Ахой, мореманы! Пока европейские армии топтали поля Италии, на верфях Лондона и Севильи шла своя война. Просто два монарха — английский Генрих VIII и испанский Карл I (он же император Карл V) — строили корабли. И каждый прекрасно знал, что делает другой. Почему это важно? Что в этом было особенного? Давайте смотреть.
На самом деле, в сухом остатке, это была гонка за будущее. За право контролировать не клочки земли в Европе, а целые океаны. И началась она задолго до того, как испанская Армада попыталась высадиться в Англии.
- Испания: когда империя слишком велика для одного флота
Представьте себе проблему Карла V. Ему 20 лет, он только что унаследовал половину известного мира — от Нидерландов до Перу, от Неаполя до Мексики. И всё это нужно как-то связать воедино. Вариант один — корабли.
Его бабка и дед, Изабелла и Фердинанд, оставили ему неплохой флот. Лёгкие каравеллы для разведки, крепкие каракки для перевозки грузов. Они прекрасно работали, когда речь шла о плавании к берегам Гранады или первых робких экспедициях Колумба. Но теперь? Теперь через Атлантику нужно было регулярно перебрасывать солдат, пушки, переселенцев. А обратно — золото и серебро, которые держали на плаву всю испанскую экономику.
И вот тут начинались проблемы.
Берберские пираты из Северной Африки охотились на торговые суда в Средиземноморье. Французы — вечные соперники! — строили свой флот и не прочь были перехватить парочку испанских кораблей в Бискайском заливе. А в Карибском море появились английские и французские корсары, которые быстро поняли, что испанские корабли — это плавучие сейфы с золотом.
Что делает Карл? Просто масштабирует и улучшает то, что есть. Корабли становятся больше, прочнее, способны нести больше пушек. Из каракк постепенно вырастают галеоны — те самые суда, которые позже станут символом испанского могущества.
Но есть нюанс. Испанские корабли остаются универсальными. Они должны и грузы возить, и солдат перебрасывать, и в бою участвовать. Чувствуете проблему?
- Англия: когда король влюблён в пушки
А теперь переместимся в туманный Лондон. Генрих VIII — человек совсем другого склада. Молодой, амбициозный, помешанный на всём военном. Особенно на артиллерии.
Он смотрит на европейские державы и понимает: Англия отстаёт. У неё нет империи, как у Испании. Нет армии, как у Франции. Но зато есть остров. И если научиться контролировать воды вокруг этого острова — можно чувствовать себя в безопасности. А может, и больше чем в безопасности.
Генрих принимает решение, которое изменит морскую историю. Он начинает строить корабли не для торговли, не для перевозки войск. Он строит машины для убийства. Специализированные военные суда.
В 1514 году со стапелей сходит «Генри Грейс а'Дью» — гигант весом в тысячу тонн, вооружённый чуть ли не сотней орудий. Современники называли его «Большой Гарри», (или Великий) и это было не преувеличение. Такого мир ещё не видел.
Но дело не только в размере. Генрих меняет саму концепцию морского боя. Традиционно корабли сближались и брали друг друга на абордаж — морские сражения были продолжением сухопутных, только на качающихся палубах. Английский король думает иначе: а что, если расстреливать противника с расстояния? Превратить корабль в плавучую артиллерийскую батарею?
Он размещает тяжёлые пушки по бортам, на нескольких палубах. Учит команды вести огонь залпами. И хотя до совершенства этой тактики пройдёт ещё много лет, основа заложена.
Кстати, любопытный момент. Генриху не нужны колонии — пока что. Ему нужно господство в Ла-Манше и защита от двух традиционных врагов: Франции с юга и Шотландии с севера. Океаны его пока не интересуют. Но корабли, которые он строит, — это корабли океанского класса.
К 1530-м годам обе державы построили внушительные флоты. Но какие же они были разные!
Испанцы шли путём количества и универсальности. Много кораблей, способных решать много задач. Перевезти серебро из Потоси, высадить десант в Алжире, дать бой французам у берегов Италии — всё на одних и тех же судах. Практично, конечно же, но есть минус: такие корабли хороши во всём и идеальны ни в чём.
Англичане сделали ставку на качество и специализацию. Меньше кораблей, но каждый — настоящий боевой монстр. Генрих создал то, что потом назовут королевским военным флотом. Не торговые суда, временно вооружённые для войны. А профессиональные военные корабли с постоянными экипажами.
И вот эти две философии, два подхода к морской мощи столкнутся лоб в лоб через полвека. В 1588 году, когда испанская Армада пойдёт на Англию, в этом сражении встретятся не просто два флота. Встретятся, фактически, две школы кораблестроения, заложенные ещё в тихую эпоху 1510-1530-х годов.
Так кто же победил?
Знаете, что самое забавное? В краткосрочной перспективе — никто. Генрих умер в 1547 году, так и не вступив в серьёзное морское противостояние с Испанией. Карл отрёкся в 1556-м, устав от бесконечных войн на суше.
Но они заложили фундамент. Испания получила флот, способный удерживать гигантскую империю — и держала её почти век. Англия получила традицию строительства мощных боевых кораблей — которая в итоге сделала её владычицей морей.
Вот такие вот дела. А вы как думаете — что важнее: количество, универсальность или специализация? Пишите в комментариях, интересно узнать ваше мнение! А пока подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить другие морские истории, семь футов под килем и до новых встреч!