Сережа жил беззаботно: про чужого дядю он уже давно забыл, а бабушку Катю и дедушку Степана он знал давным-давно, ведь баба Лида с ними постоянно общалась.
Он с радостью ходил к ним в гости вместе с бабой Лидой. Иногда дед брал его с собой в магазин, а перед этим они долго с ним гуляли в окрестностях села. И сейчас, когда мама заболела, он частенько приходит за ним и ведет к себе в гости.
Лежа в больнице Ирина могла себе позволить сначала воспоминания, потом перейти к критике поступков Мирона. Но в конце концов избыток свободного времени дал ей возможность проанализировать и свои поступки. И Ирина пришла к выводу, что сама во всем виновата, сама. А вернее виновата ее нетерпимость к чужому мнению, ведь прав был Мирон, уезжая в областной центр. Ну чтобы дал ему наш медколледж? Всего лишь должность фельдшера на скорой помощи или в сельском ФАП. А сейчас он хирург. А ее профессия медсестры, что здесь, что там одинакова. Там даже больше возможностей устроиться на работу, и даже выбрать то, что по душе, да еще такую, которая позволяла бы спокойно водить ребенка в садик и забирать его вовремя.
– И мама бы жила спокойно, и сын бы был при мне всегда.
И только сейчас Ирина поняла, что только Мирон ей нужен, только он. Ведь все эти годы она даже не думала о мужчинах, она ждала его, как будто с войны ждала.
– А вдруг он уедет и больше никогда не вернется? Нет не может такого быть. Но он же все-таки приехал, приехал мириться, – уже вслух говорила Ирина, так как лежала в палате одна, – Мирон приехал помириться и со мной, и с родителями, я в этом уверена, – говорила она себе.
На следующий день к ней подселили еще одну пациентку, у Маши был перелом ноги и грудной ребенок. И тут Ирина забыла о себе, все внимание отдав маленькой Арише, как звали четырехмесячную кроху, которую через три часа уже любило все отделение. Ирина теперь занималась только ей. Муж Маши был в командировке, и девать малышку было некуда. Вот Ирина и ушла с головой в чужую проблему, чтобы не думать о своей. Маша только кормила малышку и укачивала ее перед сном. Вот так в заботах о девочке прошли беспокойные четыре дня, когда постепенно пришло понимание, что она, Ирина, тоже хочет дочку. Она даже имя ей придумала Надежда Мироновна. Но вскоре вернулся и муж Маши, и приехала из деревни ее свекровь. Вот так в один прекрасный момент они обе остались одни-одинешеньки. Правда Ариша навещала их, когда приходило время ее кормления. За эти дни женщины подружились, и Ира рассказала Маша свою печальную историю.
– Глупая ты, Ирина! У ребенка должны быть и мать, и отец, и братик или сестренка. Вот мой старший сейчас временно у мамы, правда в другом городе. А мы с мужем прекрасно живем нам помогают все родители, и мои, и его.
– Родители отца моего Сережи тоже нам помогают, ведь он на них тоже был обижен. За все эти четыре года он так и не нашел в себе смелости помириться с ними, ну и со мной тоже.
– Но он все же приехал, и, как мне кажется, у вас все будет хорошо. И вашей семейной жизни будут еще и завидовать, – с уверенностью сказала Маша, – но помни, что в семейной жизни главное – понимание друг друга. Научись угадывать его мысли, чувства. И запомни, что только “слово” дает тебе это понимание, никогда не молчи, только так, постоянно разговаривая при первых же признаках ссоры, вы найдете это понимание.
– Слово много значит в браке, от того каким тоном ты скажешь фразу “садись ужинать” может измениться в один миг вся твоя жизнь, старайся всегда помнить это. Мы с мужем два года прожили в коммуналке, много что увидели и услышали там, и поняли, что слово сказанное с добром приносит добро, а слово, брошенное в ссоре и со злобой, ничего хорошего принести не может. Ведь даже в масштабе планеты каждое слово несет в себе или счастье или беду, догадываешься, что это за слова?
– Думаю их все знают, мир и война.
– Ну чем тебе не пример, я помню мультик про кота Леопольда с его коронной фразой “Ребята, давайте жить дружно” А из мультика про Малыша и Карлсона – “Спокойствие, только спокойствие”. У нас дома такие плакаты висели. А когда я вышла замуж и у себя в квартире повесила.
– И что, помогает?
– Не знаю, – пожала плечами Маша, – но гости всегда говорят, что им всем нравится ходить к нам в гости. А нам и самим нравится вечером сидеть всем вместе и искать в мультиках, старых, конечно, такие вот крылатые фразы. Когда Аришка подрастет, то тоже к нам присоединится.
И Ира поняла что да, слова, хорошие слова, – это панацея от всех бед, в этом убедила ее Маша своими ненавязчивыми, ласковыми и добрыми словами, дав ей хороший урок семейной жизни. И теперь у Ирины не было сомнений в том, что они с Мироном поженятся, и у них будет такая же дружная семья, как и у Маши. Ведь когда в палату входил ее только что вернувшийся из командировки муж, от них исходило невероятное количество неудержимой позитивной и душевной энергии.
