Этим материалом продолжу тему, начатую в статье, где я попытался описать различия между метонимией и метафорой. Здесь остановлюсь более подробно на метонимии, акцентируя внимание на ее стилистических функциях. Для этого попробую интерпретировать использование метонимии в разных произведениях англоязычных авторов.
Энтони в голубом Эльзасе (Элеонор Фарджен)
Skipping his breakfast paper one day, bewildered, as he always was, by vital facts about HOME RAILS, QUESTIONS IN THE HOUSE, and THREE-PIECE SUITS: facts grasped, as he knew, instantaneously in their full import all over England by DIFFERENT ORDERS OF MIND from his… Anthony's roving eye was captured by certain words in a paragraph headed “Mouchard (near Jura mountains)”
Однажды, читая утреннюю газету, Энтони вновь ощутил смятение, когда увидел заголовки о внутренних железных дорогах, парламентских дебатах и новостях делового мира. Эти сведения, как он понимал, мгновенно усваивались по всей Англии умами иного склада – его же сознание пропускало их сквозь себя, словно сквозь марлю. И вдруг блуждающий взгляд Энтони уловил несколько слов в статье под заголовком «Мушар (у подножия Юры)».
В этом фрагменте есть несколько примеров метонимии. Сначала разберем каждый случай в отдельности.
Home Rails – железные дороги как инфраструктура. Метонимия построена по модели: часть (рельсы) подменяет целое, т.е. систему железных дорог и ее регулирование.
Questions in the House – палата общин (House of Commons). Здесь помещение (Палата) подменяет членов парламента и их деятельность (дебаты), которой они занимаются.
Three-Piece-Suits - это представители деловых кругов Великобритании. Метонимический перенос осуществляется на основе модели признак человека (костюм-тройка) подменяет самого человека.
Different orders of mind – люди с другим складом ума. Тот же самый механизм метонимии: признак человека (иной склад ума) используется для обозначения самого человека.
Итак, выше описаны механизмы построения метонимий. А теперь постараюсь интерпретировать эти метонимии с учетом тематики и идеи рассказа в целом.
Рассказ “Anthony in Blue Alsatia” повествует о взрослеющем юноше, который мечтает встретить свою любовь. Его мечтания противопоставлены взрослой реальности. Сюжет следует за романтическими воображениями Антони, навеянными содержанием газетной статьи. События, описанные в статье, сменяются романтическими описаниями и представлениями героя. Главное стилистическое средство – это контраст, который реализуется как на композиционном, так и на языковом уровне. А используемая метонимия гармонично вписывается в общую стилистическую канву. Она усиливает контрасты, которые на протяжении всего рассказа следуют один за другим. Герою не интересны железные дороги – символ утилитарности и прогресса. Он не понимает, почему взрослые обсуждают законы, когда мир полон романтики. Ему чужды костюмы-тройки, в которых он видит безликость в отличие от одежды девушки (white chemise and embroidered skirt), которая могла бы стать для него символом индивидуальности и красоты. Он не стремится вписаться в мир «других умов», т.е. умов, которые схватывают прозу жизни, но не видят ее поэзии.
Черное дерево и слоновая кость (песня Пола Маккартни)
Эта песня начинается следующими строками.
EBONY and IVORY
Live together in perfect harmony
Side by side on my piano keyboard
Oh Lord, why don’t we?
Черное дерево и слоновая кость живут бок о бок в совершенной гармонии на клавиатуре моего пианино. О Господи, почему у нас людей это не получается?
Метонимия в этом фрагменте реализуется дважды. С одной стороны, материал ebony (черное дерево) и ivory (слоновая кость) обозначает предмет (черные и белые клавиши). Чёрное и белое – считывается как очевидный цветовой контраст, который не мешает пианино воспроизводить красивую музыку. С другой стороны, черный и белый – это признаки чернокожего и белого населения, соответственно. А это уже вторая метонимия, где признак (цвет) обозначает людей. Риторический вопрос в конце фрагмента обозначает проблему расовой неприязни.
