Это произошло на корпоративе мужа. В банкетном зале ресторана «Империал», среди хрустальных люстр и накрахмаленных скатертей.
Я три недели выбирала это платье. Изумрудное, с открытыми плечами. Дорогое, между прочим. В магазине консультантка ахнула: «Вы в нём просто королева!» Я поверила.
— Лен, ты серьёзно в этом пойдёшь? — спросил Олег утром, когда я крутилась перед зеркалом.
— А что не так?
Он пожал плечами. Отвернулся к телефону.
— Ничего. По-моему слишком… Твоё дело.
Вот эти слова... «Твоё дело». Как красная тряпка для быка. Я должна была почувствовать подвох. Но нет. Я же королева, помните?
В ресторане собралось человек пятьдесят. Коллеги Олега, их жёны, начальство. Атмосфера такая... знаете, когда все улыбаются, но глаза оценивающие, холодные. Кто в чём пришёл, кто что сказал, у кого какая сумочка.
Я сразу поймала на себе взгляды. Женщины смотрели с любопытством. Мужчины с одобрением. А Олег... Олег вёл себя странно. Держался от меня на расстоянии, будто я заразная.
— Олег Витальевич, ваша супруга сегодня неотразима! — подлизнулся какой-то пухлый менеджер с красным носом.
Муж натянуто улыбнулся:
— Да уж. Она у меня... оригинальная.
Я замерла с бокалом шампанского в руке. Что?!
«Оригинальная». В его устах это прозвучало как «странная». Как «неадекватная». Но хуже было дальше.
К столу подошла жена директора. Инга Владимировна. Дама лет пятидесяти пяти, в строгом костюме цвета мокрого асфальта, с зачёсанными волосами и взглядом прокурора.
— Елена, милая — протянула она, окидывая меня оценивающим взором. — Какое... смелое платье. Вы всегда так одеваетесь?
Я почувствовала, как краснеют щёки.
— Мне показалось, оно подходит для праздника...
— Ну-ну — Инга Владимировна поджала губы. — Смелость, конечно, украшает. Но знаете, Елена, на корпоративных мероприятиях есть негласный дресс-код. Элегантность. Сдержанность. Понимаете?
Я кивнула. Хотя внутри всё сжалось.
Олег стоял рядом. Молчал. Не заступился. Даже не попытался.
— Олег, дорогой — Инга Владимировна повернулась к моему мужу. — Вы же объясняли супруге, как принято одеваться?
И вот тут он... Я до сих пор помню это ощущение. Когда земля буквально уходит из-под ног.
— Инга Владимировна, я пытался — Олег развёл руками, и голос его был громким. Слишком громким. — Но вы знаете… Не послушала! Ей объясняй не объясняй...
Разговоры за соседними столами стихли. Все смотрели на нас.
— Я ей сказал утром, что платье вызывающее — продолжал Олег, и с каждым словом моё сердце сжималось сильнее. — Что для такого мероприятия надо что-то скромнее. Но Лена решила, что лучше знает. Вот результат.
Тишина. Звенящая, оглушительная тишина.
Я стояла посреди банкетного зала, и на меня смотрели пятьдесят пар глаз. Кто-то с сочувствием. Кто-то с злорадством. Большинство просто с любопытством, как на диковинку в зоопарке.
А Олег... Мой муж. Человек, с которым я прожила восемь лет. Отец моих детей. Стоял рядом с Ингой Владимировной и улыбался. Виновато так, по-мальчишески.
Мол, что поделать, жена у меня такая. Неуправляемая.
Знаете, что самое страшное?
Не слова. Не взгляды. Не позор.
А то, что в эту секунду я поняла: он пожертвовал мной. Своей женой. Матерью своих детей. Ради... чего? Расположения жены начальника? Унизил меня публично. Сделал из меня шута.
И что-то внутри меня... щёлкнуло.
— Понятно — сказала я тихо.
Подняла руку. Нашла молнию на спине платья.
— Лен, ты чего? — Олег нервно засмеялся.
Я посмотрела ему в глаза. Долго. Пристально. А потом расстегнула молнию.
— Елена?! — ахнула Инга Владимировна.
Платье соскользнуло вниз.
Я стояла в чёрном кружевном белье и туфлях на шпильке. Прямая. Гордая. С поднятой головой.
В зале воцарилась абсолютная тишина. Даже музыка смолкла. Диджей, видимо, офигел не меньше остальных.
— Вот — сказала я громко, чётко выговаривая каждое слово. — Теперь вызывающе. А в платье было просто красиво. Но вам, Инга Владимировна, виднее. Вы же эксперт по элегантности.
Я подняла платье с пола. Аккуратно сложила. Положила на стул.
— Олег, милый — я повернулась к мужу. Он стоял с отвисшей челюстью, красный как рак. — Передай своим коллегам: с сегодняшнего дня твоя «оригинальная» жена будет одеваться как хочет. Где хочет. И с кем хочет. Потому что твоим мнением я больше не интересуюсь.
Я взяла сумочку. Достала телефон.
— И ещё. Завтра я заберу свои вещи. Детей тоже. Так что готовь алименты, дорогой.
Сделала шаг к выходу. Остановилась. Обернулась.
— А платье, кстати, стоило сорок тысяч. Твоих денег, между прочим. Так что можешь его забрать. Или Инге Владимировне подарить — ей хотя не по размеру будет.
Я вышла из ресторана в одном белье. На улице было прохладно. Конец сентября. Но я не мёрзла. Внутри всё горело.
Такси подъехало через три минуты. Водитель — мужик лет сорока. Выпучил глаза:
— Девушка, вы...
— Еду домой — оборвала я. — Проблемы?
— Н-нет... — он замялся. — Садитесь.
Всю дорогу молчал. Только в зеркало косился.
А я смотрела в окно и думала.
Восемь лет. Восемь лет я была его женой. Готовила, стирала, растила детей. Улыбалась его друзьям и коллегам. Терпела замечания свекрови. Извинялась, когда он срывался на меня после трудного дня.
Восемь лет я вкладывалась. В семью. В отношения. В него.
А он... Он даже не подумал меня защитить. Просто слил. При всех.
Дома я стащила с себя это чёртово бельё. Встала под душ. Горячий, обжигающий.
И только тогда заплакала.
Не от стыда. От обиды. Что все эти годы жила с таким, как оказалось, никчёмным человеком...
И поняла: я свободна. Наконец-то свободна от этого... От этих ожиданий. От необходимости быть скромной. Незаметной.
Телефон разрывался от звонков. Олега.
Я отклонила его звонок.
И написала одно сообщение:
«Забираю детей и вещи. Ключи оставлю на столе. На развод подам сама. Не звони».
Прошло полгода
Я снимаю небольшую квартиру в центре. Работаю. Детей отвожу в садик. Вечером забираю…
Олег пытался вернуться. Приходил с цветами. Клялся, что больше никогда...
Я закрыла дверь перед его носом.
Не потому, что злая. Не потому, что обиженная.
Просто... я больше не та женщина, которая простит унижение ради спокойствия. Которая проглотит обиду ради видимости благополучия.
Я та, которая может снять платье посреди ресторана. И не умереть от стыда. А почувствовать силу.
Знаете, чему я научилась?
Достоинство — это не то, что тебе дают. Это то, что ты отстаиваешь. Даже когда страшно. Даже когда все смотрят. Даже когда проще промолчать и стерпеть.
А ещё... Иногда нужно раздеться. Не в прямом смысле, конечно. Снять маски. Роли. Ожидания.
И остаться собой. Настоящей. Сильной.
Даже если это шокирует окружающих.
Особенно если это шокирует окружающих.
Рекомендую:
Подписывайтесь, чтобы не пропустить следующие публикации.
Пишите комментарии 👇, ставьте лайки 👍