1936-1941 годы
Лиза Воронова, возвращаясь с работы, всегда замедляла шаг у своего подъезда. Ее взгляд невольно тянулся к окнам на третьем этаже соседнего дома и она ждала, когда там зажжется свет и появится в окне с папиросой он, Егор Соколов, слесарь с "Красного Октября".
Она знала, что ранее он жил в Камышине, но в рано лишился родителей и был перевезен в Сталинград к своей тетке, которая его воспитала.
Слесарь с грубыми руками, любивший перекинуться картишками с мужиками у дома, простой, не умевший красиво изъясняться, вот таким он был, но для Лизы это не имело значения - её романтическую натуру, мечтательную и начитанную влекло к этому высокому красавцу.
Только вот она не смела говорить ему о любви, очень сильно боясь быть осмеянной или отвергнутой, ведь он даже не смотрел в её сторону, лишь иногда вежливо кивал, здороваясь с ней у подъезда.
- Чего ты пялишься на него? - как-то недовольно спросила мать, увидев взгляд дочери, направленный на Егора.
- Мама, он такой красивый, сильный... - прошептала она, не сводя глаз с объекта своего воздыхания.
- Сильный, красивый... - покачала головой Ирина Сергеевна. - Да только вот разные вы, не одного поля ягодка.
- Это еще почему? - возмутилась Лиза, повернув лицо к матери.
- Ну сама посуди, - Ирина Сергеевна вздохнула и посмотрела на дочь, как на неразумную. - Ты грамотная, в библиотеке работаешь, активистка, вовлечена в общественную жизнь, вращаешься совсем в других кругах. А он кто? Заводской работяга. Ты ему о книжках будешь говорить, а он тебе о деталях, да сплавах. Ты в выходной день захочешь пойти в кино или театр, а ему в рюмочную захочется пойти или с мужиками во дворе в карты поиграть. Разве не так? Вон, глянь, собираются опять под сиренью, до полуночи будут в карты играть и шуметь.
- Ну и что? Ты вот тоже ученая у нас, а за папу замуж вышла. Что общего у учительницы и солдата? - возразила Лиза матери. - Он все время на службах был, ты общественной деятельностью занималась.
- И чего? - Ирина Сергеевна хмыкнула. - Думаешь, легко мне далась жизнь с твоим отцом? Да я его не видела толком. Мне в театры хотелось, а он меня по своим друзьям-офицерам таскал. Бесконечные сборы, разговоры о нерадивых солдатах... А еще переезжали с места на место, пока тут нам в Сталинграде квартиру не дали. И ничего общего у нас кроме тебя не было.
- Зачем же ты за него замуж вышла?
- Молодая была, и как ты все в облаках витала. Лиза, ты ведь сама знаешь, как мы с отцом жили. Последние три года до того, как его не стало, ругались постоянно.
- У нас всё будет по-другому, - прошептала Лиза.
Но с грустью подумала о том, что пройдет немало времени, прежде чем он заметит её, молоденькую и статную библиотекаршу, дочь покойного офицера Воронова.
***
А потом появилась Маша. Веселая, звонкая работница кондитерской фабрики.
Лиза видела, как они гуляли, держась за руки, как Егор, смеясь, поднимал Марию на руки и кружил её, как целовались они тайком. И такое чувство ревности накрывало Лизу, что она по ночам рыдала в подушку.
Когда она узнала, что Егор женится на Марии и они будут играть свадьбу во дворе, Лиза и вовсе в себя ушла, замкнувшись. Мать уговаривала её забыть парня, переключиться на другого, общаться с друзьями или сходить в театр.
- В конце концов, ты офицерская дочь, Елизавета! - прикрикнула на неё Ирина Сергеевна. - Где твоя гордость? Где твоя сила духа?
- Мама, я всё понимаю, но как же мне тоскливо на душе.
- А ты вспомни, что ты дочь Романа Воронова, который, несмотря на все трудности и тяготы никогда не опускал головы! В конце концов, ты и моя дочь тоже, а в нашей семье никогда не убивались по несчастной любви, никогда не показывали свою боль.
