Квартира родителей Дмитрия пахла свежими розами — Элеонора Яковлевна специально заказала букет накануне, чтобы создать уютную, но в то же время торжественную атмосферу. Воздух был пропитан тонким цветочным ароматом, смешанным с едва уловимым волнением: сегодня в их доме должна была появиться девушка сына — Марина.
Предыдущая глава рассказа тут:
Все главы рассказа доступны в подборке ниже:
В просторной гостиной всё выглядело безупречно. На полированном столе из красного дерева стояла фарфоровая ваза с розами. Серебряные подсвечники отбрасывали мягкий свет на скатерть ручной вышивки. В буфете поблёскивала фамильная посуда, которую доставали только по особым случаям.
Элеонора Яковлевна, стройная женщина с аккуратно уложенной причёской и тонкими чертами лица, нервно поправляла складки на скатерти. Она то и дело поглядывала на часы, потом на дверь, потом снова на стол — словно проверяла, не упустила ли чего‑то важного.
— Марк, ты себе мог когда‑нибудь представить, что мы будем знакомиться с девушкой нашего Димочки? — тихо спросила она, оборачиваясь к мужу.
Марк Иванович, сидящий в кресле с газетой, отложил чтение и улыбнулся. В его глазах читалась гордость, но и лёгкая тревога — всё‑таки это был важный момент в жизни сына.
— Я всё думала, что это событие будет не близко, а тут свершилось! — продолжила Элеонора, проводя рукой по краю стола. — Ещё недавно он был маленьким мальчиком, который бегал по этим комнатам, а теперь… теперь у него своя жизнь.
— Ты, мать, всё думаешь, что Димка наш ещё ребёнок! — мягко возразил Марк Иванович. — А он уже давно вырос: и живёт отдельно, и работает на хорошей должности! Самостоятельный!
Он поднялся, подошёл к жене и нежно обнял её за плечи.
— Вот глядишь, и семья у Димки появится, внучков нянчить с тобой будем! А? — в его голосе звучала тёплая надежда.
Элеонора улыбнулась, но в её взгляде всё ещё таилось беспокойство. Она поправила брошь на блузке и тихо произнесла:
— Да, хороший муж кому‑то достанется… Главное, чтобы достойная девушка была.
Не дожидаясь ответа, она снова метнулась к столу, проверяя, всё ли на месте: салфетки, бокалы, сервировка. Её движения были быстрыми, почти нервными, словно она пыталась унять внутреннее волнение.
— Так уж Димка мне говорил, что они с этой Мариной уже полгода вместе живут в его квартире! — Марк Иванович решил разрядить обстановку, говоря спокойно и рассудительно. — Так что уж, наверное, успел изучить — хорошая у него девушка или нет!
— И если бы она его не устроила, вряд ли Димка привёл её к нам знакомить! — добавил он, пытаясь успокоить жену.
Элеонора остановилась, глубоко вздохнула и посмотрела в окно. На улице уже темнело, и огни города мягко освещали двор. Она знала: сын вырос, и этот шаг — знакомство с избранницей — неизбежен. Но сердце всё равно сжималось от тревоги: как сложится встреча? Понравится ли Марина им? И главное — будет ли она счастлива с их сыном?
***
Квартира родителей Дмитрия блистала не только чистотой, но и неброским богатством. Ремонт, конечно, не был новомодным — но добротность отделки, качество материалов, продуманность деталей говорили сами за себя. Каждая вещь находилась на своём месте, каждая поверхность сияла, а расставленные с тонким вкусом предметы интерьера создавали ощущение уюта, в котором чувствовалась рука хозяйки, годами оттачивающей мастерство создания «дома мечты».
Марк Иванович, отец Дмитрия, не в силах справиться с волнением, вышел на балкон. Щёлкнув фирменной зажигалкой с гербом — давним подарком делового партнёра, — он закурил, наблюдая за тем, как внизу, на кухне, его младшая дочь Люба доводит до зеркального блеска и без того сияющие бокалы. Её сосредоточенное лицо, отражение в хрустале, ритмичные движения мягкой салфетки — всё это вдруг заставило его улыбнуться. «Вот ведь хлопотунья…» — подумал он с теплотой.
