Подруги вернулись в машину. Арина мгновенно заблокировала двери. Обе видели, как Петровича запихнули в полицейский фургон, — и всё равно было страшно.
Через какое-то время к автомобилю подошёл молодой полицейский.
— Девчонки, езжайте домой. Не до вас сейчас, — сказал он. — Вас потом повесткой вызовут. Проходите в деле как главные свидетели. Только не забывайте: подписали соглашение о неразглашении. Так что пока — никому ни слова.
По пути домой девушки заехали в продуктовый магазин. Купили сладостей, по пути шутили, но смех был натянутый. День выдался тяжёлый, полный стрессов и эмоций — они решили, что заслужили хоть маленький уютный вечер с пирожными и чаем.
Но отдохнуть не получилось. Мысли снова и снова возвращались к дому Петровича, к глухим стукам из подвала, к человеку на носилках. Молодёжная комедия, которую включила Арина, не спасала. Даже любимые пирожные не приносили радости.
— Я всё думаю о том, что было бы, если бы мы тогда послушались того полицейского, — призналась Вика. — Ну, помнишь? Того, что сказал, что записка — шутка.
— Тоже вспоминаю, — кивнула Арина. — Зато теперь он точно получит по заслугам. Будет знать, как работу спихивать на гражданских.
На следующий день всё шло как обычно. Подруги отработали и вернулись домой почти в одно и то же время. Ужин готовила Вика — хотя по очереди была Арина, но та настояла: готовка успокаивала её, отвлекала от тревожных мыслей.
Вика не призналась подруге, но весь день на работе её преследовало ощущение опасности. Она вздрагивала от любого шороха, ей даже страшно было идти по длинному пустому коридору в туалет. Казалось, вот-вот из-за угла появится разъярённый Петрович — мстить за всё, что они сделали. Ведь кто он такой, этот человек? Почему держал пленника? Как ему это удалось — старому, по виду слабому? И кто был тот, кого он запер?
Прошёл ещё день. Всё было внешне спокойно — и всё же тревога жила где-то под кожей.
В пятницу им наконец позвонили из участка и пригласили на беседу.
В назначенное время подруги сидели в том самом кабинете, где несколько дней назад держали допрос свидетелей. Только теперь всё было иначе: на лице полицейского — доброжелательная улыбка, в голосе — почти отеческое участие.
— Кофе, чай? Воды? — предложил он вежливо.
— Нет, спасибо, — ответили девушки почти хором.
Им не терпелось узнать всё.
— Как хотите, — пожал плечами полицейский. — Но прежде всего я хочу ещё раз поблагодарить вас за то, что не прошли мимо чужой беды. Если бы не вы, кто знает, что стало бы с этой девушкой… с Кирой.
Подруги переглянулись. Теперь они впервые услышали имя человека из подвала.
Видя их напряжённое внимание, полицейский не стал откладывать рассказ.
Кире было всего семнадцать, когда всё это произошло. Девочка росла смелой, немного дерзкой, слишком рано поверившей, что жизнь у неё уже под контролем. Родителей не слушала, наставления раздражали. Казалось, всё знает сама.
И вот в тот вечер она пошла в ночной клуб с новым знакомым — парнем, который совсем недавно писал ей в интернете. Он был старше лет на пять: ездил на байке, играл на барабанах в рок-группе, щеголял в порванных джинсах и мятой чёрной футболке, говорил грубовато, но уверенно.
Всё это не могло оставить юную Киру равнодушной. Она по уши влюбилась в парня. Впрочем, такое с ней происходило далеко не в первый и уж, конечно, не в последний раз. Антон — а звали его именно так — устроил для Киры незабываемый вечер.
Для него это было обычное времяпрепровождение. Молоденькую же девушку такой образ жизни восхитил и покорил окончательно. Сначала она побывала в баре на выступлении рок-группы Антона. Потом, вместе с другими музыкантами и их друзьями, праздновала удачный выход в том же заведении. Было весело: дорогая выпивка, изысканные закуски, шутки, смех, увлекательные истории.
Антон сидел рядом. Он общался с друзьями, но его рука всегда была на плече Киры. И именно благодаря этому жесту девушка чувствовала себя своей в шумной, разновозрастной компании. Она ощущала себя взрослой, красивой — такой же, как и другие девушки за столом. Это было чудесно. Антона Кира знала всего два дня, а видела лично — и вовсе впервые.
Познакомились они в интернете совсем недавно. Всё, как обычно: парень лайкнул несколько её фото, написал пару комплиментов в личку — завязалась переписка. Антон тут же пригласил Киру на свидание, и, конечно же, девушка не раздумывая согласилась. Она заочно влюбилась в этого симпатичного юношу с дерзким взглядом. Ах, как брутально он смотрелся в кожаной куртке и с гитарой!
