— Ну что, показывай скорее! — подруга Лена придвинулась ближе, с любопытством разглядывая мою руку.
Я протянула ладонь, на безымянном пальце поблескивало массивное золотое кольцо с огромным рубином. Камень был действительно впечатляющим, но что-то в этом украшении меня смущало с самого начала.
— Красиво, конечно, но немного... старомодно? — осторожно произнесла Лена. — Извини, я не хотела обидеть. Просто ты обычно носишь более изящные вещи.
— Это бабушкино кольцо, — пояснила я. — Мама Антона хранила его для будущей невестки. Семейная реликвия.
Лена кивнула, но я заметила сомнение в её глазах. Да и сама я чувствовала какую-то неловкость. Когда Антон три дня назад позвал меня в ресторан, я ожидала романтического вечера. Думала, он выберет что-то особенное, что-то именно для меня. Мы ведь встречались уже больше года, он знал мои вкусы, знал, что я люблю простоту и элегантность.
Он достал коробочку, и я замерла в ожидании. Сердце билось так громко, что казалось, весь ресторан его слышит. Открыл — массивное золото с огромным рубином. Я попыталась скрыть разочарование, натянула улыбку.
— Это передается в нашей семье из поколения в поколение, — объяснил Антон с гордостью. — Бабушка носила его пятьдесят лет, потом мама хотела передать брату, но тот до сих пор не женат. Так что теперь оно твоё.
Я молчала, разглядывая чужое кольцо на своём пальце. Оно было тяжёлым, непривычным. Словно чужая история легла на мою руку.
— Тебе не нравится? — спросил он, и в голосе прозвучала тревога.
— Оно красивое, но... — я замялась, подбирая слова. — Понимаешь, я думала, ты выберешь что-то сам. Что-то, что будет отражать нас, нашу историю.
— Кольцо выбрала мама, она лучше знает, — перебил он довольно резко. — Зачем тратить деньги, если есть фамильная ценность? К тому же, мама очень обрадовалась, когда я сказал, что возьму именно его.
Тогда я просто кивнула и больше не возвращалась к этой теме. Но с каждым днём кольцо на моей руке казалось всё тяжелее.
Свадьбу назначили через три месяца. Мама Антона, Валентина Петровна, взяла организацию полностью на себя. Сначала я обрадовалась — одной заботой меньше. Работа отнимала много времени, и помощь казалась кстати. Но очень скоро я поняла, что моё мнение вообще никого не интересует.
— Платье я уже присмотрела, — сообщила мне будущая свекровь во время очередного визита. — У моей знакомой ателье, она шьёт великолепно. Вот фотографии, посмотри.
Я взяла телефон и увидела пышное платье с кринолином, корсетом и огромным количеством рюшей. Такое носили лет тридцать назад, не меньше.
— Валентина Петровна, это очень красиво, но я хотела что-то более современное, — осторожно начала я. — Знаете, простой крой, лёгкая ткань...
— Ерунда какая! — она махнула рукой. — Свадьба должна быть как в сказке! Антон, скажи своей невесте, что я права.
Он сидел рядом, листал какой-то журнал и даже не поднял головы.
— Мама лучше знает, у неё вкус. Доверься ей.
Я сжала кулаки под столом. С каждым днём я всё отчётливее понимала, что выхожу замуж не за Антона, а за его маму.
Через неделю Валентина Петровна позвонила мне на работу.
— Алёночка, приезжай сегодня в ателье. Платье уже готово на первую примерку!
Я хотела отказаться, сослаться на дела, но в трубке уже раздались гудки. Пришлось ехать.
В ателье меня встретила сама хозяйка, полная женщина с приколотой к груди сантиметровой лентой.
— Ах, невеста! Проходите, проходите! Валентина Петровна уже здесь, ждёт вас.
Свекровь сидела в примерочной зоне, попивала кофе и оживлённо беседовала с портнихой. Увидев меня, расплылась в улыбке.
— Вот и ты! Сейчас увидишь, какая красота получилась!
Мне принесли платье. Оно было ещё пышнее, чем на фотографии. Я надела его, застегнула бесконечные крючки на корсете. Подошла к зеркалу.
В отражении стояла чужая невеста. Словно я примеряла костюм для спектакля о девятнадцатом веке. Рюши, оборки, блестящие камни — всё это совершенно не сочеталось с моим лицом, с моим характером.
— Вылитая принцесса! — восторженно вскрикнула Валентина Петровна. — Антоша, смотри!
Я не заметила, как он вошёл. Жених остановился у двери, окинул меня взглядом.
— Красиво, — коротко бросил он и снова уткнулся в телефон.
— Валентина Петровна, — я повернулась к свекрови. — Может быть, всё-таки посмотрим другие варианты? Что-то более...
— Алёна, милая, — она подошла ближе, взяла меня за руку. — Я понимаю, ты волнуешься. Все невесты волнуются перед свадьбой. Но поверь моему опыту — это платье идеально. В нём выходила замуж моя мама, потом я. Теперь ты продолжишь традицию.
Я посмотрела на своё отражение. На счастливое лицо Валентины Петровны. На равнодушное — Антона. И промолчала. В тот момент мне показалось, что проще согласиться, чем портить всем настроение.
Дальше было только хуже. Ресторан для банкета выбрала Валентина Петровна — тот самый, где праздновали их семейные торжества последние двадцать лет. Меню согласовала она же — тяжёлые салаты с майонезом, жирное мясо, торт с масляным кремом. Когда я попыталась предложить более лёгкий вариант, услышала привычное:
— Девочка моя, на свадьбе должен быть настоящий стол! Гости придут не салатики жевать. Антоша, объясни ей.
Антоша объяснил. Точнее, пожал плечами и сказал, что ему всё равно, лишь бы мама была довольна.
Список гостей тоже составила свекровь. Половину людей из него я никогда не видела — дальние родственники, друзья семьи, коллеги отца Антона. Когда я робко спросила, можно ли пригласить моих подруг из университета, Валентина Петровна скривилась:
— Зачем так много молодёжи? Они только шуметь будут. Давай ограничимся самыми близкими.
Самыми близкими оказались две мои подруги против тридцати гостей со стороны жениха.
Однажды вечером я не выдержала. Антон пришёл ко мне после работы, мы сидели на кухне, пили чай.
— Послушай, — начала я, собираясь с духом. — Мне кажется, твоя мама слишком многое решает за нас. Это же наша свадьба, а я чувствую себя просто гостьей на чужом празднике.
Он отставил чашку, посмотрел на меня удивлённо.
— О чём ты? Мама просто помогает. Она опытная, у неё связи, она всё организует как надо.
— Но я хочу участвовать! Выбирать платье, которое мне нравится. Приглашать своих друзей. Решать, какую музыку играть.
Антон открыл было рот, начал фразу:
— Может, действительно нам с мамой стоит...
В этот момент зазвонил его телефон. На экране высветилось: "Мама".
— Извини, секунду, — он поднял трубку. — Да, мам. Нет, я у Алёны. Что случилось?
Я наблюдала, как его лицо меняется. Он кивал, хмурился, что-то быстро записывал на листке бумаги.
— Хорошо, мам, всё понял. Да, обязательно. Передам. Целую.
Он положил трубку и виновато посмотрел на меня.
— Извини, где мы остановились?
— Ты хотел что-то сказать про маму, — напомнила я.
— А, да, — он почесал затылок. — Слушай, мама только что звонила. Говорит, нам обязательно нужно заказать видеооператора. У неё есть знакомый, он недорого берёт.
— Антон, — я почувствовала, как внутри всё сжимается. — Мы только что говорили о том, что твоя мама слишком много решает за нас.
— Алёна, не усложняй, — он провёл рукой по волосам. — Маме это важно. Она всю жизнь мечтала о свадьбе сына. Дай ей эту радость. Потерпи немного, после свадьбы будем жить сами по себе.
— А моя радость? — я почувствовала, как к горлу подступает ком. — Я имею право на своё мнение?
— Конечно имеешь, — он взял меня за руку. — Но зачем ссориться с мамой из-за мелочей?
Я хотела верить этим словам. Хотела думать, что всё изменится, когда мы поженимся. Но с каждым днём надежды становилось всё меньше.
Последней каплей стала репетиция в ресторане. Валентина Петровна собрала нас всех — меня, Антона, ведущую, музыкантов — чтобы всё отрепетировать. Я пришла уставшая после работы, но постаралась включиться в процесс.
— Так, — командным тоном начала свекровь. — Первый танец молодых будет под вальс. Потом поздравления от родителей, потом...
— Простите, — перебила я. — А можно мы станцуем что-то современное? Мы с Антоном не умеем вальсировать.
Валентина Петровна посмотрела на меня так, словно я предложила станцевать на столе.
— Как это не умеете? Это же классика! Все нормальные молодожёны танцуют вальс.
— Мы можем выучить что-то другое. Есть очень красивые медленные композиции.
— Антон, — она повернулась к сыну. — Скажи своей невесте, что мы обсуждали этот вопрос.
Он кивнул послушно, как школьник.
— Алёна, давай не будем спорить. Вальс — это традиция нашей семьи. Все танцевали, и мы станцуем.
Я почувствовала, как внутри что-то окончательно сломалось. Не из-за вальса. Из-за того, что он даже не попытался меня поддержать. Из-за того, что каждый раз выбирал маму, а не меня.