Люба была младшенькой в семье Бергов — весёлая, открытая, с искрящимися глазами и вечной улыбкой. Училась на третьем курсе университета, жила с родителями, и вся её жизнь казалась родителям воплощением лёгкости и радости. А вот Дима… Дима уже перешагнул ту черту, когда пора было думать о семье. И родители искренне радовались, что сын наконец‑то привёл в дом девушку.
Резкий звонок в дверь заставил забыть о последних приготовлениях всех домочадцев. Даже Марк Иванович вздрогнул, едва не выронив сигарету, а Люба, подскочив, чуть не опрокинула стопку тарелок. Элеонора Яковлевна, собравшись с духом, бросилась открывать — ей хотелось первой встретить сына и его избранницу.
— Мариночка, Дима! Наконец‑то! А мы уже вас заждались! — воскликнула она, распахивая дверь с лучезарной улыбкой.
Но уже через мгновение улыбка застыла на её лице. Марина, не отвечая на приветствие, скользнула взглядом по дорогой хрустальной люстре в прихожей, потом оценивающе задержалась на картине в стиле Шагала, висевшей над консолью. В её глазах читалось не восхищение, а скорее расчёт — будто она мысленно прикидывала стоимость каждого предмета.
— Здрасьте, — выдавила Марина из себя улыбку приличия, снимая дорогое пальто. Её движения были отточенными, почти демонстративными — она явно хотела произвести впечатление.
Каблуки её туфель цокали по дорогому паркету, словно счётные машинки, отсчитывающие шаги по направлению к кухне, где был накрыт стол по случаю приёма дорогих гостей. Звук эхом разносился по квартире, нарушая уютную тишину.
В этот момент из кухни вынырнула Люба с салатницей в руках. Её лицо озарилось искренней улыбкой.
— Привет, Марин! Я Люба — Димина сестра. Садитесь с Димой там, у окна! Вид на город из окна кухни просто отличный, — проговорила она с неподдельной радостью.
— А… Люба… Очень рада знакомству, — процедила Марина, едва скрывая скуку. — Дима много о тебе рассказывал. Он ещё похвастался, что родители тебе на день рождения машину подарили?
Её вопрос прозвучал неожиданно резко, но Люба, не уловив в нём ни тени меркантильности, радостно закивала:
— Да! Марин, я сама была в шоке — такой дорогой подарок! Вон, посмотри из окна — красная «Ауди», припорошенная снегом на парковке!
Она подошла к окну, указывая на автомобиль, и её глаза светились от счастья. Но Марина лишь бросила на машину короткий, полный зависти взгляд.
— Везёт тебе, конечно… А вот мне никто машин не дарил! — огрызнулась она, и в её голосе прозвучала такая горечь, что Люба невольно смутилась.
Словно почувствовав негативную энергию гостьи, новая машина жалобно помигала аварийкой и издала несколько отрывистых звуков сигнализации. Все замерли, не зная, как реагировать.
— Так мне для учёбы купили, — поспешила оправдаться Люба, словно чувствуя себя виноватой. — От нас до универа через весь город ехать, а я на всякие вирусяки восприимчивая, потом кашляю и чихаю, заразившись в общественном! Вот родители и решили…
Тишина повисла гуще соуса бешамель. Люба неловко поправила фартук, пытаясь сгладить неловкость.
— Мне бы так «учиться», — протянула Марина, цокая языком и разглядывая серьги и подвеску Любы. — А мне Дима даже руль не даёт потрогать на своей машине. Боится, видимо, что поцарапаю.
— Хочешь, на следующих выходных я за тобой заеду на машине, съездим с тобой на площадку, там и поучимся? — предложила Люба, желая наладить отношения с невесткой.
— Спасибо, конечно, но мне ни к чему… Мне своя машина не светит! Кто же мне такой подарок сделает? — Марина бросила испепеляющий взгляд на Дмитрия, словно обвиняя его во всех своих бедах.
Все домочадцы остолбенели. Никто не ожидал, что девушка, впервые пришедшая знакомиться с родителями жениха, начнёт разговор с таких откровенных намёков на материальные блага. В воздухе повисло напряжение, которое даже аромат паштета из утиной печени не мог развеять.
Продолжение уже на канале. Ссылка ниже ⬇️
