В пространстве, где слово «Италия» означало лишь географическую мечту, а реальностью были «стены Сиены»* (символ городской независимости), «власть Рима»* (центр духовной и политической силы) и «деньги Перуджи»* (знак финансовой мощи и прагматизма), сложился особый тип художника:
не прикованный к одному двору гений, а виртуозный кондотьер кисти.
Таким был Бернардино ди Бетто, известный всему Апеннинскому полуострову как Пинтуриккьо («маленький живописец»), — мастер, чья карьера стала зеркалом политической карты кватроченто*: раздробленной, изменчивой и жаждущей зрелищ.
Он был идеальным решением сложной задачи.
Нужно расписать капеллу к празднику? Пинтуриккьо. Требуется превратить покои нового папы в дворец земного рая? Пинтуриккьо. Нужен грандиозный фресковый цикл для прославления знатного рода? Снова он.
*Стены Сиены, власть Рима, деньги Перуджи — эта триада емко описывает систему итальянского Возрождения, в которой работал Пинтуриккьо.
• «Стены Сиены» — символ независимой городской республики, ревностно охранявшей свою уникальную культуру и гражданскую гордость. Искусство здесь было делом всего коммунального общества.
• «Власть Рима» — символ абсолютного авторитета папского престола, центра духовной и политической силы. Папы были величайшими заказчиками, использовавшими искусство для демонстрации своего могущества и богоизбранности.
• «Деньги Перуджи» — символ финансовой мощи и прагматизма родной Умбрии художника. Регион богатых банкиров и торговцев, где искусство часто было частным заказом, делом личного благочестия и престижа, требующим от мастера деловой хватки и умения угодить взыскательному клиенту.
Умение Пинтуриккьо блестяще работать в каждой из этих систем — с республикой, с папским двором и с частным заказчиком — и сделало его идеальным «кондотьером кисти» своего времени.
Гений прагматизма
Само это прозвище — Пинтуриккьо, то есть «маленький художник» или даже «живописец-крошка», — было не только описанием невысокого роста, но и гениальной маркетинговой маской.
В мире, где набирала силу идея художника-философа, божественного творца, Пинтуриккьо предлагал иное. Он предлагал не муки творчества и озарения гения, а гарантированный результат: безупречное исполнение, сжатые сроки и безошибочное попадание в эстетику заказчика. Он был не пророком нового искусства, а его блестящим поставщиком, «арт-директором» своего времени.
Когда папа Александр VI Борджиа, известный своими политическими расчетами и прагматичностью, выбирал художника для своих апартаментов в Ватикане, он искал не столько вдохновенного творца, сколько блистательного управленца от искусства, способного координировать гигантскую мастерскую и превратить стены в символ своего могущества. Выбор пал на Пинтуриккьо — и, как намекают разные источники, здесь сыграли роль не только вкус, но и расчетливая деловая хватка художника.
Результат — Апартаменты Борджиа — стал одним из самых роскошных интерьеров эпохи.
Последний певец позолоты
Чтобы понять, почему слава Пинтуриккьо померкла после его смерти, достаточно посмотреть на его отношение к золоту. В его работах золото льётся рекой: нимбы, орнаменты, фон.
Для заказчиков — пап, кардиналов, банкиров — это был язык, выражающий их власть, благочестие и богатство. Но для следующего поколения, воспитанного на идеалах Высокого Возрождения, это стало признаком дурного вкуса.
Именно этот новый вкус — флорентийский, пластический, «интеллектуальный» — получил своего главного идеолога и историка. Этим человеком стал Джорджо Вазари — не просто биограф, а создатель мифа.
Приехав во Флоренцию из Ареццо, он стал пламенным апологетом флорентийского превосходства в искусстве. В своей «библии» художников — «Жизнеописаниях…» — он выстроил прямую линию от Джотто к Микеланджело. В этой схеме не было места провинциальным, с его точки зрения, мастерам, цеплявшимся за «варварские» традиции.
Вазари против Пинтуриккьо: война мифов
Недоброжелательность Вазари вышла за рамки критики. Он создал уничижительный миф, превратив успешного художника в карикатуру.
История о том, как Пинтуриккьо, увидев рассыпавшееся из сундука золото*, якобы умер от огорчения — не факт, а тенденциозный художественный вымысел. Цель Вазари была ясна: показать, что художник из Умбрии был жадным ремесленником, а не благородным творцом-интеллектуалом, какими должны были быть истинные флорентийцы.
Однако стоит взглянуть на сами работы, а не на их критические приговоры. Фрески Пинтуриккьо в библиотеке Пикколомини в Сиенском соборе — это шедевр повествовательного искусства, где сложнейшие многофигурные сцены разворачиваются с почти кинематографической динамикой.
Его Мадонны, даже усыпанные золотыми узорами, поражают нежной, человечной теплотой.
*Сундук с золотом (анекдот от Вазари): В своём «Жизнеописании» Пинтуриккьо Вазари приводит поучительную историю. По одной версии, старый художник в своей келье велел вынести досаждавший ему ветхий сундук, чтобы избавиться от хлама. Когда монахи потащили его, сундук треснул, и оттуда высыпались 500 золотых дукатов — состояние, о котором Пинтуриккьо не подозревал. По другой, более знаменитой версии, это случилось уже на смертном одре. Внезапно открывшаяся истина — что богатство было у него под рукой всю жизнь, — по словам Вазари, так потрясла художника, что ускорила его конец. Независимо от деталей, абсурдность ситуации выдаёт в этом рассказе не факт, а изощрённое моралите. Современные историки видят в нём классический приём Вазари: превратить успешного «провинциального» мастера в персонажа притчи о слепоте, скупости или гордыне, чтобы оттенить идеал бескорыстного флорентийского гения.
Великий мастер уходящей эпохи
Пинтуриккьо не изобретал нового языка живописи. Он был блестящим систематизатором и визуальным коммуникатором. Он брал находки других (Перуджино, флорентийцев), переплавлял их в свой яркий, доступный, праздничный стиль и доводил до совершенства в монументальных проектах.
Он был не гением-одиночкой, а гением организации. Его искусство — зеркало вкусов своей эпохи, ее любви к повествованию, блеску и ясности.
Именно поэтому его фрески в Сиене, Умбрии или в Ватикане, если смотреть на них, отбросив предрассудки, навязанные Вазари, открывают взору: не «архаику», а прощальный гимн уходящей эпохи — того самого времени, когда искусство еще не окончательно отделилось от ремесла, а золото на картине было не «нелепостью», а молитвой, высказанной на самом дорогом языке, известном человечеству.
И тогда в этом «маленьком живописце» начнет проступать фигура поистине титаническая — не творца-одиночки, а непревзойдённого полководца в тех войнах за красоту, которые вела между собой раздробленная Италия. Фигура последнего кондотьера, чьим истинным оружием была не сталь, а сияющая кисть.
До новых встреч!
p.s. если статья понравилась — не забудьте поставить « + » и подписаться на канал!
Эта статья добавлена в подборку «ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ИСКУССТВ» — https://dzen.ru/suite/b24140bd-9a5a-4a0a-a4d0-e3e748a2fef2
P.S. Исторический контекст и ключевые тезисы
1. О «раздробленной Италии»
Италия как единое государство появилась только в 1861 году. Во времена Пинтуриккьо Апеннинский полуостров был лоскутным одеялом из независимых государств, республик, герцогств и папских владений: Флорентийская республика, Венецианская республика, Миланское герцогство, Папская область, Неаполитанское королевство и множество мелких владений, как родная Умбрия художника.