Вечером я долго сидела дома одна, смотрела на это массивное кольцо. Вспоминала, как мы познакомились с Антоном, как он красиво ухаживал, как мы смеялись вместе. Куда всё делось? Когда он превратился в безвольную марионетку в руках собственной матери?
Я позвонила маме.
— Мам, — голос предательски дрогнул. — Я не знаю, что делать.
Она слушала молча, пока я рассказывала про кольцо, платье, свадьбу, вальс. Про то, как Антон всякий раз занимает сторону матери.
— Доченька, — наконец сказала мама. — Ты должна понимать: если он сейчас не может отстоять твои интересы, то что будет потом? Когда вы будете решать, где жить, как воспитывать детей, куда ехать в отпуск? Валентина Петровна будет принимать все решения за вас обоих?
Я знала, что мама права. Знала, но не хотела в это верить.
На следующий день я написала Антону: "Нам нужно поговорить. Серьёзно".
Он ответил не сразу, через пару часов: "Хорошо. Давай встретимся в том же ресторане, где я делал предложение. В семь вечера".
Я пришла раньше, села за столик у окна. Заказала воду, нервно крутила в руках салфетку. Думала, как начать разговор. Что сказать.
Антон появился с опозданием на двадцать минут. Извинился — мама попросила заехать в магазин за продуктами для воскресного обеда.
— Антон, мне нужно кое-что тебе сказать, — начала я, когда он устроился напротив.
— Давай сначала закажем, я есть хочу, — он взял меню.
— Нет. Сейчас. Это важно.
Он отложил меню, посмотрел на меня настороженно.
— Я много думала последние дни. О нас, о свадьбе, о том, какой будет наша жизнь.
— И что? — в голосе прозвучало раздражение. — Опять про маму? Алёна, сколько можно? Она хочет как лучше!
— Для кого как лучше? — я наклонилась вперёд. — Для нас или для себя? Антон, посмотри правде в глаза. Это не наша свадьба. Это праздник твоей мамы, где мы с тобой просто статисты.
— Ты преувеличиваешь.
— Правда? Назови хоть одно решение, которое мы приняли вместе. Одно!
Он молчал, уставившись в стол.
— Вот видишь, — я медленно сняла кольцо с пальца. — Даже это кольцо — не от тебя. Оно от твоей мамы, от твоей бабушки, от всей твоей семьи. Только не от тебя.
Я положила кольцо на стол между нами. Оно тихо звякнуло о деревянную поверхность.
— Что ты делаешь? — он смотрел на меня широко раскрытыми глазами.
— Подожди, — он достал телефон. — Я сейчас маме позвоню, она тебя успокоит, объяснит...
И вот тут я всё поняла окончательно. Даже сейчас, в момент нашего разговора, он обращается к маме.
— Кольцо выбрала мама, она лучше знает, — тихо повторила я его слова. — Свадьбу я тоже отменила сама.
— Ты не можешь быть серьёзна! — телефон выпал у него из рук. — Из-за чего? Из-за каких-то глупостей?
— Это не глупости, Антон. Это моя жизнь. Наша жизнь, которой не будет, если ты не научишься отстаивать наши интересы.
— Я люблю тебя! — голос его дрогнул.
— А я люблю себя, — я встала из-за стола, взяла сумку. — Достаточно, чтобы не выходить замуж за мужчину, который не может защитить меня даже от собственной матери.
Официант подошёл с меню, но я остановила его жестом. Достала из кошелька деньги, положила на стол.
— Я заплачу сама. За себя.
Антон сидел неподвижно, сжимая телефон. Не пытался остановить меня, не вставал, не окликал. Просто смотрел, как я ухожу. Вот и весь ответ на все мои вопросы.
На улице было свежо, дул лёгкий ветер. Я шла медленно, вдыхая полной грудью. Странное чувство — одновременно пустота и облегчение. Палец без кольца казался непривычно лёгким.
Телефон завибрировал — сообщение от Лены: "Как дела? Как свадебные хлопоты?"
Я улыбнулась сквозь слёзы и набрала ответ: "Никаких хлопот. Свадьбы не будет".
Позже будут звонки, объяснения, недоумение. Валентина Петровна, конечно, объявит меня виноватой во всём. Антон, возможно, попытается вернуться. Или нет.
А через две недели я случайно увидела в социальных сетях фотографию. Антон сидел за праздничным столом, рядом с ним — незнакомая девушка с короткой стрижкой. Валентина Петровна обнимала её за плечи, улыбаясь в камеру. И на руке у этой девушки красовалось знакомое кольцо с рубином.
Я посмотрела на фото ещё раз и закрыла приложение. Улыбнулась. Повезло этому кольцу — нашло себе хозяйку. Только не меня.
Я сделала выбор. Свой выбор. Впервые за эти месяцы. И это было самое правильное решение в моей жизни.
Спасибо за прочтение👍