РАССКАЗ ТРИНАДЦАТЫЙ. ПРОСВЕТЛЕННЫЙ
Рассказ первый. Часть первая. Волчица https://dzen.ru/a/aUIrNPkrizgiFCIY
Рассказ двенадцатый. Старый грех https://dzen.ru/a/aWHI34auBiNQDO2V
Тимофей неспешно рулил по дороге, направляясь домой. Ехать было далеко — намедни позвали его Бог знает куда! В такую тьмутаракань, что даже он, деревенский житель, только диву давался дремучести и отсталости. Приехал за ним на автобусе коренастый дедок, что пробульдозерил от своей деревеньки до остановки пару десятков километров да от остановки до Тимофеевой усадьбы ещё пять. Это гостя нисколько не утомило, во всяком случае, на вид тот был весел и бодр. Поделился с Колдуном туеском мёда, вытащенным из древнего, ещё, наверное, довоенного сидора и выложил проблему — его великовозрастный сын ремонтировал крышу у избы и, не удержавшись, грохнулся вниз, отшибив чего-то внутри. Местные травницы помереть ему не дали, но ходить таперича мужик мог с трудом, опираясь на два костыля. Тимофей, облизывая с ложки густой, цветочный, янтарный продукт, прикинул, что брать с собой и взялся одеваться.
Пока ехали, дед выложил ему всю историю своей деревеньки, начиная со времён, когда по горам бегали мамонты. Колдун с интересом слушал ибо всегда был любителем старины далёкой. Однако, завершился рассказ информацией о знакомом Тимофея Филипповича, чему тот несказанно обрадовался.
Год назад приехал в их селение очень важный господин с документами на старый, давно не жилой дом семьи Подзоровых. Осмотрев древнюю собственность, он, в следующий раз, привёз кучу рабочих и затеял капитальный ремонт. После этого, на запущенном огороде, что был на самом краю улицы и упирался другой стороной в лес, были поставлены забор из штакетника, (штуки жутко дорогой и редкой ибо остальные жители огораживали территории жердями) а внутри были установлены ульи. Через пару недель после всех этих неслыханных мероприятий, господин приволок болезненного вида дедка и, оставив его с пожилой женщиной, наверное, дочкой, из деревни укатил. Пчёл они привезли позже, какую-то заморскую, по названию, породу. Вместе с пчёлами приехал ещё один дедок, которого поселили в доставленной целиком бытовке. Он, видимо, в пчёлах понимал и день-деньской объяснял болезному, что и как надобно делать. Тот возился по хозяйству с видимым удовольствием и здоровел день ото дня — видно шибко полезный мёд получался у их заморских пчёл. Деревенские потихоньку признакомились, поняли, что дед Пётр, в отличие от господина, человек контактный и стали выменивать у него мёд на молоко, яблоки и прочие деревенские продукты. Дед Пётр очень радовался и гордился своим мёдом и тем, что зарабатывает пропитание собственным трудом. Вот и для Колдуна туесок был с этой пасеки, а дед Пётр передавал ему пламенный привет и наказывал непременно зайти. Тимофей довольно улыбался, слушая эти новости и радовался, что Максим Петрович послушал его совета и деда Петра на волю отпустил.
Приехав к больному сыну посетившего Тимофея дедка, он осмотрел его и понял, что страшного ничего нет и ноги, по сути, у того отнялись просто от испуга. Немного подправив его энергопотоки, Колдун прописал укрепляющие настои, погрузил в «Чероки» плату в виде яиц, сметаны, молока, творога и мешка овощей для салатов и, с благословением от своих клиентов, отбыл назад, зарулив по пути к деду Петру на пасеку. Сияющий, весёлый, краснощёкий старик напоил его чаем с мёдом, рассказал, как уговорил сына купить дом в самой далёкой деревушке на десять дворов, чтобы не было поблизости проверяющих, указующих и запрещающих органов и нервы Петру Васильевичу никто не трепал. И теперь он такой счастливый человек, что хоть сто лет жить — всё помирать не хочется! Притащив Тимофею на прощание целый бочонок мёда, от чего тот пытался откреститься, ссылаясь на то, что ему уже подарили туесок, дед Петр безапелляционно затолкал продукт в багажник и, пожав друг другу руки и пообещав забегать в гости, они расстались.
И вот теперь Тимофей расслабленно рулил домой, лениво прикидывая, куда пристроить бочонок — ведь хранить мёд придётся долго, ему одному столько быстро не съесть! Вдруг он увидел на трассе, обоими концами упирающейся в горизонт, одиноко бредущего путника и стал притормаживать:
— Эгей, мил-человек! — позвал он, поравнявшись с идущим. — Далеко путь держишь?
Тот повернул к нему спокойное, доброжелательное, несколько иконописное лицо и с улыбкой ответил:
— Далеко, в город!
— Эва как! — удивился Колдун и остановил машину, так как пешеход тоже остановился. — Так до него же километров четыреста! Ты что, пешком собрался идти?
— Пешком! — кивнул идущий.
— А что, автобусы тут не ходят? — снова спросил Тимофей. Собеседник покосился на «Чероки» и удивлённо ответил:
— Я не знаю! Тебе бы лучше в селении каком спросить!
