– Из‑за тебя у нас нет друзей, понимаешь? – Денис хлопнул дверцей холодильника так. – Ты, Марина, всё портишь своей трезвостью. Как мрачный контролёр на празднике.
Марина стояла у раковины, мыла тарелки. Пена стекала по пальцам. Она даже не сразу поняла, что ему ответить.
– Я никому ничего не порчу, – тихо сказала она. – Я просто не пью.
– Вот именно! – он развернулся к ней. – Все люди, как люди. Шашлыки, дача, посиделки. А у меня жена – трезвенница-пуританка. Макс вчера прямо спросил: «Чего твоя не идёт? Боится, что я ей коньяк в компот подолью?» Слышишь? «Твоя». Как собака, которую не берут в гости.
* * * * *
Марине было тридцать семь, Денису – сорок. Семь лет брака. Ипотека на двушку в новом доме, работа у неё – бухгалтер, у него – инженер на заводе.
Жизнь у них шла по расписанию: по пятницам – кино, по воскресеньям – круассаны и чай перед телевизором.
У Марины была своя причина не пить. В семье отец был зависимый. Не так, чтобы под забором валялся, но достаточно, чтобы она в детстве наслушалась ночных криков, разбитой посуды и утренних «ничего не помню, это был не я». Она тогда себе пообещала: «Никакого алкоголя дома. Никогда».
Денис поначалу это принимал. Встречались у её подруг, пили чай, смеялись. Потом поженились, ипотека, ремонт.
– Нам бы компанию, – говорил он иногда. – С кем на дачу, в баньку. Мужики без компании закисают...
Марина улыбалась:
– Найдёшь себе нормальных товарищей, которые без литра могут общаться, – то пожалуйста.
Нашлись. Максим с Катей – коллега Дениса по прежней работе и его жена. Весёлые, шумные, «душа компании». Потом подтянулись другие: Олег с женой, Слава с подружкой. Все дружили «через застолья». Где застолья – там и алкоголь.
Марина пару раз ездила с ним «на шашлыки». Возвращалась с мигренью и чувством стыда за взрослых людей, которые под утро орали песни про «Лабутены».
– Я больше не поеду, – сказала она однажды. – Стыдно и страшно. Ты сам видел, что там творится.
– Да что там такого? – отмахнулся Денис. – Ну выпили, повеселились. Ты просто не умеешь расслабляться.
Этот вечер в четверг начался с фразы «ты портить всем настроение».
– Денис, – Марина выключила воду. – Скажи честно. Что ты хочешь? Чтобы я пила вместе с тобой и твоими друзьями?
– Я хочу, чтобы ты была нормальной, – вспыхнул он. – Чтобы не сидела с этим своим морсом, как санитарка среди буйных. Хочу, чтобы у нас были друзья, а не твои Лены и Светы, которые вяжут носки и обсуждают сериал.
– Лена – врач, – заметила Марина. – Света – юрист. И да, они не напиваются до потери пульса. Им голова работающая нужна.
– Не бухти, – отрезал Денис. – Я придумал. В субботу – вечеринка у нас. Пригласим Макса с Катей, Олега с Женей, Славу с Ирой. Накроем стол. Ты… попробуешь. Хоть бокал вина. Чтобы люди поняли, что ты – своя, а не проверяющий из Роспотребнадзора.
Марина почувствовала, как внутри всё сжалось. Её привычный страх поднял голову: громкие голоса, пьяный смех, драки.
Она посмотрела на мужа. Тот стоял, как мальчишка, упрямо сжав кулаки.
– Ладно, – выдохнула она. – Зови. Я пить не обещаю. Но постараюсь не портить тебе атмосферу.
– Увидишь, – засиял Денис. – Всё пройдёт классно!
Он «организовал» всё по высшему разряду. В пятницу притащил домой два ящика пива, бутылки водки, виски и вина.
– Может, хоть салаты сделаем? – робко спросила Марина. – столичный, селёдку под шубой…
– Да ну, – отмахнулся он. – Сейчас так никто не делает. Чипсы, орехи, колбаса – и норм.
