Картины жизни

Поезд тронулся так мягко, что стакан в подстаканнике только звякнул ложкой. Я поставила чемодан под нижнюю полку, сняла куртку и впервые за весь день выдохнула. До Петербурга было восемь часов, а мне очень хотелось просто поспать: утром я сдавала важный проект, потом бежала на вокзал, потом почти час искала свой вагон в сыром ноябрьском воздухе. На моей нижней полке уже сидел мужчина лет пятидесяти. Он разложил газету, снял ботинки и устроился так свободно, словно купе принадлежало ему. Его сумка лежала на моём одеяле...

Матвей трижды поправил бабочку на воротнике и наконец снял её. В тесной школьной раздевалке было душно, на полу валялись обёртки от цветов, а на экране телефона светилось отцовское сообщение: «Я почти приехал». Так Сергей Берестов писал и перед школьным концертом осенью, и перед открытым уроком в феврале. Матвей прекрасно помнил, чем оба раза всё закончилось. Сегодня был выпускной четвёртого класса. Через двадцать минут дети должны были выйти на танец с родителями. Напротив Матвея на паркете даже наклеили две короткие полоски, чтобы он не перепутал место...

Капитан назвал четыре фамилии, которых больше не было в списке пассажиров, и я попросила повторить последнюю. Я сама вписывала этих людей в заявку, дважды проверяла имена. А теперь выходило, что их места отдали незнакомцам. — Мне прислали новый список, — объяснил капитан. — Восемнадцать человек вместо четырнадцати. Но четверо прежних пропали. Светлана Андреевна сказала, что вы в курсе. Я решил всё-таки уточнить у заказчицы. Светлана Андреевна — сестра моего мужа. Её единственное поручение заключалось в том, чтобы довезти торт до пристани...

За три недели до свадьбы младшая сестра прислала мне фотографию своих ног. На правой пятке красовался пластырь, на левой — ещё два. Под снимком было написано: «Стас говорит, потерпи. Зато на фотографиях будем красивой парой». Я позвонила Анне и спросила, почему она не купит другие туфли. Сестра вздохнула: жених хотел, чтобы на церемонии она казалась повыше. Ростом Аня была метр пятьдесят четыре, одна нога с детства чуть отличалась от другой, но до знакомства со Станиславом она не считала это бедой...