Девушка целый час внимательно рассматривала фотографии на странице нового знакомого и влюблялась всё сильнее. Строгим родителям Кира соврала, что едет с ночёвкой к подруге Алёнке. Та, конечно, была на всякий случай предупреждена — мало ли, вдруг отец или мать захотят проверить. Родители в последнее время раздражали Киру всё сильнее.
До всего-то им есть дело, во всё суют свой нос: ограничения, претензии, требования. Кира иногда чувствовала себя в собственном доме пленницей. А чего стоили их нудные лекции! Кира никогда не могла дослушать эту чушь до конца. Родители говорили про парней, которым от девушек нужно только одно, про печальное будущее тех, кто плохо учится, про вредные привычки.
В понимании матери и отца мир был жесток и опасен. Существование каждого человека представляло собой борьбу за выживание. Нет, Кира была в корне не согласна с этим мнением. Она жила не для того, чтобы бояться и трудиться в поте лица.
Ей хотелось веселиться, развлекаться, общаться, знакомиться. Девушка радовалась тому, что не похожа на отца и мать. Она была свободнее, смелее, увереннее — и, уж конечно, умнее. Считала, что ей очень повезло не стать такой же занудой, как её предки. Хотя шансы на это были велики. Вот взять хотя бы Ленку, старшую сестру.
Отличница, красавица, спортсменка. Окончила школу с золотой медалью, а институт — с красным дипломом. Стала врачом, вышла замуж за «хорошего человека», родила двоих детей — мальчика и девочку, конечно же. Ленку родители ставили в пример младшей дочери. По их словам, старшая в ее возрасте только и делала, что училась.
По улицам не шлялась, в плохих компаниях не состояла, учителя на неё не жаловались — в общем, тоска, а не жизнь. По мнению родителей, Кира должна была целыми днями сидеть дома над учебниками, а если и выходить куда, то только к репетиторам. Ведь на носу экзамены, поступления — мать и отец старались отслеживать каждый шаг младшей дочери, тряслись над ней, как над младенцем.
Кира, с одной стороны, понимала родителей — они действительно беспокоились. Всё-таки она была очень поздним ребёнком: родилась, когда матери и отцу было уже за сорок. Старшая их дочь, Елена, в то время заканчивала медицинскую академию. Жизнь текла размеренно и спокойно. И вдруг такая неожиданность!
Кира с детства отличалась любовью к свободе и бьющей через край энергией. В садике она была инициатором всех шалостей, которые устраивала группа. Даже побеги с прогулки пару раз организовывала. Это было так легко и весело! Девушка до сих пор помнила, как сидела с друзьями в беседке во дворе напротив садика и наблюдала за мечущимися в панике воспитателями.
В школе ничего не изменилось. Кира всегда дружила с мальчишками — причём самыми дерзкими и хулиганистыми. С ними было веселее и интереснее. Они, в отличие от большинства одноклассников, не особенно дорожили своей репутацией и почти не обращали внимания на мнение взрослых. Делали то, что считали нужным и забавным.
Родители постоянно пытались повлиять на непутёвую дочь: уговаривали, угрожали, обещали награды за примерное поведение. Но Кира не могла переделать свою натуру. Ей хотелось острых ощущений, яркой жизни, веселья. Бытовая рутина её угнетала и быстро наскучивала. Конечно, у родителей имелись рычаги воздействия на слишком весёлую дочь.
Теперь, когда Кире было уже семнадцать, главным рычагом стали карманные деньги. Отец разработал сложную систему поощрений и наказаний, что безумно раздражало девушку. Но что поделать? Сама она пока не зарабатывает, а деньги нужны — ой, как нужны! Вот и приходилось прогибаться под предков.
Кира, конечно, прекрасно понимала, что родители не отпустят её на свидание с музыкантом Антоном из интернета. Поэтому и придумала историю о подготовке к экзаменам у Алёнки. Так лучше всем: и отцу с матерью спокойнее, и у Киры меньше проблем, зато больше карманных денег.
И вот Кира, наконец, окунулась с головой в весёлую взрослую жизнь. Так приятно было ощущать себя частью этой дружной, шумной компании, а ещё приятнее — чувствовать ладонь Антона на талии.
В тот вечер Кира была счастлива.
После бара молодые люди вызвали несколько такси, распределились по машинам и поехали в ночной клуб. Кира была в полном восторге. Ей как раз хотелось танцевать. Она стрелой рванула на танцпол и, забыв обо всём на свете, принялась двигаться в такт громкой музыке. Через некоторое время к ней присоединился Антон.
Он так внимательно смотрел на неё и, похоже, любовался: её плавными, грациозными движениями, стройной фигурой, длинными каштановыми волосами. Девушка старалась — теперь она танцевала только для него, этого парня с густой чёлкой, спадающей на глаза, и пронзительным взглядом. Кире хотелось, чтобы он подошёл ближе, обнял, может быть, поцеловал. Ведь Антон пригласил её на свидание.