Марина, которой нравилось ставить на стол аккуратные тарелочки и домашние закуски, закрыла холодильник и пошла мыть полы. «Неформат, значит», – горько подумала она.
В субботу к семи начали подтягиваться гости.
Максим с Катей – как всегда, с подарком: бутылка коньяка и коробка конфет. Олег – громогласный, с красным лицом. Его жена Женя – тихая, с поникшими глазами. Слава – худой, нервный, уже с запахом. Ира – в блестящем платье и на каблуках, оглядывая квартиру, как эксперт по элитной недвижимости.
– Ой, какая милая двушка! – протянула она. – У вас ипотека, да? На сколько лет?
Марина натянуто улыбнулась:
– На двадцать пять.
– Ну ничего, – хихикнула Ира. – К пенсии расплатитесь.
Денис не заметил. Он уже открывал первую бутылку.
* * * * *
Первые полчаса всё шло по шаблону. Тосты, шутки, разговоры про работу. Марина разносила тарелки, следила, чтобы никто не опрокинул бокал на диван.
– Марин, ты что пустая? – Максим заглянул в её стакан. – Давай хоть глоточек вина, а то как‑то некрасиво получается. Хозяйка и трезвая.
– Я не пью, – спокойно повторила она. – Чай или сок – пожалуйста.
– Да ладно, – хмыкнул Олег. – Беременная, что ли?
– Нет, – ответила она. – Просто не хочу.
– Вот и живёт человек без радости, – философски заметил Слава, наливая себе очередную рюмку.
Денис нервно улыбался:
– Да бросьте вы её трогать. Она у меня такая… особенная.
Её это «особенная» задело больше всего. Как будто инвалидность.
К девяти музыка стала громче, речи – бессвязнее. Олег с Славой перешли на крик из‑за футбола.
– «Спартак» – это команда! – орал Олег. – А твой «Зенит» – сборище-позорище!
– Да ты сам позорище... по количеству выпитых литров! – ржал Слава.
Их смех становился всё злее. Женя в углу на кухне вытирала глаза.
– Он опять при всех меня «клушей» назвал, – шепнула она Марине. – Третий раз за вечер. Надоело уже...
Марина сжала ей плечо:
– Женя, уйдём на балкон, подышим?
– А смысл? – горько усмехнулась та. – Домой-то с ним всё равно возвращаться.
Грохот раздался, как выстрел. Марина выскочила из кухни в гостиную.
Столик был опрокинут, орешки и чипсы разбросаны по полу. Олег и Слава стояли друг напротив друга, у обоих лица перекошены.
– Повтори, – рычал Олег, – что ты там сказал про моего отца?
– А что, разве не так? – визжал Слава. – Он же у тебя пил, как скотина. И ты такой же вырос!
Марина увидела, как глаза Олега налились кровью. Он бросился вперёд, махнув рукой. Удар пришёлся мимо, но Слава отшатнулся и всей тушей врезался в Дениса, который как раз пытался их разнять.
Денис не удержался, полетел назад. Ударился головой о острый угол стеллажа.
Звук был мерзкий, влажный. Марина потом ещё долго его во сне слышала.
Денис сполз на пол, зажал рану ладонью. Кровь проступила между пальцев. На глазах начал раздуваться багровый шар под глазом.
– Денис! – закричала Марина.
Комната на секунду замерла. Потом все заговорили разом.
– Я не хотел! – лепетал Олег.
– Скорая нужна? – в панике спросила Катя.
– Сам полез! – визгнула Ира, отскакивая подальше.
– Всем заткнуться! – рявкнула Марина так, что все обернулись. – Аптечка в ванной. Катя, иди за льдом. Остальные – в сторону. Не мешайте.
Голос у неё был жёсткий и уверенный.
Она работала механически. Перекись, бинт, лёд, пульс. Денис сидел, прислонившись к дивану, белый как стена.
– Голова кружится? – спросила Марина.
– Нормально, – прохрипел он. – Живой.
Фингал на глазу уже налился цветом. Открылся только один глаз – правый.
Гости, как нашкодившие подростки, стояли у стены.
– Может, разойдёмся? – робко предложил Максим. – Денису отдохнуть надо.
– Да, – холодно сказала Марина. – Праздник удался. Всем спасибо, все свободны.
Они сбежали. В прихожей гремели молнии курток, шёпот: «Ну и вечер…», «Какой ужас», «Слава, что ты дурак..?».
Дверь хлопнула. В квартире повисла тишина. Смешанный запах пота, алкоголя, и закусок висел в воздухе.
Марина села на пол рядом с мужем.
– Больно? – тихо спросила.
– Терпимо, – поморщился он. – Зато… друзья повеселились.
Он попытался усмехнуться, но вышло криво. Один глаз был закрыт опухолью, второй смотрел куда‑то мимо.
– Видел их лица? – спросила Марина. – Когда они дрались.
– Видел, – глухо ответил он. – Как будто зверинец. И я где‑то там, в клетке, вместе с ними.
Она молчала.
Он прикрыл глаз.
– Я… дурак, – сказал наконец. – Ты была права. Это не вечеринка, а помойка... В которую я тебя затащить пытался. Прости...
Марина почувствовала, как сжимается горло. Ей хотелось и накричать, и обнять его.
– Никаких больше посиделок, – продолжил он вдруг. – Ни у нас, ни у них. Хочешь – веришь, хочешь – нет. Но я это больше не хочу в таком участвовать.
* * * * *
Наутро, с жутким похмельем и пульсирующей шишкой, Денис первым делом начал убирать.
Выносил пакеты с бутылками, пепельницы, вытирал липкий пол. Марина молча завтракала.
– Слушай, – сказал он, присев на табуретку, – а ведь, если подумать… У меня не было ни одного трезвого разговора с Максом и Олегом. Все – под градусом. Как будто без бутылки и сказать друг другу нечего.
– Вот, – кивнула она. – Настоящая дружба – это когда и без литра есть что обсудить.
Через пару дней Максим позвонил:
– Ну что, Ден, как глаз? Слушай, ты не дуйся, ну с кем не бывает. Давай в пятницу к нам, посидим, отметим твой «боевой шрам»?
– Не мужики... Я пас, – устало ответил Денис. – Мне и дома хорошо.
– Маринка запретила, что ли? – хмыкнул Максим.
– Сам не хочу, – отрезал Денис и отключился.
Через неделю, когда синяк стал желто‑зелёным и больше напоминал детский аквагрим, они пошли вдвоём в музей. Туда, про который Марина всё пыталась рассказывала друзьям, но её перебивали.
– Скучно же, – говорил тогда Слава. – В картину смотреть, как дурак. Лучше футбол обсудим.
Теперь Денис стоял рядом с женой и слушал её, как школьник учителя.
– Видишь, – говорила она у одной из картин, – тут показан выбор человека между светом и тьмой.
– Ты сейчас про картину или про меня? – криво усмехнулся он, трогая фингал.
– Про обоих, – мягко ответила Марина.
Он взял её за руку.
– Знаешь, – сказал он, – мне кажется, у нас всегда были друзья. Просто я их не замечал. Ты, Лена, Света… Даже твоя мама с её пирогами. А Макс с Олегом… ну, были собутыльники. И всё.
– Поздравляю, – улыбнулась Марина. – У тебя прорезалось трезвое зрение.
Позже, за ужином, ей позвонила сестра:
– Ну что, как вечеринка прошла? – со смешком спросила. – Не умерла от скуки среди пьяных?
Марина посмотрела на Дениса с его «боевым раскрасом», на чистую комнату без пустых бутылок и сказала:
– Знаешь, Оль, вечеринка одному человеку здорово мозги вправила. С фингалом теперь правда сидит...
Положив трубку, она задумалась: «Интересно. А если бы его не ударили? Понял бы он что-нибудь сам? Или так бы и дружил с этой “атмосферной компанией”, а меня считал скучной?»
Пишите, что думаете про эту историю.
Если вам нравятся такие житейские рассказы — подписывайтесь на “Бабку на лавке”. Здесь такого добра много, и новые драмы появляются каждый день!
Приятного прочтения...