— Да я не себе! — открестился Колдун. — Тебе-то на автобусе не проще?
— Проще! — рассмеялся путешественник. — Только они бесплатно-то не возят!
— То есть денег у тебя нет? — уточнил Колдун. — Лихо! А что ты есть-то будешь, пока дойдёшь?
— Да как-нибудь… — неопределённо пожал плечами собеседник.
— А может тебе назад вернуться? — предложил Тимофей.
— Куда назад? — не понял мужчина.
— Ну, откуда ты идёшь-то? Из деревни какой?
— Нет! — улыбнулся собеседник. — Меня двое на машине в лес отвезли, приковали к дереву наручниками да и оставили!
— Ого! — поразился Тимофей. — А как ты освободился?
— Наручник один сломался! — признался мужчина и покачал рукой, на которой болтались «браслеты».
— А чем ты им так не угодил? — заинтересовался Колдун.
— Я сказал одному из них, ещё в городе, увидев, что у него не заводится машина, что не надо ему на ней ехать, а если поедет, то лучше пристегнуться, а то мало ли! Раз не заводится — это же знак! Он ремень пристегнул и всё-таки поехал, и попал в аварию. Машина вдребезги, а владелец, из-за ремня, всего лишь ребро сломал. Только он решил, что это я ему накаркал и, поправившись, меня нашёл и с другом в лес уволок!
— Жесть! — покачал головой Тимофей. — Вот неблагодарное человечество! А ты что, мимо посёлков не проходил? — добавил он.
— Проходил! — кивнул путешественник.
— А чего в полицию не позвонил? Там же есть, кто с телефонами?
— А зачем? — не понял пешеход.
— То есть как? — удивился Тимофей. — Тебя же убить хотели!
— Так ведь не убили! — улыбнулся мужчина.
— А если бы убили? — поднажал Колдун.
— Ну, значит, сам виноват! — пожал плечами собеседник. — Полез в чужое дело — вот и получил!
— Ну-ну! — протянул Тимофей. — Это, конечно, правильно! Тебя подвезти? Садись!
— Спасибо! — поблагодарил тот и забрался в авто.
— Тебя как звать-то, попутчик? — спросил Колдун.
— Егором! — ответил тот.
— А меня Тимофеем! — отозвался Тимофей.
— Очень приятно! — кивнул Егор.
— Так ты уже сколько идёшь? — поинтересовался Колдун.
— Двое суток, — ответил Егор, блаженно вытянув усталые ноги.
— А ел что? — задал Тимофей самый животрепещущий для себя вопрос. — Или ты на голодуху?
— Нет! — улыбнулся путешественник. — Вчера мне бабушка на остановке, где я спал, ссудила ломоть хлеба и бутылку молока. Она в город поехала торговать, вот и попотчивала сирого до убого. А позавчера дедок подвёз немного на телеге до поворота и картошкой в мундирах с салом угостил. Мироздание всегда заботится о своих детях! — шутливо сказал Егор и светло рассмеялся. Колдун задумчиво его оглядел. Аура у того была, действительно, подозрительно чистая. Никаких комков, зажимов, ссадин. Как будто не было у него в жизни ни забот, ни печалей. Одна бесконечная радость и довольство.
Тимофей аккуратно продолжил:
— А ты, по жизни, кто?
Тот смотрел добродушно:
— Никто! Живу себе аки птичка небесная! Профессии не имею, бизнес не веду. Наблюдаю за миром да осознаю тайны бытия!
— Эва как! — протянул Колдун. — А я вот знахарю!
— Да ты что? — удивился Егор. — Здорово! Наверное, любишь с людьми общаться?
Тимофей слегка подумал:
— Похоже, люблю! Мне их посещения не в напряг и сам по гостям, шастаю, правда, больше к болезным!
— А я с людьми плохо схожусь… то есть так, поболтать иногда приятно, но вот изо дня в день — мне это в тягость! Я знаешь, из тех, кто в чащобах сидит в позе Лотоса и от этого только больше спокойствия обретает.
— Понятно! — кивнул Тимофей. — А в город-то тебе зачем?
— Ни за чем! — засмеялся Егор. — Я живу там недалеко, в пригороде, а город — просто ориентир!
Тимофей довёз его до своего отворота и предложил пойти к нему в гости — переночевать. Тот поблагодарил и отказался — день ещё только дошёл до половины, можно до вечера прошагать много! Колдун добыл из платы за лечение яиц, картошки, молока и, сложив в пакет, сунул Егору вместе со спичками.
— Держи, птичка небесная, испечешь на привале — будет тебе ужин! — и затем, взяв Егора за запястье с наручниками сосредоточился и они, обиженно звякнув, свалились с руки на землю.
— Спасибо, добрый человек! — удивленно проследив за «браслетами», искренне поблагодарил тот. — Пусть и тебе Мир поможет так, как ты мне помог! — и, вежливо поклонившись, пошёл по дороге. Тимофей посмотрел ему вслед и порулил к своему Осинникову. На душе было светло и спокойно, словно безмятежность Егора перетекла в его ауру и очистила её от всякой скверны.
Рассказ четырнадцатый. Купец-молодец https://dzen.ru/a/aWcUlNBUtEXviqL2