— Едут, едут!
Размахивая перьевой метелкой, молоденькая горничная неслась в столовую особняка Дорнов, где Саша сосредоточенно кормила пухлощекого десятимесячного мальчугана, не способного ни минуты усидеть спокойно на своем детском стульчике. Рядом сидела похожая на него круглолицая и упитанная девочка, но, в отличие от мальчика, она не вертелась, а деловито болтала ложкой в своей порции овощного пюре, изредка пытаясь донести хоть что-то до крошечного ротика. С переменным успехом ей это удавалось, однако, не будь рядом Максима, малышка, скорее всего, осталась бы голодной.
Предыдущая глава 👇
— Приехали! — горничная наконец добежала до хозяев и сообщила им о прибытии гостей.
Следом за девушкой в столовую вошла миловидная женщина средних лет, одетая в свободную зеленую тунику и бежевые летние брюки. Ее пышные светлые волосы были заколоты на затылке, карие с зелеными крапинками глаза лучились теплотой, и Максим в который раз подумал, что им с Сашей очень повезло найти такую замечательную няню с чудесным именем Надежда, или, как они ее называли, Надюшу.
— Максим Евгеньевич, там, кажется, первые гости пожаловали, — сказала Надюша. — Давайте, я близнецов заберу.
— Погоди, — ответил он, — покажем их моим родителям.
Он подхватил на руки девочку, а Саша мальчика, и они вдвоем вышли в гостиную, где уже стояли Илона и Евгений Дорны.
— Как долетели? — спросил Максим. — Устали?
— Ерунда, мы тренированные, — сказал Евгений и отметил: — А здесь многое изменилось. И в саду, и в доме.
Илона, вновь ставшая блондинкой, вежливо поздоровалась с Сашей, и тут же заахала и засюсюкала с младенцем у той на руках:
— Это кто у нас тут такой чудесный? Здравствуй, Стасик!
Потом потрепала за щечку девочку:
— Здравствуй, Верочка!
Евгений с улыбкой глядел на детей.
— Как оно дедом быть? Нравится? — спросил отца Максим.
— Честно говоря, уж и не чаял, — ответил тот и кивнул Саше: — Александра?
Она протянула Евгению руку и лучезарно улыбнулась Илоне. — Можно просто Саша. Та самая подруга детства Максима.
Тот сдержанно улыбнулся при этих словах, потому что последние полтора года их с Сашей отношения точно нельзя было назвать исключительно дружескими.
— А жена? — шепотом спросил Евгений.
— В разъездах, карьеру строит.
Илона, услышав диалог мужа и сына, только вздохнула. Она не понимала отношений, когда муж здесь, жена там, и у каждого своя отдельная жизнь, в том числе и личная. Еще она не понимала, как может мать бросить своих детей на чье-то попечение. Впрочем, на этот счет Илона помалкивала. Высказавшись в первый раз в подобном духе, она встретила укоризненный взгляд собственного сына и с тех пор от оценки материнских качеств невестки воздерживалась.
Не успели дед с бабкой налюбоваться внуками, как горничная возвестила вторично:
— Еще едут!
Следующих вновь прибывших решено было встречать на улице, куда всей толпой и вышли.
— Макс! — взревел Федор Лисовский, вываливаясь из машины, за рулем которой вновь сидел Сергей, благополучно восстановленный в должности шофера.
Лисовский обхватил друга ручищами, покачал из стороны в сторону, потом поздоровался с Евгением, расцеловал ручки Илоне и Саше и показал козу рогатую Стасику и Верочке. Затем он вернулся к машине, и глаза его лукаво блеснули.
— А теперь сюрприз! Макс, ты когда мою Сонюшку в последний раз видел?
Максим пожал плечами, припоминая:
— Давненько, месяца три назад…
С видом фокусника, достающего кролика из шляпы, Лисовский распахнул дверь и помог супруге выбраться из салона. Максим от неожиданности ахнул, а Саша радостно взвизгнула и кинулась обнимать Соню:
— Боже мой, поздравляю!
Соня смущенно улыбалась, прикрывая руками заметно округлившийся животик.
— Ну вы даете, — восхищенно сказал Максим.
Федор чуть не лопался от гордости, словно готовился стать отцом впервые.
— Как только Глебов постановил: “Здорова”, так мы и приступили! — заявил он, обнимая жену. — Были некоторые проблемы, пришлось дома посидеть.
— Теперь все в порядке? — спросила Саша, и Соня кивнула:
— В полном.
— Уже знаете, кто родится? — поинтересовалась Илона.
— Девчонка! — объявил Федор. — Мы и имя придумали. Софья уперлась — не сдвинуть.
— И как назовете? — спросил Максим.
— Настей, — ответила Соня. — Мне почему-то очень захотелось назвать ее именно так. В голове только это имя и звучало.
Максим покосился на родителей. Илона слегка поджала губы, а Евгений удивленно заморгал. Возможно, оба они в этот момент вспомнили Анастасию Дорн, которая могла бы жить еще долго, если бы не их эгоизм и мстительность.
— Увы, никого из старших отпрысков не привезли, — сказал Федор. — Тёмка теперь целыми днями с живностью возится, на каникулах в ветклинике практику решил пройти. Никита до сих пор гастролирует…
— Погоди, — удивился Максим, — он же еще в конце весны в тур укатил.
— Да, — вставила Соня, — и должен был вернуться через месяц. Но продюсер, похоже, решил выжать из ребят все соки…
— Эта девица виновата! — решительно перебил ее Лисовский. — Лада! Они ее в группу взяли петь, а она р-раз и закрутила с продюсером. Он ради нее и старается, раскручивает пацанов!
— А мы сына месяцами не видим, — горестно подвела итог Соня.
— Веселая у вас семья, — сказала Саша. — Ветеринар, артист…
— Нет, есть и нормальные дети, — возразил Федор. — Из Дашки неплохой юрист выйдет, хваткая девка. Она со своим парнем на курорте сейчас. Сами понимаете, дело молодое…
Тому, что у Даши Лисовской появилась новая страстная любовь, Максим радовался особенно сильно.
— А старший? — полюбопытствовал Евгений. Из всех детей Федора ему довелось познакомиться лишь с Романом, который как-то приходил к Дорнам с отцом.
— Ромка у нас экстремал. Объезжает самые сложные и проблемные площадки, — развел руками Федор. — Не сидится ему дома.
— Давайте-ка все к столу! — предложила Саша.
— Как дела у Майи? — вполголоса спросила Соня, но Максим неопределенно покачал головой:
— Она редко звонит. Сообщает только о каких-то значимых событиях. Сейчас вот в Брюсселе, совместную выставку с Ярославом готовит.
— В Брюсселе, значит, — задумчиво протянула Соня. — Детишек-то видит?
— По видеосвязи, — усмехнулся Максим. — Да у нас все хорошо, правда. Мы с Сашей отлично справляемся, няня великолепная…
— Ты сам-то счастлив?
Они были на крыльце одни: остальные давно ушли к столу, накрытому в этот погожий летний денек прямо под открытым небом.
— Да, счастлив, — подумав, ответил Максим. — У меня любимое дело, друзья, дети. Рядом прекрасная женщина, с которой я могу быть самим собой. Может, это не та любовь, о которой пишут в романах и поют в балладах, но… такая у меня тоже была. Теперь хочется просто жить.
— Тогда я за тебя рада. Ты как никто заслуживаешь только лучшего! — Соня обняла Максима, потом смахнула навернувшиеся на глаза слезы и взяла его под руку: — Пойдем?
Но тут горничная завопила в третий раз:
— Максим Евгеньич, к вам опять приехали!
— Кто-то еще? — удивленно спросила Соня, а к крыльцу уже катил очередной автомобиль…
***
Федор травил анекдоты один за другим. Евгений Дорн, знакомый с грубоватым юморком Лисовского, сдержанно улыбался, Илона поднимала выщипанные бровки и складывала губы куриной попкой, Саша же вовсю хохотала. С Федором они быстро нашли общий язык еще при первом знакомстве и теперь веселились от души, подкалывая друг друга. Лисовскому нравилась и она сама, и то, каким рядом с ней стал Дорн. “Надо было тебе сразу на этой Саше жениться, балда!” — выговаривал он другу.
Появилась Соня с загадочной улыбкой, за ней — Максим.
— У меня тоже сюрприз! — объявил он. — Особенно для тебя, Федь.
Тот насторожился, встал и вышел из-за стола. Все присутствующие обратились во внимание. Максим сделал приглашающий жест и на поляну из кустов вышли Алексей Ярцев и Вика, на руках у которой сидел маленький мальчик со светлым пушком на макушке и очень серьезными серыми глазами.
— Вот это да!!! — закричал Федор. — Удивил так удивил Дорн! Откуда?! Как?! А я думал, чего это Алёшка от меня сбежал? Уволился, не объяснился толком… Зятек!
— Все расскажем, Федор Владимирович, — с готовностью сказал Ярцев и, заметив за столом незнакомые ему лица, добавил: — Позвольте представиться — Алексей, это моя жена Виктория и сын Иван.
— Иван Алексеич Ярцев, стало быть! — воскликнул Федор громче прежнего. — Иди к дедушке Феде, давай!
Не без опасений Вика отдала Лисовскому Ванечку. Тут Максим заметил, что Саша сидит со странным выражением лица, как будто вот-вот заплачет. Он подошел к ней:
— Саш, все в порядке?
Она быстро закивала, прижимая подушечки пальцев к уголкам глаз, и он вспомнил: Ваней звали ее погибшего сына.
Максим обнял Сашу и почувствовал, как вздрагивают ее плечи.
— Сейчас, сейчас, — бормотала она. — Сейчас успокоюсь. Это от неожиданности.
Федор высоко подбрасывал Ванечку, восхищаясь внучатым племянником, которого называл просто внуком. Вика с тревогой следила за опасной забавой, готовая в любой момент подхватить сына.
Алексей тихо рассказывал Соне, как искал Вику и как ему помог потом сам Важенин, потому что девушка, поняв, что беременна, вознамерилась оставить ребенка в доме малютки, отрезав его тем самым от семьи Лисовских и темного прошлого. На то, чтобы заставить Вику воспрянуть духом и перестать винить себя в смерти матери, ушло много времени, но усилия Ярцева стоили каждой секунды. Сбежав от всего мира, уединившись втроем, Алексей, Вика и их сын обрели покой.
— И возвращаться мы пока не собираемся, — опустив глаза тихо, но настойчиво повторял Ярцев.
Ванечке пора было спать, и Соня отобрала его у Лисовского, чтобы успокоить. Она с умилением разглядывала хорошенькую мордашку ребенка и приговаривала:
— Ничего от Лисовских не взял, ну совсем ничего!
— Да, — сказала присевшая рядом Вика. — И это хорошо…
Они обе понимали, что значат ее слова: есть шанс, что Ваня не унаследовал и пороки этой семьи.
Лисовский, развалившись в кресле, лениво потягивал вино и рассматривал мальчика. Внезапно он подвинулся ближе и повернул личико Вани к себе.
— Что, Федя? — спросила Соня, но тот не ответил, а лишь дернул уголком рта в усмешке и снова поднес бокал к губам.
Вика понесла сына в дом. Вопреки опасениям, она не чувствовала былой черной тоски и безысходности — в душе царила безмятежность.
Над головой пронеслась быстрая тень, высоко в небе раздался тонкий жалобный крик. Там, то снижаясь, то взмывая вверх, парила белая чайка. Наконец она приземлилась и замерла на расстоянии.
Вика указала сыну на птицу:
— Гляди!
Мальчик и чайка долго и пристально смотрели друг на друга, будто изучали. Потом чайка вякнула что-то неразборчивое и, прихрамывая, пошла восвояси. Ванечка же поднял на мать круглые серые глазищи и засмеялся.
Федор наблюдал за ними издалека, крутя в голове мысли. Может, и показалось. Но даже если нет — зачем бередить старые раны, рыться в прошлом, вновь мучить Вику, вселяя ложные надежды? Кому оно нужно? Ведь только-только улеглось.
Все они устали и заслужили отдых. Заслужили свои маленькие кусочки счастья.
***
— Майя, идешь?
Она повернулась и махнула Ярославу рукой: иди, мол, догоню. Он пожал плечами и неторопливо зашагал вниз по улочке.
Майя открыла сумку и извлекла из маленького кармашка сложенный вчетверо лист бумаги. В памяти всплыли слова, сказанные ей когда-то Соней: “Оставь до того момента, когда поймешь, что пора разобраться с прошлым”.
Что ж, всему свое время, и момент, которого Майя ждала так долго, настал.
Она развернула листок, прочитала написанные на нем адрес и имя. Вчера ей стало известно, что информация до сих пор достоверна.
Он здесь, в Брюсселе, и продолжает заниматься организацией выставок.
Майя подняла голову и, чуть прищурившись, посмотрела на огромный плакат, висящий перед ней. В глубине янтарных глаз красные огоньки больше не гасли — они тлели, разгораясь все ярче.
Долгий путь, которым они оба шли почти десять лет, окончен. Пора узнать, для кого именно.
Я теперь тоже здесь. До скорой встречи, Паша.
КОНЕЦ 💗
🌹МИЛЫЕ ЧИТАТЕЛИ!
Не верится, но эта история закончилась! 😪
Финал — самое трудное. Особенно у таких длинных рассказов. Много героев, судьбы переплетены, и все друг на друга по-своему влияют. В конце хочется увидеть что-то такое, что раскроет идею, придаст смысл всему, что было прочитано.
Вот поэтому я и люблю финалы открытые. Это не значит, что будет продолжение: просто жизнь — набор многоточий, за которыми может скрываться что угодно.
Покуролесили мои куколки знатно: некоторых развернуло аж на 180 градусов.
Готова поспорить, у вас остались вопросы, ведь я мастер запутать, закрутить и завертеть.
Напомню, где искать весь роман целиком:
А здесь вы найдете кое-какие мысли автора по поводу... 👇