- Я поняла тебя, мама, - прошептала Лиза. - Я возьму себя в руки. Но в день свадьбы не приду домой ночевать, останусь в библиотеке. Тем более, у нас и правда много работы. Скоро ведь майские праздники...
****
Лиза старалась выкинуть Егора из головы, старалась лишний раз не сталкиваться с соседями и не смотреть на их счастье. Но когда у них родилась дочка Аленка, Лиза, решив быть вежливой, подарила им тоненький сборник колыбельных песен.
- Спасибо, соседка, - облагодарил её Егор, взяв своими натруженными руками маленькую книжку.
- Егор, чего ты гостью на пороге держишь? - тут в коридоре появилась Мария в домашнем халате и с убранными в хвост волосами. - Лиза, проходите, я вас чаем угощу.
- Нет, спасибо, мне бежать надо на работу. Поздравляю еще раз вас с рождением дочкем.
Лиза развернулась и ушла, боясь разрыдаться при виде того, с какой любовью Егор посмотрел на жену.
***
Тогда же в её жизни возник Степан. Киномеханик из Дома культуры, он однажды пришел в библиотеку за книгой по устройству проектора и увидел её, читающую роман. Но, казалось, глядя в книгу, она не видела ничего - мысли девушки были где-то далеко от сюжета.
Веселый и обаятельный Степан не мог пройти мимо этого зрелища и, шутливо поклонившись, попросил дозволения взять книгу на дом. Лиза улыбнулась, глядя на этого "шута", а тот продолжал дальше веселить её шуточками.
Взяв книгу, он ушел, но стал довольно часто наведываться в библиотеку и начал ухаживать за Лизой. Она неохотно, но принимала его знаки внимания.
Степан был полной противоположностью Егору: невысокий, взбитый, с добрыми карими глазами. Он ухаживал старомодно и настойчиво: приносил ветки сирени, водил на киносеансы, где они сидели в пустом зале, а на экране мелькали кадры кинокартин. Он говорил о свете и тенях, о магии оживающей пленки. Лиза слушала и ей это было даже интересно.
Она вышла за него замуж, но не чувствовала к нему всепоглощающей любви. С ним просто рядом было хорошо, надежно и интересно. И мама Лизы всё нахваливала парня, в то же время напоминая, что Лизе уже двадцать три года и пора бы ей становиться женой и матерью.
Быт поглотил ее после скромно сыгранной свадьбы. Степан был добрым и заботливым мужем, а еще он обожал свою работу, мог часами возиться с хрупкой пленкой, склеивая разрывы.
Лиза же научилась быть идеальной женой: вкусный борщ, выглаженная рубашка, теплая улыбка при встрече. По утрам она целовала его в щеку и на его нежные слова:
- "Лизочек, я люблю тебя и весь день буду по тебе скучать," - она отвечала:
- Я тоже люблю тебя Степа.
Говорила, а сама отводила глаза, будто боясь, что он может прочитать в них неправду. А сама потом, подойдя к окну, смотрела на то, как Маша и Егор стоят у подъезда, прощаясь и расходясь в разные стороны - он на завод, она на кондитерскую фабрику.
Иногда она плакала, злясь на себя - отчего не может полюбить Стёпу? Он ведь замечательный, очень хороший муж. Многие женщины ей завидовали. Так что нужно её сердцу и душе?
Она знала, что ей нужен Егор, только вот вместе им не быть никогда. Это невозможно, потому о её тайне никто никогда не узнает. Пусть мама радуется и думает, что она выбросила свою девичью влюленность и забыла о Егоре.
Через год после росписи родился Никита и Лиза погрузилась в материнство с головой. И тут Степан тоже проявил все свои лучшие качества, став отличным отцом и поддержкой для неё.
****
Началась Великая Отечественная война.
По всему городу разносили повестки десятками, сотнями штук. В их дворе каждый день собиралась толпа из жен, матерей и детей. Стоял гул от рыданий, звучали слова прощания и напутствий, обещания молиться, ждать и верить.
В начале июля пришли повестки Егору и Степану.
Степан, уже прощаясь во дворе, крепко обнял Лизу и трехлетнего Никитку.
- Лизок, милая моя, ты береги себя и нашего сынишку. Я вернусь, обязательно вернусь. И дочку мы с тобой еще родим. Нет, не одну - двух дочерей и еще одного сыночка.
Она кивала, не в силах вымолвить ни слова. И когда Степан обнял её, взгляд Лизы наткнулся на Егора. Он стоял рядом с Машей, прижимая к себе Аленку. Девочка плакала, уткнувшись в его шею, а Мария была бледна, но держалась, стискивая его рукав, боясь отпустить. И такая жалость Лизу взяла при взгляде на эту молодую женщину! Маша отпускала от себя горячо любимого мужа и боль её она понимала. Словно устыдившись своих мыслей, Лиза крепче обняла Степана, прошептав ему искренне, что будет ждать его, что все мысли будут о нем, чтобы он берег себя для неё и своего сына.
Проводив мужа, Лиза поднялась с сыном в квартиру. Тут было теперь пусто и одиноко - мать уехала к бабушке в Саратовскую область, так как баба Нюра захворала и ей нужен был уход. Сынок затих, словно предчувствуя что-то, а Лиза ходила по комнате и время от времени бросала взгляд в окно, словно надеялась на то, что всё это страшный сон, что не было никакого прощания и Степан с Егором сейчас вернуться каждый к себе в квартиру.
Поднялась к себе и Маша с дочкой, а уже вечером обе женщины сидели за столом как верные подруги, пили чай и плакали, переживая за своих мужей.
***
Лиза, возращаясь из библиотеки раньше Марии, забирала Аленку из садика к себе в квартиру, кормила её, читала сказки и помогала ей учить буквы. Тётка Егора, которая воспитывала его, померла за полгода до того, как началась война, так что некому было приглядывать за Аленкой и Елизавета с охотой помогала соседке.
Однажды ноябрьским вечером Лиза услышала шаги за дверью и улыбнулась, глядя на Алёнку:
- Вот, мама твоя уже пришла. Расскажешь ей, чему ты сегодня научилась.
Она услышала, как приоткрылась створка незапертой двери, но шагов в коридоре не было. Наоборот, послышался скрип соседней двери.
- Чего это твоя мама не зашла? - пробормотала Лиза, погладив девочку по голове. - Ты посиди тут с Никитой, а я сейчас посмотрю.
Выйдя из квартиры, она направилась к соседке и прошла в незапертую квартиру. Мария сидела за столом и взгляд её был грустным и каким-то отстраненным.
- Маша, ты чего? Что-то случилось? Почему ты не заходишь? - Лиза подошла к ней и почувствовала страх. Неужто у соседки неприятности?
- Лиза, не могу я.. Не знаю, как сказать тебе...
- Что сказать? Почему ты не можешь?
- Лиза... - Маша накрыла рукой какой-то листок. - Ты ведь дочь офицера, ты ведь знаешь, что такое долг и служба, что на войне люди гибнут... Ты ведь умеешь в руках себя держать, верно?
- Маша, немедленно скажи, в чем дело! - потребовала Лиза, а у самой похолодело все внутри.
- Вот, я почтальонку нашу встретила у подъезда, она к тебе шла и попросила передать.
Маша протянула Лизе листок и та взяла его дрожащими руками.
Это была похоронка на Степана. Пал смертью храбрых под Москвой.
Лиза плакала горько и безутешно. Она оплакивала хорошего, доброго человека, отца своего сына. Она оплакивала и свою вину – ведь так и не полюбила его по-настоящему.
Маша, которая села рядом с ней на пол и облокотилась о стену, обняла Лизу и тоже плакала, помня, какой замечательный у них был сосед.
А война катилась на восток, потом налетели первые бомбардировщики и жизнь жителей Сталинграда стала ужасной и невыносимой.
ГЛАВА 2