кармане жгло паспорт на имя Алексея Воронова. Алексея. Не Марка. Чужое имя, но его единственная ниточка.
В маленьком кафе на окраине, где пахло жареным луком и старым деревянным полом, он забрался в самый дальний угол. Вынул записную книжку, найденную у дуба. Шифры, координаты, цифры. И эта фраза:— Помни, кто ты. И помни, что они убьют её, если узнают.
Кто «она»? Лицо не всплывало. Только смутное ощущение — тревога, долг, жгучая необходимость защитить. И страх. Не за себя. За неё.
На последней странице, почти неразборчиво, был нацарапан адрес: «Кузнечный переулок, 12, кв. 4. Кодовое слово: «Сирена».
Сердце заколотилось с новой силой. Это была зацепка. Ловушка? Вполне возможно. Но иного выбора не было.
Кузнечный переулок оказался старым двором-колодцем, пахнущим сыростью и кошачьим кормом. Дверь в квартиру 4 была облезлой, с глазком. Он постучал.
Долгое молчание. Потом шаги. Щелчок дверного замка. Дверь приоткрылась на цепочку. В щели виднелся бледный, усталый мужчина лет пятидесяти, в растянутом свитере.
— Вам чего? — голос был хриплым, недовольным.
— Сирена, — выдохнул он.
Эффект был мгновенным. В глазах мужчины мелькнула паника, потом резкая решимость. Цепочка упала, сильная рука втянула его внутрь, дверь захлопнулась.
Квартира была заставлена книгами и старой радиоаппаратурой. На столе дымился чай в толстой кружке — зелёный, пахнувший травой.
— Садись, Ворон, — мужчина бросил взгляд на зашторенное окно. — Хотя, кто ты сейчас — чёрт его знает. Я — Крот. Твой бывший связной. Твои последние слова перед внедрением были: — Если я пришёл без звонка, значит, конструкция рухнула, и я — мишень.
— Конструкция рухнула, — подтвердил он. — Говори. Кто я? Кто «она»?
Крот тяжело вздохнул, налил ему чаю в вторую кружку. Тот самый запах. Память тела отозвалась тихим удовлетворением.
— Ты Алексей "Ворон" Воронов. Лучший специалист по глубокому внедрению в «Лабиринте». Но ты вышел из-под контроля. Влюбился.
Слово «влюбился» ударило, как ток. Не вызвало воспоминаний, но отозвалось глубокой, ноющей болью где-то под рёбрами.
— В кого?
— В цель, Ворон. В ту, кого тебе поручили наблюдать и, в конечном счёте, убрать. Её зовут Анна Соколова. Физик-ядерщик. Она разрабатывала кое-что очень важное и опасное. «Лабиринту» нужно было либо заполучить её наработки, либо устранить её. Тебя внедрили в её жизнь под легендой Марка Карпова, её соседа по даче, вдовца с двумя детьми. Ты должен был сблизиться, получить доступ. Но что-то пошло не так.
Крот отпил чаю, его руки слегка дрожали.
— Ты начал слать шифровки с просьбой отменить операцию. Говорил, что она невиновна, что её разработки можно использовать в мирных целях. Тебе приказали замолчать и выполнять приказ. А потом ты исчез. А через неделю мы узнали, что «Марк Карпов» погиб в аварии. А его «вдова» — сотрудница «Лабиринта» Лиза — получила нового мужа после реабилитации. Ты понял? Они не просто стёрли тебе память. Они перезаписали тебя. Сделали частью чужой легенды, поставили под наблюдение. Чтобы ты никогда не вспомнил про Анну.
Анна. Имя отозвалось глухим ударом в висках. Вспышка: смех в солнечных лучах, тёмные волосы, развивающиеся на ветру, запах лабораторного спирта и её духов — цитрус и что-то горькое. И мгновенный, всепоглощающий ужас. За неё.
— Где она сейчас? — его голос казался чужим и низким.
— Скрывается. «Лабиринт» объявил её предателем, выдавшей секреты иностранцам. Её ищут все. И она, наверное, думает, что её предал ты. Что твоя гибель была инсценировкой, чтобы уйти от неё.
Внезапно Крот насторожился, прислушался. Из-за двери донёсся тихий скрип ступенек на лестничной клетке. Не один человек.
— Они нашли меня, — прошептал Крот без паники. — И тебя вывели сюда. Это была ловушка с двух сторон. Отдай мне записи.
Он протянул записную книжку. Крот быстро вырвал из неё несколько страниц, сунул их в карман, остальное швырнул в камин и чиркнул зажигалкой.
— Беги через чёрный ход, во двор. Там за мусорными баками — дыра в заборе. Запомни: Анна, скорее всего, на старой метеостанции в Лесном. Координаты… — Крот выкрикнул набор цифр. — Это всё, что я знаю. Теперь беги!
В дверь постучали. Твёрдо, без угрозы. — Откройте, сантехники.
Крот кивнул на узкую дверь в кухне. Он метнулся туда, услышав за спиной приглушённый удар — дверь срывали с петель. Чёрный ход вёл в крохотный дворик, заваленный хламом. Координаты вертелись в голове, накладываясь на карту города, которую он изучал как Марк.
Дыра в заборе была. Он протиснулся, сдирая кожу о ржавую жесть. На улице стояла серая машина без опознавательных знаков. Рядом с ней — Лиза. Вернее, та, кто выдавала себя за Лизу. На её лице не было ни капли той нежности. Только холодная концентрация. В руке — компактный пистолет.
— Конструкция полностью дефектна, — констатировала она. — Возврату не подлежит. Жаль. Ты был дорогостоящим активом.
Она подняла оружие. И в этот момент из-за угла вывернул ревущий мотоцикл. Чёрный, без номеров. Водитель в тёмном шлеме резко затормозил между ними.
— Садись! — крикнул низкий, искажённый голос из-под шлема.
Он не раздумывал. Рывок — и он на пассажирском сиденье. Мотоцикл рванул вперёд как раз в тот миг, когда Лиза выстрелила. Пуля пробила заднее крыло.
Они мчались по узким переулкам, лавируя между машинами. Ветер хлестал в лицо. Он вцепился в незнакомца.
— Кто ты?!
Водитель ничего не ответил, лишь резко свернул в арку, заглушил двигатель в тёмном дворе и снял шлем.
Длинные тёмные волосы выпали на плечи. Женское лицо, измученное, бледное, с огромными глазами, полными страха, надежды и невероятной ярости. Он узнал это лицо. Оно было на фото в его ложной памяти — одна из «дочерей». Но сейчас оно было настоящим.
— Ты… Катя? — выдохнул он, вспоминая имя из легенды.
Девушка горько усмехнулась.
— Нет. Я Аня. Анна Соколова. А ты… — её голос дрогнул. — Ты обещал вернуться. А потом я узнала, что ты мёртв. А потом… что ты жив. И женат. И совершенно другой.
Он смотрел на неё. На женщину, ради которой его стёрли. И чувствовал только пустоту и дикую, животную потребность защитить её любой ценой. Любовь не вернулась. Но долг остался. Его настоящий долг.
— Я ничего не помню, Анна, — честно сказал он. — Ни тебя, ни нас. Мне в голову вложили другую жизнь. Но моё тело помнит. И оно говорит, что ты — правда.
Слёзы покатились по её грязным щекам, но она быстро смахнула их.
— Они убили Крота. Я следила за его домом, надеялась… Он был последним, кто верил в нас. Теперь только мы.
— Они ищут тебя из-за разработок, — сказал он.
— Не только, — она посмотрела на него с странным выражением. — Они ищут меня, потому что я — единственное доказательство того, что «Лабиринт» занимается шпионажем и государственной изменой. Мои наработки — это щит. А они хотят превратить их в меч и продать. Ты должен был меня устранить, чтобы скрыть концы. Но вместо этого… — она замолчала.
— Вместо этого я их подвёл, — закончил он. — И теперь они хотят нас обоих.
Вдалеке послышался вой сирен. Они пришли в себя одновременно.
— Метеостанция в Лесном? — спросил он.
Она кивнула:
— Там всё есть. Данные, доказательства. И… кое-что ещё.
Они снова надели шлемы. Мотоцикл вырвался из двора на пустынную ночную улицу. Он сидел сзади, обняв её за талию, и впервые за этот месяц не чувствовал себя в чужой шкуре. Он чувствовал себя солдатом на пороге своей последней, единственно настоящей битвы. Его прошлое было пеплом. Но будущее, эта хрупкая женщина перед ним, которую он не помнил, но был обязан спасти, — было реальным.
А позади, в зеркале заднего вида, уже мерцали фары преследователей. «Лабиринт» не отпускал своих так легко. Особенно тех, кто узнал, что он — всего лишь тень на стене, и решил стать человеком.
Если Вам понравилась история, поставьте лайк и напишите комментарий. Это приятно автору.