2. О предвзятости Вазари
Джорджо Вазари (1511-1574) — не просто летописец, а идеолог и пропагандист. Будучи родом из Ареццо, он сделал карьеру при флорентийском дворе Медичи и стал ярым глашатаем превосходства флорентийской школы искусства. Его труд «Жизнеописания...» — это манифест, где художественный процесс идет от Джотто (Флоренция) через Донателло (Флоренция) к кульминации — Микеланджело (Флоренция).
Целенаправленное принижение «провинциалов»: Художники из других школ (Умбрийской, как Пинтуриккьо, Северо-Итальянской и т.д.) часто получали у него менее восторженные оценки. Их успех мог объясняться «угождением невежественным заказчикам» (как раз история с золотом у Пинтуриккьо), а не глубиной гения. Этим Вазари заложил основу канона, в котором многие талантливые мастера оказались в тени «титанов» Высокого Возрождения.
Анекдот о смерти: История с сундуком и золотом — классический пример морализаторской басни Вазари, призванной показать жадность и мелочность художника, не соответствующего «высокому» флорентийскому идеалу. Современные историки искусства относятся к таким историям именно как к тенденциозным анекдотам, а не фактам.
3. О золоте и вкусах эпохи
Конфликт — между традицией и инновацией.
Пинтуриккьо — мастер традиции: Использование золотого фона, рельефных золотых украшений (пастiglia) — это прием, идущий от средневековой иконописи и готической живописи. Для его заказчиков (папы, кардиналы, городские элиты) золото было символом божественного света, святости, статуса и роскоши. Он давал им то, чего они хотели — блеск, престиж и набожную величественность.
Вазари — адепт Высокого Возрождения: Для него и его поколения, сформированного наследием Леонардо, Рафаэля и Микеланджело, высшей ценностью была научная перспектива, анатомия, светотень (chiaroscuro) и сложная композиция. Золото как условность казалось архаичным «костылем», от которого истинные мастера уже отказались, создавая иллюзию реального мира красками. Поэтому Вазари и считает его использование «нелепостью» и признаком дурного вкуса неискушенной публики.
Пинтуриккьо при жизни и его относительное забвение потомками — это во многом следствие смены художественной парадигмы. Он был последним великим мастером старой, декоративной и нарядной традиции, которую затмил новый, более «интеллектуальный» и пластический идеал.
4. Папа Александр VI Борджиа
Масштаб проекта: Росписи апартаментов Борджиа (ныне часть музеев Ватикана) — гигантская работа.
Выбор исполнителя: Приглашение Пинтуриккьо, уже известного скоростью, надежностью, умением работать с большой командой и, вероятно, конкурентной стоимостью, было не столько эстетическим, сколько управленческим решением. Он был «практичным гением», который гарантированно и в срок выполнит заказ, сделав его богатым и эффектным, что полностью устраивало папу.
Это не умаляет таланта Пинтуриккьо, а, наоборот, подчеркивает его профессиональную востребованность как топового «подрядчика» своего времени.
5. Кватроченто (итал. Quattrocento — «четыреста», сокращение от mille quattrocento — «тысяча четыреста») — общепринятое обозначение XV века (1400-е годы) в истории итальянского искусства и культуры. Это период Раннего Возрождения, когда были заложены и стремительно развивались его основополагающие принципы:
• Художественные открытия: Изобретение и освоение линейной перспективы, интерес к анатомии и реализму, изучение античного наследия.
• Центры: Эпоха расцвета городских республик и дворов (Флоренция, Венеция, Урбино, Мантуя, Сиена, папский Рим), соперничавших между собой в роскоши и покровительстве искусствам.
• Ключевые мастера: Фра Анджелико, Мазаччо, Донателло, Филиппо Липпи, Сандро Боттичелли, Андреа Мантенья, Пьеро делла Франческа, а также Пинтуриккьо и его учитель Перуджино.
Период кватроченто завершился на рубеже XV–XVI веков, уступив место Высокому Возрождению (чинквеченто).
