Сергей Горбунов. Рассказы о жизни

Пётр Семёнович, для простоты все звали его просто Семёныч, ездил он на дачу не круглый год, а только с мая по сентябрь, ну и пару раз зимой — проверить, не протекли ли крыша и трубы, да глянуть, как держится отопление. Семёныч был мужчина лет пятидесяти пяти, основательный, неторопливый, любил, чтобы всё было по уму и с запасом прочности. Если ставил теплицу — то на фундаменте, если клал дорожку — то из плитки, которая переживёт и ливень, и мороз. Одна вещь никак не давала ему покоя — общий забор с соседом слева, Виктором...

Что им сказал мой муж? — Ну что, дорогая, — Алексей положил руку на плечо жены, — мы это сделали. Последний платёж по кредиту за дом прошёл. Всё, мы свободны! — Наконец‑то! — Марина просияла. — Теперь можно заняться благоустройством участка. У меня столько планов: посадить цветы, поставить беседку… Облагородить пространство перед домом! — И отдохнуть, — добавил Алексей. — Я уже присмотрел тур «всё включено» на две недели. Пора нам с детьми нормально отдохнуть за эти десять лет строжайшей экономии...

Уговорил Игорь Галю. Сняла та деньги с банковского счёта и отдала в распоряжение супруга, который без промедления нашел самое премиальное предложение, и заказал строение под ключ. — Ну а что, я же все эти годы Ксюшу растила, кормила, одевала, да и Игорь мне помогал (последние два года), так что эти деньги вполне можно на себя потратить. Да и действительно, Ксюшу будем звать в баню, может и Игорь к Ксюше будет лучше относиться, — оправдывалась сама перед собой Галя. Игорь действительно нанял стоящих, правда, дорогих мастеров: качество не может стоить дёшево...

— Галя? Что ты тут делаешь? — первое, что вырвалось у Игоря. Галя многое могла простить Игорю и свекрови, но чтобы за её спиной устраивать такие дела с приглашением бывшей супруги её законного супруга — это было уже слишком. — Да, действительно, а чего это я тут делаю, дорогой? Ведь отдыхать мне не положено по уставу! Сейчас вернусь к себе на дачу и пойду крутить свои банки и складывать их в погреб твоей мамы, чтобы она уже распоряжалась ими как хотела. — А ты тут со своей бывшей, как раньше без меня, будешь шашлыки жарить да в баню ходить, — Галя обиженно села за стол и расплакалась...

Вскоре слава о Галиных закатках пронеслась по всему СНТ, так как Степановна - была женщиной разговорчивой, и брала Галинины закатки для своих нужд. Как‑то к Гале на улице подошла женщина, мило улыбнулась и начала разговор: — Ой, а это вы, Галочка — сноха Лидии Степановны? Ваши помидорки маринованные просто отпад — такие сладкие, хрустящие, такие ммм… Можно у вас узнать рецепт, если уж не жалко? — А вы где мои соления пробовали? — настороженно спросила Галя. Начало рассказа тут. — Дак когда у Степановны юбилей праздновали на той неделе, так она всех родственников и ближайших соседей приглашала...

Галя с гордостью осматривала свой огород на семейной даче. Всё у неё было по делу: помидоры в теплице подвязаны и политы, дали уже первую партию спелого урожая. Во второй теплице наливались соком огурцы. На дальнем участке подрастала картошка, рядом — кабачки, тут — клубника, там — малина. Галя гордилась своим огородом — это было её детище. Сразу после работы женщина стремилась вечером быстрее выйти на участок — поливать, рыхлить, обрабатывать. Муж Гали, Игорь, скептически относился к такому рвению супруги...

Катя и Игорь жили вместе уже 7 лет — не всегда гладко, но в целом дружно. Они научились договариваться, поддерживать друг друга и радоваться мелочам. Но всё изменилось, когда в их жизни появилась Тамара Семёновна — мама Игоря. Тамара Семёновна овдовела два года назад. Раньше она жила в небольшом городке в 200 км от столицы, а теперь решила перебраться поближе к сыну. — Игорёчек, милый, я тут подумала: а давай я к вам перееду? — позвонила она однажды. — В моём возрасте уже тяжело одной, да и городок этот… Ни врачей нормальных, ни магазинов хороших...

Иван приехал в деревню всерьёз и надолго. От города всего 15 километров, а стоимость участка — в разы дешевле, чем в пригороде. Участок достался огромный: соток 20, а за ним — ещё полно бесхозной земли. Усадьба находилась на отшибе между двумя улицами — гуляй, коси, сажай, никто слова не скажет. Построил Иван дом, начал огораживать владения. — Слушай, сосед, а ты чего это тут забор ставишь? — возмутились местные. — Так моя земля, хочу и ставлю, — отвечал Иван. — Ничего лишнего не взял, как кадастровый инженер точки указал, так по ним и ставлю...

Давно мы семьей никуда не выбирались, а тут нужда заставила съездить в центр. Решили прогуляться по площади рядом с Храмом Ушакова, ну и полюбоваться новым благоустройством - было анонсировано весной, что центр города полностью преобразиться. Вот как мы помним оформление клумб раньше. Весной там были тюльпаны, а летом около самого храмы были розы. А центральные клумбы каждый раз пересаживали. Там были петунии и бархатцы. Или вот вариант. Клумбы по бокам были засажены газоном. Да, преобразования - капитальные...

— Ой, детки, это что же вы такое привезли? Теплица, что ли? И какая здоровенная! Дуги, арки, поликарбонат… — изумлялась Петровна подарку дочки с мужем. — Да, мамуль, это уже профессиональный формат: 10 метров, усиленный каркас, премиальный поликарбонат! — хвасталась Людка. — И прицеп какой здоровый прикупили… — рассматривала Петровна. — Сколько же она стоит, дочка? Я же с вами не расплачусь! Да и куда такая огромная? На ней все косточки положить можно! — сетовала мать. — Немало, мама, — вступил в разговор довольный зять Иван...

— В смысле, Миша, у тебя есть своя квартира? — недоумевала Катя, в очередной раз собирая вещи для переезда в очередную съёмную квартиру. Её муж Миша сидел на полу, разбирая коробки, а их дочка Лиза играла рядом с куклой. — Ну… та двушка на окраине, где сейчас живёт мой старший брат Денис с семьёй — это моя квартира, — виновато пробормотал Миша. — Ты что, с ума сошёл?! И ты молчал об этом всё это время, пока мы третий год мотаемся по съёмным углам?! — Катя бросила подушку на кровать и уставилась на мужа...