И тут к нему сзади подошла девушка — высокая, стройная, невероятно красивая. Смуглая кожа, огромные чёрные глаза, высокие скулы. По плечам струились блестящие волосы цвета тёмного шоколада. Она напоминала то ли нимфу, то ли супермодель с подиума.
На её фоне всё вокруг будто потускнело. Кира невольно залюбовалась незнакомкой. И не только она — Антон тоже смотрел на красавицу совершенно обалдевшими глазами. Видно было, что она завораживает его, заставляя забыть обо всём. Это читалось во взгляде. Прекрасная незнакомка явно имела над ним власть.
Кажется, они были давно знакомы. В сердце Киры кольнуло неприятное чувство — ревность, наверное. Антон ведь пригласил на свидание именно её. Значит, должен смотреть так на спутницу, а не на эту длинноногую незнакомку. Но Антон, кажется, уже и не помнил о Кира. Он что-то говорил той девушке, но слов из-за громкой музыки разобрать было невозможно.
Девушка улыбнулась Антону. Кира ещё никогда не видела такой ослепительной улыбки. А потом красавица взяла его за руку и повела куда-то. Тот, конечно же, послушно пошёл за ней — и выглядел при этом невероятно счастливым.
Кира поспешила за сладкой парочкой. Она уже ничего не понимала. Что происходит? В какой-то момент Кира потеряла их из виду — слишком уж много людей толкалось на танцполе в этот субботний вечер. А когда вновь заметила Антона и прекрасную смуглянку, сердце у неё оборвалось: они самозабвенно целовались, стоя на лестнице.
Здесь почти не было людей, поэтому Кира всё отлично видела, даже с приличного расстояния. Антон так нежно обнимал красавицу, так целовал её, что Кира сразу поняла — ничего у неё с этим парнем не выйдет.
Её догадку подтвердила девушка из компании Антона — кажется, Таня. Она возвращалась из курилки и тоже заметила происходящее.
— А, Каринка вернулась, — произнесла Татьяна, остановившись рядом с Кирой. — Вот ведь стерва. Опять запудрит Антону мозги, а потом упорхнёт. Это повторяется раз за разом. А он, дурачок, никак не разлюбит эту эгоистку. Не замечает очевидного. Ну да, сердцу ведь не прикажешь.
— Они что, встречаются? — тихо спросила Кира. Голос дрогнул от подступивших слёз.
За этот вечер она успела влюбиться в Антона. Такого с ней ещё никогда не было. Он казался идеальным. Кире и правда мерещилось, что он тоже ею увлечён. И вдруг — Карина.
— Да ты не расстраивайся, ребёнок, — Татьяна ласково посмотрела на Киру. — Антон этого не стоит, правда. Ты бы разочаровалась в нём очень быстро. Радуйся, что всё так вышло. И езжай домой. Время позднее.
Но Кира не могла не расстраиваться. Прямо на её глазах разрушилась самая светлая мечта. Она ведь уже успела представить, как с появлением Антона изменится её жизнь.
Кира заперлась в туалете и проревела там не меньше получаса, не обращая внимания на нетерпеливый стук в дверь. У неё даже закружилась голова от этих безудержных рыданий. Потом всё же взяла себя в руки, вышла в коридор, забрала пальто из гардероба и торопливо оделась. Уже хотела вызвать такси, но вдруг поняла: сумочка осталась в зале.
Возвращаться не хотелось. Но что поделать — придётся. Кира надеялась только, что не столкнётся с Кариной и Антоном.
Однако в зале сумку она не нашла. Может, кто-то и прихватил — народу было слишком много. Кира осталась без телефона и без денег, зато с разбитыми надеждами и раненым сердцем.
Что поделаешь. Она решила возвращаться домой пешком. Дорога предстояла длинная, но, может быть, физическая усталость хоть чуть-чуть приглушит боль.
На крыльце клуба стояли люди: кто-то курил, кто-то смеялся, кто-то громко что-то обсуждал. Кира прошла мимо, не поднимая глаз.
«Скорее бы оказаться подальше отсюда…»
Девушка шла по пустым, тёмным улицам города и плакала, не сдерживаясь. Здесь-то её никто не видел. Хмель уже выветрился из головы — впрочем, она и не так уж много выпила. А жаль, может, стало бы легче.
Кира быстро замёрзла. Лёгкое пальто почти не грело, а под ним было лишь короткое платье без рукавов. Она так хотела впечатлить Антона, что выбрала наряд, выставлявший напоказ все её достоинства. Как выяснилось, всё это было напрасно.
Он всё равно предпочёл ей Карину — прекрасную, эгоистичную девушку, которая, как объяснила Таня, уже много лет не отпускает от себя парня. Значит, их отношения с самого начала были обречены. Карина всё равно, рано или поздно, появилась бы и напомнила о себе.
продолжение