И, как потом говорила Ирина матери, даже она сама ощущала эту мощную энергию исходящую от них двоих. Именно в день его приезда они и обменялись телефонами, Ирина не хотела расставаться с Машей, свято поверив в ее нехитрую житейскую философию. Маша вдруг показалась ей доброй феей из сказки, а ее безудержный оптимизм внушал Ирине мысль о том, что все у них с Мироном будет хорошо. А вскоре выписали сначала Машу, ведь носить ребенка в больницу по несколько раз в день свекрови было тяжело. А потом и Ирину, которая тут же вышла на работу.
Вот тогда-то в своей съемной квартире она все свободное время проводила за разговорами по телефону с мамой, с Сережей, и с Мироном, конечно же. Да, Маша оказалась права. Слова словно волшебные птицы носились вокруг нее: солнышко мое, золотко, мой защитник, родная моя, милая мамулечка, любимая моя. А вот в разговоре с Мироном она не могла пересилить себя, и кроме “дорогой” ничего не могла сказать. Да и он кроме слова “милая” ничего нежного не говорил ей. Но они перезванивались по вечерам три раза в неделю.
И вот Мирон наконец-то сообщил о своем приезде и предупредил:
– Иринка, будь готова к отъезду в Вязники во второй половине дня 7 марта. К пяти я точно приеду.
Он тоже жаждал увидеть всех: и родителей, и Ирину, и сына. Мирон с трудом выдержал два месяца после Нового года, думая о том, что после того, как они поженятся, он сразу продаст свою небольшую квартирку, что он купил подрабатывая летом санитаром, и уже на четвертом курсе, заняв недостающие деньги у маминого брата, с которым он общался, он и купил эту квартиру, а долг отдавал постепенно. А теперь Мирон планировал взять в ипотеку трехкомнатную квартиру, он уже узнал, что для первого взноса ему хватит, и даже присмотрел подходящий вариант.
Ведь возвращаться ни в Вязники, ни в районный центр Мирон и не планировал. У него здесь была очень хорошая работа, он уже заработал себе репутацию отличного хирурга. Вопрос о том, что Ирина может вновь отказаться от его планов он даже не рассматривал. Но не как эгоист, а как человек, понимающий, что назад дороги нет, надо шагать только вперед, не оглядываясь. А у него сейчас уже случился срыв, он оглянулся в прошлое, и должен, обязательно должен, исправить ту ошибку, которую совершил четыре года назад .
Ирина ждала Мирона уже десять минут, стоя у подъезда. И вот, наконец, он подъехал, она быстро села впереди и они поехали в Вязники, заехав в магазин за двумя тортами, посчитав, что одного им не хватит. А подарки своим мамам и Сереже они оба купили заранее. В дороге они почти сразу заговорили о том, каким бы хотели видеть свое будущее. Ирина еще тогда, сразу после Нового года, поняла, что Мирон не собирается возвращаться назад.
Да и ее ничего здесь, в городе не держало. Только родительский дом и мама, которая работала преподавателем математики в вязниковской школе, другой работы там не было. У Иры работа хоть и была, но съемная квартира не давала ей шансов что-то копить. Тем более после рождения Сережи. И вот сейчас она узнала о планах Мирона, о том что у него там, в большом городе, есть квартира, а она об этом не знала.
И сейчас, когда он озвучил свои планы, Ирина поняла, что должна полностью положиться на него. И она подумала, что Сережа уже достаточно большой, он будет уже без особых проблем ходить в садик, то есть такого количества больничных у нее уже не будет. Тогда они с Мироном будут в силах заработать на оплату ипотеки, и на питание, и на оплату съёмной квартиры, пока они не въедут в собственную. Ей почему-то казалось что там, в городе-миллионнике, жизнь проще, хотя она и была-то всего там два раза: один раз на экскурсии, а второй раз на соревнованиях по гимнастике, но это было давно. Она тогда еще во втором классе училась, а гимнастику потом бросила.
Но, вспоминая все то, что ей говорила ей Маша, она пыталась сделать так, как ей советовала Маша. Потому что она верила, что Мирон лучше знает, что именно им сейчас надо. Ведь он уже давно там живет, вот даже и квартиру смог купить. Но Ирина волновалась, очень волновалась, ведь теперь у нее, нет уже у них, есть Сережа. И как он все воспримет, как отнесется к Мирону она не знает. Просто как к дяде, или сразу как к отцу. И еще они должны как-то объяснить сыну, почему папа у него появился так поздно.
Но она, не смотря на свои сомнения, сказала:
– Мирон, я ведь житель деревенский, поэтому знаю, что тебе решать, что делать дальше, а я поддержу все, что ты предложишь.
И вот машина свернула в сторону Вязников, за окном знакомый пейзаж, а вскоре появились и дома, значит через две минуты они уже будут у мамы.
– Почему мне так неспокойно, ведь кажется все у нас хорошо, мы все решили.
Вот они уже проезжают мимо храма, и вдруг Ирина решила, что завтра она пойдет туда.
– Уж там-то я пойму, все ли я делаю правильно, – думала она.
И тут машина остановилась у родительского дома, где ее ждали мама и сын.
Мои уважаемые читатели, пишите о своих впечатлениях от прочитанного, ставьте лайки. Здоровья всем, счастья и всех благ!
Буду рада, если вас заинтересуют и другие мои рассказы: