Предыдущая часть:
Екатерина иногда и правда ловила себя на мысли, что неплохо было бы никуда не возвращаться, просто оформить развод с Артёмом заочно и начать все с чистого листа в этом тихом городке. Она постепенно обзаводилась новыми знакомыми среди посетителей и коллег, что помогало почувствовать себя не такой одинокой. Один из завсегдатаев, худощавый брюнет с большими карими глазами, однажды подошел и признался.
— Слушайте, вы мне очень интересны как модель. Можно портрет нарисовать? — сказал он, держа в руках блокнот и слегка нервничая.
— Я вообще не хочу ни с кем знакомиться ближе, романы меня сейчас не интересуют, все слишком сложно в моей жизни, — ответила Екатерина, отходя на шаг.
— Между прочим, меня такое тоже не интересует, я ведь не ищу легких приключений, — заверил мужчина. — А зовут меня Дмитрий, и я правда художник, потерял вдохновение и решил обрести его у моря, мне всегда нравилась эта гладь, она успокаивает и дает идеи.
— Ну, море бывает коварным, обманывает, а потом оставляет с разбитыми иллюзиями, — заметила она, и глаза ее стали печальными.
— Вы так интересно говорите, а знаете, этот ваш взгляд сейчас, вот я бы хотел именно такой вас запечатлеть, — продолжил Дмитрий. — Вы похожи на русалку, у которой только что забрали возлюбленного, в вас есть эта глубокая грусть, которая притягивает.
— Вы угадали, почти все так и было в моей истории, — призналась Екатерина тихо.
Он показал свои работы в телефоне, и она поняла, что мужчина действительно хорошо рисует, в его картинах чувствовался настоящий талант. Екатерина подумала, что, возможно, стоит согласиться — вдруг на этом портрете останется ее боль, как напоминание о пережитом. Она решила попозировать на фоне моря. Дмитрий оказался интересным собеседником, и между ними постепенно возникла симпатия.
— Это нечто особенное, вы правда стали моей музой, я никогда так хорошо не рисовал раньше, — сказал он, показывая готовый портрет.
Екатерина согласилась, что получилось очень интересно: по композиции было не совсем понятно, кто главный персонаж — она или море, словно они сливались в одно.
— Кажется, в работе две главные героини, вы так и задумали? — спросила она, разглядывая холст.
— Вы угадали мой замысел, просто поразительно, как вы тонко прочувствовали идею, в самую точку, — отозвался Дмитрий. — Я назвал ее "Портрет моря" со знаком вопроса, замысел был сложным: хотелось нарисовать человека как пейзаж, а пейзаж как живое существо. Иногда ведь нужна поддержка от природы, и человек с ней сливается, и тогда происходит такое чудо.
— А я не слишком много говорю? — спохватился он, заметив ее отрешенный взгляд, и заволновался.
— Что вы, с вами очень интересно общаться, — заверила Екатерина. — Просто я вспомнила, что скоро поддержка моря для меня закончится, придется возвращаться домой к реальности.
Она знала, что не зря приехала в этот городок и уже смогла через силу признать, что даже с изменой мужа ей в каком-то смысле повезло — могло быть гораздо хуже. А если бы она узнала о его подлой натуре после рождения детей, пришлось бы разрывать все по живому, и это было бы в разы больнее. К тому же подруга Марина позвонила ей, признавшись в своих истинных чувствах.
— Ты что, ты его вообще не любишь? Просто решила мне насолить? — удивилась Екатерина, когда взяла трубку, думая, что подруга хочет извиниться, и чувствуя удар в спину.
Но как же она ошибалась.
— Я люблю только деньги и комфорт, ты же сама прекрасно знаешь мои взгляды, — ответила Марина с горечью. — Я не хочу умереть в своем маленьком городке с пьющей матерью, у меня даже отца никогда не было, и ласковых слов я не слышала ни от кого. А тебе все доставалось слишком легко: в институт поступила, на хорошую работу устроилась, богача моего отхватила, а ведь я его первая нашла.
— Но для моих родителей ты была как родная, они всегда тебя поддерживали, — удивилась Екатерина.
Оказывается, все это время она считала подругой ту, кого вообще не знала.
— Ой, даже не вспоминай, родители тебя обожают, а у меня что? И здесь ты меня обскакала? — воскликнула Марина и почему-то зарыдала.
А потом добавила.
— Он хочет меня бросить, этот твой, так что можешь праздновать победу снова, как всегда.
— А вот что означают его сообщения о том, что он совершил ошибку, — поняла Екатерина. — Артём решил расстаться с Мариной, не прошло и месяца.
Она вспомнила поговорку о том, что надо просто стоять у реки, и рано или поздно по ней проплывет тело твоего врага — так все и случилось. Но ей это было не нужно. Екатерина все равно хотела развестись и знала, что придется сказать об этом и мужу, и родителям. Разговоры предстояли крайне неприятные, но необходимые.
— Катюша, ты что творишь? Как же так можно… — расплакалась мама, когда дочь рассказала, что подала на развод, хватаясь за сердце.
— Мам, ну что ты такое говоришь? Я же все объяснила подробно, — ответила Екатерина, стараясь сохранить спокойствие. — Он притащил Марину, поселил ее рядом, хотел изображать из себя падишаха, это в наш медовый месяц, еще врал, что в командировке.
Она не поняла реакции — родители обычно поддерживали любые ее решения, а тут выход был очевиден: не терпеть же такого подлого человека.
— Катя, прошу тебя, пока не поздно, возвращайся к мужу, — умоляла мама. — Мы в долги залезли, отец на своей фабрике кредит оформил на тот дубовый гарнитур, да и вообще, если хочешь знать, мы бы никогда не оплатили половину свадьбы, если бы не взяли деньги под расписку.
— Погоди, ну гарнитур же можно вернуть, не думаю, что Артём такой подлец, — сказала Екатерина. — Но если да, то я сама верну кредит, все верну, не космических же денег он стоит.
— А откуда вы взяли деньги в долг? Ты же говорила, что даете их из сбережений, — спросила она. — Ох, если бы я знала, вообще бы отказалась от свадьбы, расписались бы тихо, и все.
До Екатерины вдруг дошло, что мама переживает не из-за развода, а из-за суммы, которую теперь кому-то должна, да еще и в тройном размере, судя по всему. Пока она не понимала, на что вообще родители рассчитывали: если бы она не развелась, деньги что, не пришлось бы возвращать? Или они потом хотели обратиться за помощью к Артёму, но почему с ней не посоветовались, почему не предупредили?
— Мы взяли деньги у Ольги Сергеевны, — объяснила мама.
Свекровь Екатерины назвала сумму свадебных расходов и потребовала половину, просила не держать за глупцов. Когда дочь услышала сумму, так и ахнула — она точно знала, что они потратили раз в десять меньше.
— Да вас же обманули с папой — почему ты мне ничего не сказала? — расстроилась Екатерина, как в воду опущенная.
— Ну ты же была в положении, а мы не уберегли, за ошибки платить надо, — еще больше расплакалась мать. — Не хотели припирать тебя к стенке.
— Мам, да какое положение? Я не беременна, и вообще, первая брачная ночь случилась только после свадьбы, — возмутилась Екатерина. — Ну почему ты меня прямо не спросила? Как могла поверить этим свекрам? Ну разве не разумнее доверять родной дочери?
Она была вне себя от возмущения: оказывается, свекор и свекровь просто надули ее родителей, возможно, спланировали все это вместе с сыном.
— Ну что ж теперь поделаешь, дочка? Я сама написала в расписке, что отдам деньги с процентами, — с ужасом произнесла мама.
— Это, вообще-то, незаконно, пришли мне фотографию, — попросила Екатерина.
И когда на телефоне пришло сообщение, она увидела, что хитрые свекры подстраховались: мать написала, что брала деньги якобы на ведение бизнеса и обещала вернуть в три раза больше по первому требованию, а срок расписки был всего месяц. Свекры уже вполне могли подать в суд. Екатерина перезвонила маме, попросила не волноваться и обещала что-нибудь придумать. После этого состоялся разговор с мужем.
— Скажи, ты все это спланировал? — спросила она, пересказывая все, что узнала.
— Ты что, зачем вообще наговариваешь на моих родителей? — возмутился Артём, краснея от злости.
Он либо правда ничего не знал о махинациях, либо очень хорошо притворялся.
— Тёма, измену я тебе не прощу, я буду разводиться, поэтому поговори со своей мамой, — сказала Екатерина. — Я пришлю тебе фото расписки, убеди родителей ее уничтожить, а дубовый гарнитур придется вернуть, папе за него несколько лет платить, прошу тебя.
— Давай решим все как взрослые люди, — добавила она. — Кстати, кто придумал про мою беременность перед свадьбой?
— Ладно, здесь могу извиниться, я и правда так сказал, но только потому, что люблю тебя, — вздохнул Артём. — А мама была против нашего брака, присмотрела мне совсем другую невесту, понимаешь, у моих родителей не очень-то хорошо идут дела.
Картина начинала вырисовываться: свекры поняли, что не смогут заставить сына жениться на более выгодной невесте, чтобы спасти свой бизнес, и решили обмануть родителей невесты.
— Вот что, если хочешь извинений, мне и правда жаль, что я связался с Мариной, — продолжил он, и это показалось ей фальшивым. — Просто она сама липла, и в какой-то момент это как-то случилось, но я не планировал ничего серьезного.
— И все же, если ты правда хочешь, чтобы я решил вопрос с твоими родителями, тебе придется вернуться, иначе я помогать не буду, — категорично заявил муж.
— И ты правда веришь, что я вернусь к тебе после всего этого обмана? — спросила Екатерина. — Да ты еще более подлый, чем я думала, тоже мне нашел бесплатный гарем, нет, я себя уважаю.
Она не собиралась поддаваться на шантаж и уж тем более не планировала обменивать свое прощение на помощь с проблемой, тем более что создали ее родители Артёма — возможно, все-таки он сам в этом участвовал. Хитрая семейка. Как же раньше она этого не замечала? Очень глупо все получилось: выходила замуж, будто не приходя в сознание. Почему решила, что яблоко укатилось далеко от яблони? Видела же, как посмеивались над ней и ее родными в Артёмовой семье. А ведь он казался добрым, благородным.
Ей так ничего и не удалось добиться от Артёма — он, как заевшая пластинка, повторял одно и то же: если разводятся, помогать не будет. Еще и посмеялся над ней, сообщив, что как раз на часть денег от ее родителей и оплатил отдых. А теперь они будут эти деньги возвращать. До конца отпуска оставалась еще неделя. Екатерина пыталась собраться с мыслями. Она все чаще встречалась с Дмитрием и заметила, что он начал ей нравиться. Художник был небогат, зарабатывал тем, что рисовал людей на пляже, но она спокойно относилась к тому, что избранник может быть без особых накоплений или даже без жилья.
Зато он казался порядочным человеком. Екатерина видела, что и она нравится Дмитрию — мужчина намекал, что хотел бы продолжить общение и дальше. И все же трудно было принять решение остаться в этом городке и работать официанткой: здесь даже не было школы, а она не хотела бросать все, что у нее осталось, даже ради очень хорошего человека. К тому же больше не получалось доверять мужчинам. Через пару дней к ней подошел один из завсегдатаев кафе.
— Вижу, у вас серьезные отношения развиваются с этим Дмитрием, — заметил солидный пожилой мужчина с седыми висками.
— А какое к вам это имеет отношение? — удивилась Екатерина и в шутку спросила. — А вы из полиции нравов, что ли?
— Да нет, конечно, просто жалко вас, — ответил гость.
— Это почему? — поинтересовалась она.
— Я знаю этого Дмитрия, очень удивился, когда увидел его здесь, как гром среди ясного неба, — объяснил мужчина. — Ведь он убил свою жену и даже успел отсидеть в тюрьме, Дима меня не узнал, но мы из одного города.
У Екатерины уже не затряслись руки, она чуть поднос не выронила, ничего не ответила, но еле закончила работу в тот день. Она так устала от лжи и обмана, к тому же понимала, что у человека нет мотивации лгать — вполне возможно, гость сказал правду. Екатерина подумала, что, может, просто уволиться и уехать, но потом решила: нельзя постоянно бежать, я поговорю с Дмитрием, узнаю правду. Вот что пришло ей в голову, когда она немного успокоилась.
— Да, я правда сидел, но не убивал Маргариту, ее тело не было обнаружено, — рассказал Дмитрий, когда она прямо спросила, опустив глаза. — Нашли ее записку и немного крови в ванной, она сообщала, что я ей угрожал, просила предпринять меры, если пропадет, и это было очень странно, ведь жили мы хорошо.
Он объяснил, что перед тем, как жена пропала, она сняла все деньги с их общего счета, а было там немало — они продали квартиру и вот-вот хотели купить другую, на этом настояла Маргарита.
— Может, ее кто-то обманул, оговорил? — предположила Екатерина.
— Не знаю, но было это довольно странно, и записка была напечатана, не написана от руки, — добавил Дмитрий. — Тем не менее, я отсидел восемь лет, и вот там у меня как раз и открылся дар рисования, я описывал портреты сотрудников колонии.
— Прости, глупо получилось, это же совсем не мое дело, просто кругом один обман, и тут еще это, — извинилась Екатерина.
— Я рад, что все прояснилось, надо было раньше сказать, просто боялся, — сказал он. — Подумал, если узнаешь, что я бывший зэк, тут же сбежишь, а я ведь успел влюбиться и довольно серьезно.
— Если честно, я и собиралась убежать, ты мне тоже понравился, а тут вот такое творится, — вздохнула она.
— Расскажи, вдруг смогу чем-то помочь, — неожиданно предложил Дмитрий.
И Екатерина почувствовала, что ему не все равно, потому она говорила и говорила, а слезы текли рекой. Дмитрий не перебивал. Когда она закончила рассказ, сказал.
— Надо подумать, — произнес он, и для нее это прозвучало как обещание помощи.
— Да, я понимаю, что ты не сможешь помочь, но просто спасибо, что выслушал, — ответила Екатерина.
Продолжение :