Дорогая цена за абсолютный контроль
Представьте на минуту, что вы стратег XIX века, глядящий на карту Российской империи. Вот она, громада от Вислы до Аляски. Но взгляд невольно спотыкается о юг, о сплошное белое пятно, пронизанное горными хребтами, имя которому Кавказ. И это пятно не просто "не наше", оно именно что дыра в безопасности, в суверенитете, в логистике.
Кавказская война (1817-1864) – это 47 лет непрерывных боев, десятки тысяч жизней русских солдат и, без сомнения, сотни тысяч горцев. Огромная цена. Современники и многие историки потом твердили, мол, это "колониальная авантюра", "ненужная кровь", "имперское бремя". Цифры военных расходов астрономические, иногда уходило до половины всех доходов! Казалось бы, чистая экономическая бессмыслица.
Но что, если посмотреть иначе? Что если это была самая что ни на есть прагматичная, хоть и запоздалая, инвестиция в будущее? Инвестиция в национальную безопасность, расчетливый геополитический ход в "Большой игре" против Британской империи. Главный парадокс, который мы разберем, звучит так: заплатив миллионы рублей в XIX веке, Россия сэкономила потенциальные миллиарды и неисчислимые политические потери в XX и XXI веках.
Важно понимать, что речь шла не просто о покорении гор, а о том, чтобы наглухо заколотить то самое "разбитое окно", через которое противник мог в любой момент влезть к Волге, к Каспию, в сердца губерний. Ликвидация имамата Шамиля, помимо военной победы, стала еще ликвидацией готового плацдарма для Лондона. Потеряв Кавказ, Британия потеряла шанс создать для России свой Афганистан – вечный, кровоточащий фронт в собственном тылу. Как это получилось и почему цена, как ни крути, того стоила? Давайте разбираться вместе. Добро пожаловать в главную геополитическую стройку России XIX века.
Геополитическая шахматная доска у подножия гор
Блок 1: Британский интерес: "второй фронт" против России
Вы никогда не задумывались, почему эта война была такой яростной и затяжной? Горцы сражались за свободу, свою землю, веру – это святое и понятное дело. Но если бы за их спинами не стояла тень другого, гораздо более могущественного игрока, вряд ли сопротивление приняло бы такие масштабы и длилось почти полвека. Этим игроком была "Владычица морей" – Британская империя.
Для Лондона Кавказ был идеальной точкой приложения усилий в "Большой игре" – тайном и явном противостоянии с Россией за влияние в Азии. Стратегия была проста и цинична: не воюя самим, максимально усилить и сделать неиссякаемым внутреннего противника России. Горцы становились разменной картой. Британия действовала по двум каналам: через своего традиционного союзника – Османскую империю, и напрямую, через своих агентов.
Вот вам малоизвестный, но показательный факт: в 1834-1837 годах в горных аулах действовала тайная миссия подданного Её Величества Джеймса Белла. Под видом путешественника и "друга" горских народов он помимо того, что изучал обстановку, также координировал поставки оружия (современных по тем временам штуцеров и пороха), консультировал по фортификации и даже, по некоторым данным, участвовал в планировании набегов. Его отчеты в Лондон были полны расчетов, как надолго Россия может быть втянута в эту "кавказскую трясину", оттягивая силы с других фронтов.
Англичане мечтали повторить на Кавказе свой успех в Афганистане, который стал для них "кладбищем империй" и буфером против русских. Их цель? Создать такой же "непокорный Афганистан" для России. Как писал британский историк и публицист того времени, Дэвид Уркварт, ярый русофоб:
«Кавказ — это пробка, закрывающая бутылку с русским шампанским. Выбьем пробку и пена хлынет, поглотив империю в её же внутренних проблемах».
Они видели в имаме Шамиле своего естественного союзника. И ведь почти получилось: сильное, централизованное военно-религиозное государство (имамат) в тылу у России – это же мечта любого генштаба противника!
Но здесь мы подходим к главному. Россия, ведя тяжелейшую войну, на самом деле ликвидировала не горцев, а именно этот британский проект. Каждый рубль, потраченный на экспедиции, каждый солдат, павший в ущельях, – это была плата за то, чтобы вырвать этот стратегический инструмент из рук Лондона. Жестокая необходимость? Без сомнения, но альтернатива была ещё страшнее.
Блок 2: Русская выгода: ликвидация стратегической бреши
А теперь представьте на секунду, что Россия махнула бы рукой. Мол, дорого, крови много, ну их, эти горы. Оставила бы там независимый имамат Шамиля, ну или конгломерат вольных обществ под протекторатом Британии и Турции. Что мы получили бы на карте? Грандиозную, незаживающую рану в самом уязвимом месте.
