Вера резала лимон, не глядя на руки. Двадцать лет за прилавком научили делать всё на автомате. В новой квартире пахло краской и жареным. Гости уже съели половину стола, а свекровь Раиса всё осматривала углы и качала головой.
В кармане фартука лежал тест. Две полоски. Четыре года по врачам, надежды, больницы. Сегодня скажет Максиму. Прямо сейчас, при всех, когда поднимут бокалы.
— Вера, иди к столу! — крикнул Максим из комнаты. Обнял её, когда она вошла. Пах одеколоном, улыбался. — Сестра уже третий тост поднимает.
Она хотела сказать сейчас. Но он уже ушёл.
Гости сидели, ели, пили. Раиса рассказывала про соседку-неряху. Сестра Максима поправляла мужа. Максим сидел во главе стола, смеялся, наливал. Руководитель бригады. Идеальная картинка.
Через полчаса он встал.
— Телефон в спальне забыл. Прораб мог звонить.
Вера подождала минуту. Встала. Пора. Зайдёт, скажет: "У нас будет ребёнок". Он обнимет её, как тогда в загсе.
Дверь в спальню приоткрыта. Вера подошла, но остановилась.
Максим говорил по телефону. Голос жёсткий, чужой.
— Слушай, я устал играть в счастливую семью. Сидят тут, жрут, поздравляют. Тошно мне. Да, к тебе хочу. Не могу сейчас, через час освобожусь. Через месяц объект закрою — тогда и скажу ей. Просто "не сошлись". Она не будет скандалить, на большее не способна. Дурочка наивная, дальше кухни ничего не видит. Квартиру поделим — это решаемо. Главное, что детей нет. Хорошо, что не получилось у неё. А то намучился бы.
Пауза.
— Люблю. Тебя одну. Ладно, к столу иду.
Вера развернулась. Быстро пошла на кухню. Села на табуретку. Руки тряслись — пришлось сжать между коленями.
Максим прошёл мимо, улыбнулся.
— Чего сидишь? Тебя спрашивают.
Она встала. Пошла в зал. Села. Улыбнулась. Чокнулась с Максимом, когда он назвал её своей "золотой опорой". Его рука на плече весила как камень.
Гости ушли за полночь. Максим сказал, что устал, и завалился спать. Вера убирала до трёх. Мыла, вытирала, складывала. Руки работали, а голова была пустая.
Утром Максим ушёл рано. Поцеловал в макушку — на автомате. Вера осталась одна.
Его старый планшет лежал на полке. Она включила — синхронизирован с телефоном. Переписки открылись сами.
Читала час. Может, больше. Сообщения с прошлого года. Любовницу звали Кристина. "Задержусь на объекте" — это их встречи. "Жена приболела" — это он хотел быть с Кристиной. "Купил ей цветы, чтоб не ныла" — это букет, который Вера держала в вазе целую неделю.
Одно сообщение перечитала три раза. "Хорошо, что детей нет. При дележке проблем меньше".
Вера закрыла планшет. Прошла в ванную. Встала перед зеркалом. Рука легла на живот.
Там был ребёнок. Тот, которого она ждала четыре года.
Она достала тест из кармана. Посмотрела на две полоски. Порвала пополам. Бросила в мусорное ведро.
Нет. Он не узнает.
Две недели она жила как под стеклом. Работа, дом, улыбка. Максим приходил поздно, целовал в лоб, листал телефон. Она не спрашивала ничего. Просто ждала.
А внутри выстраивался план.
Она открыла счёт в другом банке. Скопировала документы на квартиру. Сделала скриншоты переписки. Сняла копию ключей.
Максим ничего не замечал.
Через три недели он пришёл злой. Хлопнул дверью.
— Вера, мы должны поговорить.
— О чём?
— О том, что с тобой. Ты ведёшь себя как чужая.
Вера встала. Достала планшет. Положила перед ним.
— Я всё знаю. Про Кристину. Про съёмную квартиру. Про то, что ты уйдёшь через месяц. Про то, что я — наивная дурочка, которая дальше кухни ничего не видит.
Максим побледнел.
— Это не то, что ты думаешь.
— Не ври. Я слышала твой разговор на новоселье. Весь. Я читала переписку. Знаю всё.
Он попытался взять её за руку.
— Вера, прости. Это ошибка была. Она ничего не значит. Я люблю тебя.
— Ты любишь удобство. Но я больше не буду молчать.
— Что ты хочешь? Я порву с ней, обещаю.
— Я хочу, чтобы ты ушёл. Завтра. Вещи заберёшь потом, но ночевать здесь больше не будешь.
Максим засмеялся.
— Ты спятила? Это моя квартира. Я плачу ипотеку.
— Мы платим вместе. У меня есть все доказательства. Пойду в суд — потеряешь квартиру и останешься с долгами. Или уходишь сам, и договариваемся мирно.
— Ты меня шантажируешь?
— Я тебя освобождаю. Разве не этого ты хотел?
Он сжал кулаки. Скула дёргалась.
— Пожалеешь. Останешься одна, будешь платить до старости.
— Это моя жизнь.
Он подошёл вплотную.
— А как же ребёнок? Ты же хотела. Кто тебе его теперь даст? Кому ты нужна в твои годы?
Вера посмотрела ему в глаза.
— Я беременна.
Максим замер.
— Что?
— Я беременна. Узнала в день новоселья. Хотела сказать тебе, когда зашла в спальню. Но ты как раз разговаривал про то, как хорошо, что детей нет.
Он сел на стул. Лицо серое.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. И этот ребёнок даёт мне право на большую долю при разводе. Так что решай. Уходишь сам — договоримся спокойно. Не уходишь — иду в суд, и потеряешь всё. Включая репутацию. Твоя мать узнает, кем ты был все эти годы.
Он молчал долго. Потом встал. Прошёл в спальню. Вытащил сумку, начал запихивать вещи.
— Ты всё просчитала, да?
— Нет. Я просто перестала быть наивной дурочкой, которая дальше кухни ничего не видит.
Он застегнул сумку. Прошёл к выходу. Обернулся.
— Пожалеешь.
— Уже не жалею.
Хлопок двери.
Вера осталась стоять. Положила руку на живот. Внутри что-то оборвалось — но не больно. Просто пусто.
Развод оформили за четыре месяца. Максим подписал бумаги молча. Квартира осталась за Верой — она должна выплатить ему часть через пять лет.
Раиса Семеновна звонила раз. Плакала, обвиняла. Вера сказала: "Спросите у сына про Кристину". Больше свекровь не звонила.
Вера родила дочь в июне. Назвала Софией. Максим пытался звонить дважды. Она не брала. Он написал: "Хочу видеть дочь". Вера ответила: "Через суд. Установишь отцовство — будут встречи". Он больше не писал.
Прошло семь лет.
София пошла в школу. Вера закрыла последний платёж по ипотеке. В этот день просто сидела на диване, держа справку из банка.
София прибежала из школы.
— Что это?
— Это значит, что квартира теперь наша. Совсем наша.
— А раньше не была?
— Раньше могла не быть. Но я не дала.
София обняла её.
— Ты самая лучшая мама.
Максима Вера встретила ещё через год. Забирала Софию из школы — он стоял у ворот. Постаревший, осунувшийся, в потёртой куртке.
София дёрнула маму за руку.
— Пойдём?
— Подожди.
Вера подошла к нему. София осталась в стороне.
— Привет, — сказал Максим хрипло.
— Привет.
Он смотрел на Софию.
— Она похожа на меня.
— Знаю.
— Можно мне хоть раз поговорить с ней?
— Нет.
— Почему? Я её отец.
— Ты биологический отец. Но отцом не был ни дня. Ты выбрал это сам.
Максим сжал кулаки. Глаза красные.
— Я был дураком. Потерял всё. Сейчас понимаю, что ты была лучшим, что у меня было.
— Я не была у тебя. Я была рядом. А ты использовал меня, пока удобно было.
— Дай шанс исправиться.
Вера посмотрела на него долго.
— Время для шансов прошло восемь лет назад. Когда ты говорил, что я — дурочка. Когда писал, что детей нет и это хорошо. Когда уходил, хлопая дверью. Тогда мог вернуться, встать на колени. Но ты выбрал другое. Теперь живи с этим.
— Вера...
— Не приходи больше. Живи своей жизнью, мы — своей.
Она взяла Софию за руку. Пошла к остановке.
— Мам, это папа был?
Вера замерла.
— Откуда знаешь?
— Я не маленькая. Он похож на меня. И он плакал.
— Да. Это был он.
— Почему он не с нами?
— Потому что он не умел любить так, как надо. И я не хотела, чтобы ты росла рядом с человеком, который делает больно.
— А тебе больно было?
— Очень.
— А сейчас?
Вера посмотрела в окно автобуса.
— Сейчас нет.
София обняла её.
— Я рада, что ты меня оставила.
У Веры перехватило горло.
— Я тоже, солнышко.
Той ночью, когда София уснула, Вера вышла на балкон. Достала телефон. Открыла контакт "Максим". Палец завис над кнопкой "Удалить".
Нажала.
Контакт исчез.
Вера закрыла глаза. Восемь лет назад, когда стояла у двери спальни и слышала голос мужа, она думала, что жизнь кончилась.
Но жизнь не кончилась. Она началась заново. Без лжи. Без того, кто считал её балластом. С дочерью, которая не увидит, как мать терпит унижение.
Где-то там, в прошлом, осталась девушка, которая резала лимон на новоселье и мечтала сказать мужу про беременность. Которая верила, что любовь — это когда молчишь и терпишь.
Эта девушка ушла в ту ночь.
А на её месте появилась другая. Которая не молчит, не терпит и знает себе цену.
Вера вернулась в комнату. Легла рядом с дочерью.
Завтра снова работа. Встать в шесть, приготовить завтрак, отвести в школу.
Продолжать жить.
Если понравилось, поставьте лайк, напишите коммент и подпишитесь!