Доктор Но (экранизация Я. Флеминга)
Проанализирую всего лишь один эпизод. В самом романе этого эпизода нет. Ну а в экранизации он выглядит следующим образом.
- What is his name?
- Doctor NO.
- How do you spell it?
- Like YES...
- Звуковой образ [no] ассоциируется главным образом с двумя написаниями – no и know. Отсюда и вопрос How do you spell it? Ответ на этот вопрос является неожиданным, что и вызывает улыбку зрителя. Между yes и no нет внешнего сходства ни в звучании, ни в написании. Однако эти два слова смежны между собой. Оба они часто используются в качестве кратких ответов, а в сознании человека всегда находятся рядом. Таким образом, метонимия строится здесь на ассоциативной близости двух понятий. В контексте шпионского сюжета эта метонимия усиливает интригу, заставляя зрителя еще раз обратить внимание на парадоксальное имя ученого-злодея. Имена – есть маски, а не сущности.
Фараон и хорал (О. Генри)
Как и многие рассказы О. Генри «Фараон и хорал» – это и веселая, и в то же время грустная история. Она веселая благодаря ироничному сюжету, языковой игре и остроумию. Но это и грустная история, поскольку за комическими эпизодами скрывается глубокая социальная проблема. Герой лишен дома, работы, человеческого тепла. А его цель – попасть в тюрьму. Но это не причуда, а шанс выжить – там тепло, еда и крыша над головой. Юмор лишь маскирует отчаяние. Этот синтез комического и трагического достигается многочисленными стилистическими средствами, где метонимия играет далеко не последнюю роль. Она гармонично сочетается с метафорой, оксюмороном, антитезой, иронией. Разберу здесь лишь несколько примеров из этого рассказа.
Three months of assured BOARD AND BED and congenial company, safe from BOREAS AND BLUECOATS, seemed to Soapy the essence of things desirable.
Разберу сначала оборот safe from Boreas and bluecoats. Что это за птицы, и почему герою рассказа нужно было от них укрываться? – Boreas в древнегреческой мифологии – это бог северного ветра. Соответственно, его имя используется иносказательно, чтобы обозначить зиму и холод. Это метонимия: признак явления (северный ветер) обозначает само явление (холод). Второе слово bluecoats также используется метонимически. Синие мундиры во времена О.Генри носили полицейские, и именно полицейские обозначаются здесь словом bluecoats.
Другая метонимия наблюдается в обороте board and bed. В общем контексте городской жизни во времена О.Генри этим оборотом называли пансионат, т.е. вариант для проживания, где за соответствующую плату клиента обеспечивали питанием (board) и собственно проживанием (bed). Сравните, например, услугу современных отелей B&B(bed and breakfast). Однако в контексте рассказа эта метонимия используется еще и с горькой иронией. Board and bed – это не пансионат, а тюрьма, куда и стремится попасть Сопи. Иронию, кстати, можно наблюдать и в других фрагментах предложения выше. Это и congenial company, и the essence of things desirable,где в изысканных фразах формулируется убогое стремление Сопи. Итак, переведем это предложение, учитывая как иронию, так и метонимию.
Три месяца крыши над головой и гарантированной еды, в приятной компании, вдали от посягательств Борея и фараонов - для Сопи это было существом его устремлений.
Такое же сочетание метонимии и иронии можно наблюдать и в следующем предложении.
Three months on the ISLAND was what his SOUL CRAVED. – Трех месяцев заключения на Острове - вот чего взалкала его душа.
Island – это метонимическое переименование тюрьмы, которая располагается на острове. Экспрессия метонимии усиливается ироничным оборотом his soul craved, который напоминает оксюморон, соединяющий духовное (soul) и телесное (craved).
Ну и отмечу также, что метонимия в «Фараоне и хорале» не ограничивается перечисленными примерами. Там есть еще brass buttons, helmets, clubs (полицейские), Blackwell’s и winter quarters (тюрьма). Название рассказа (The Cop and the Anthem) также основано на метонимии, где разговорное cop означает закон, а возвышенное anthem символизирует пробуждение достоинства.