Во-первых, навсегда была бы перерезана главная артерия, связывающая метрополию с Закавказьем – Военно-Грузинская дорога. Любая переброска войск или товаров из Тифлиса (ныне Тбилиси) в Москву превращалась бы в рискованную лотерею. А Закавказье (Грузия, Восточная Армения), только-только вошедшее в состав империи и видевшее в ней защиту от Персии и Турции, оказалось бы в стратегическом мешке, отрезанном от большой земли. Его удержание стало бы непосильной ношей.
Во-вторых, и это главное – открытые ворота для удара в сердце. От кавказских предгорий до Астрахани и Царицына (Волгограда) – одна степь. Конные отряды горцев, щедро снабжаемые через Каспий британским оружием, могли бы совершать рейды прямо в поволжские губернии, парализуя хлебную торговлю и сея панику. Каспийское море из внутреннего русского озера превратилось бы в фронтовую зону. А Волга – главная транспортная артерия Центральной России – оказалась бы под прицелом.
Окончание войны в 1864 году разом сняло все эти риски. Тыл стал безопасным. Теперь Россия могла спокойно перебрасывать войска из европейской части на персидскую или турецкую границу, не опасаясь удара сзади. Кавказский хребет из угрозы превратился в тот самый неприступный естественный барьер, о котором мечтали стратеги. Он стал щитом, прикрывшим всё Поволжье и Прикаспий.
Цена этого щита, повторюсь, была чудовищной. Но давайте зададимся вопросом: а что было бы, заплати мы отступными в виде независимости региона? История даёт нам печальный ответ в виде Крымской войны (1853-1856), где горцы, подстрекаемые Турцией и Британией, активизировались, оттягивая на себя целые дивизии, так нужные на главном, крымском фронте. Если бы не предшествующие десятилетия борьбы и контроля, этот "второй фронт" мог бы стать роковым.
Уже интересно? Тогда в следующем блоке мы переведём всё в сухие, но красноречивые цифры и посмотрим, была ли эта титаническая борьба хоть как-то оправдана экономически.
Блок 3: Экономическая выгода и военные расходы. Цифры, которые заставляют задуматься
Давайте теперь, как принято у взрослых людей, посчитаем. Война – это всегда прежде всего экономика. Цифры потерь человеческих – тема для отдельного разговора. А вот финансовые затраты и приобретения можно попробовать оценить.
Итак, военные расходы. Как я уже упоминал, за последние два десятилетия войны (примерно с 1845 по 1864 гг.) прямые затраты казны превысили десятки миллионов рублей. По оценкам военных историков, ежегодно война на Кавказе стоила 10–15 млн бумажных рублей, то есть до 20% всех расходов Российской империи на армию. Однако это не итоговая сумма, потому что ещё до 4 млн ежегодно обходились набеги горцев и выкуп пленных. Кроме того, в 1864 году, когда было сломлено последнее открытое сопротивление, траты России на Кавказ более чем в два раза превышали все доходы, получаемые казной в регионе. При этом точные финансовые затраты на войну не поддаются точному учёту, так как включали в себя не только военные расходы, но и косвенные траты, например, на обеспечение казачества, строительство укреплений и постов в горах. Исходя из логики, на войну могло уйти порядка 100 миллионов рублей серебром! Но вероятнее всего сумма была еще больше. Если ОЧЕНЬ ГРУБО перевести на сегодняшние деньги, то это порядка 8-9 трлн. рублей.
Это астрономическая сумма. Весь годовой доход государства в 1850 году составлял около 220 млн рублей. Получается, почти половина годового бюджета уходила на Кавказ! Если же прикинуть расходы за всю войну, с учетом инфляции, содержания армии, строительства крепостей и укрепленных линий, многие современные историки оценивают общую сумму в порядка 200-250 млн рублей серебром. Колоссальные инвестиции, которые вызывали ропот в обществе и министерствах.
Но что же мы купили на эти миллионы, кроме мира? Мы приобрели доступ к богатствам Закавказья, которые без контроля над самим Кавказом были бы просто недосягаемы. Давайте посмотрим на послевоенный период:
- Марганец. Чиатурское месторождение в Западной Грузии стало главным в мире источником марганца, критически важного для металлургии и, позже, военной промышленности. К началу XX века Россия обеспечивала до 60% мирового экспорта этого сырья.
- Медь, свинец, уголь. Разработка месторождений в Армении (Зангезур) и Азербайджане дала мощный импульс русской индустриализации.
- Сельское хозяйство. Плодородные земли Восточной Грузии (Кахетия), Кубани и предгорий стали житницей и, что ещё важнее, винодельческим центром империи. Торговля зерном, вином, фруктами и позже нефтью из Баку (после обустройства транспорта) стала давать казне устойчивый доход.
К 1890-м годам, всего через 30 лет после окончания войны, налоговые поступления и прибыль от добывающих концессий только из Тифлисской и Кутаисской губерний уже покрывали издержки содержания всего кавказского наместничества с лихвой. А главное мы получили безопасный транзит. Товары и войска шли по надежным дорогам, а не пробивались с боем.
Была ли альтернатива? Платить дань горским обществам, откупаться, оставить их в полунезависимом статусе? История показывает, что такая "экономия" привела бы лишь к постоянным рейдам и необходимости содержать на линии еще большую армию, что в долгосрочной перспективе было бы в разы дороже. Иногда, чтобы перестать терять по копейке, нужно вложить рубль. Жестокий, но железный экономический закон.
Блок 4: Геополитический дивиденд: невозможность британского удара с юга. Финальный акт "Большой игры"
А теперь представим самый страшный для имперского генерального штаба сценарий: большая война с коалицией западных держав (Англия, Франция) при активном участии Османской Турции. Это не фантазия – это ровно то, что произошло в Крымскую войну, только в урезанном варианте. И что мы видим? Кавказский фронт, хоть и активный, не стал фатальным. Войска там сражались, но не было тотальной резни в тылу, не было восстания "от моря до моря".
А что было бы, останься Кавказ непокоренным? Сценарий очевиден. В случае любой внешней войны Британия и Турция немедленно спровоцировали бы всеобщее восстание, поставив горцам современное оружие (к 1850-м это уже не мушкеты, а нарезные винтовки и даже артиллерия) и направив своих инструкторов. И вот уже не несколько отрядов, а десятки тысяч бойцов Шамиля (а его авторитет был бы неизмеримо выше) обрушиваются не на линию, а прямо на Тифлис, Баку, выходят к Каспию. Россия оказывается в клещах: враг с запада (Крым) и с юга (полностью потерянное Закавказье и горящее Поволжье). Это уже не война, это катастрофа, ставящая крест на статусе великой державы.
Покорение Кавказа навсегда закрыло этот сценарий. После 1864 года ни одна иностранная держава не могла даже теоретически рассчитывать на создание в этом регионе "пятой колонны" такой мощи. Британии пришлось искать другие точки давления – в Средней Азии. И вот здесь мы видим второй, часто упускаемый дивиденд.
Россия высвободила войска и ресурсы. Те самые дивизии, что десятилетиями стояли на линии, теперь можно было перебросить на завоевание Туркестана. И это не ирония, а логика империи: устранив одну угрозу, она получила возможность двигаться дальше, упреждая новые. Укрепив свой южный фланг неприступной горной стеной, Россия обезопасила свой тыл для экспансии в Среднюю Азию, где снова столкнулась с британскими интересами, но уже с позиции силы. Кавказ перестал быть проблемой и стал трамплином.
Это был болезненный, но необходимый акт геополитического "санирования" границ. Вместо рыхлой, проницаемой и уязвимой границы империя получила твердый, контролируемый рубеж. В этом и заключался главный выигрыш, не измеряемый просто деньгами. Он измерялся отсутствием грандиозных поражений в будущем. Но так ли всё однозначно? Давайте подведём итоги в заключении.
Самая дорогая страховка в истории
Так что же в сухом остатке? Кавказская война, без прикрас, была трагедией для всех её участников. Горцы отстаивали свой мир и проиграли. Россия заплатила за победу огромную кровь и золото. Но если отбросить эмоции и взглянуть холодным взглядом стратега, это была, возможно, самая важная и оправданная "страховая премия", которую когда-либо платила наша страна.
Покорение Кавказа не было колониальным приращением ради ресурсов (они стали бонусом позже). Это было стратегическое санирование собственных границ, ликвидация фатальной уязвимости. Инвестировав сотни миллионов рублей и десятилетия усилий в XIX веке, Россия навсегда устранила угрозу, которая в случае большой войны (а они следовали одна за другой: Крымская, Русско-турецкая, Мировые) могла стоить не только миллиардов, но и самого существования империи в её тогдашних границах.
Мы получили непроницаемый барьер, закрывший доступ конкурентов к Каспию и Волге. Мы превратили внутреннюю рану в защитный панцирь. Весь XX век, со всеми его потрясениями, Кавказский хребет оставался именно границей, а не линией фронта в тылу. И даже сложнейшие события новейшего времени, о которых мы обязательно поговорим отдельно, разворачивались уже в рамках единого правового и стратегического пространства, а не на проходном дворе, контролируемом враждебными державами.
Альтернатива? Постоянная "афганизация" региона, вечная партизанская война, финансируемая из-за рубежа, и геополитическая черная дыра у самого сердца страны. Дорого ли мы заплатили? Невероятно дорого. Но могло ли быть дешевле? Увы, история не знает сослагательного наклонения. Иногда цена абсолютной безопасности – абсолютна.
Если труд пришелся вам по душе – ставьте лайк! А если хотите развить мысль, поделиться фактом или просто высказать мнение – комментарии в вашем распоряжении! Огромное спасибо всем, кто помогает каналу расти по кнопке "Поддержать автора"!
Также на канале можете ознакомиться с другими статьями, которые вам могут быть интересны: