Все, кто был в доме, стали готовиться к осаде. Мы бегали туда-сюда, стаскивали какое-то барахло, железки, травяные веники и прочие магические и не магические штуки. Так что я не сразу заметила батюшку Николая, который стоял среди двора и с удивлением крутил головой в разные стороны.
— Николай, это ты что ли?! — с удивлением воскликнула я.
— Да я. Что у вас тут происходит? — спросил он. — Я стучал, стучал в калитку. Никто мне так и не открыл, пришлось лезть через забор. У вас калитка на замок заперта. Я пытался до вас дозвониться, но никто трубку не брал. Только гул и скрежет из динамиков доносился. Вот я и побежал к вам узнать, что у вас случилось.
— Да вот к обороне готовимся, — ответила я. — Ты с нами?
— Я всегда с вами. Вот только я не один.
— А с кем? — я посмотрела на него с тревогой.
— Я всех ваших и наших привез. Там за калиткой Света моя стоит, и Мара, и Светик. До Матрены я тоже не смог дозвониться, а до них без проблем. И еще со мной один старец приехал. Он давно собирался, а как прознал про наше дело, так сразу примчался. Так они могут зайти? — батюшка топтался на одном месте и периодически озирался на калитку.
Сердце ёкнуло, и какая-то часть меня сжалась в ледяной комок. Прямо за калиткой, в двух шагах от меня, стояли те самые люди, с которыми я не могла связаться? Это было слишком удобно. Слишком… вовремя.
Я пристально посмотрела на Николая. На его доброе, сейчас озабоченное лицо, на выгоревшую на солнце рясу. Он выглядел как всегда. Но мы-то уже знали, что Лариса умеет создавать ложную реальность, подделывать голоса.
— Николай, — сказала я медленно, не подходя ближе. — Помнишь, мы с тобой в прошлый раз говорили о тех баночках с травами, что я тебе давала для старого дома? Какую именно ты брал для углов?
Батюшка нахмурился, на секунду задумался, а затем лицо его прояснилось.
— Зверобой и чертополох, Агнета. Ты говорила, зверобой — от наваждений, чертополох — от злого умысла. А третью, с полынью, велела не трогать, пока не скажешь. Так и есть?
Да, это был он, настоящий. Никакая подделка не знала бы таких бытовых деталей.
Вздохнув с облегчением, но все же вглядываясь в него внимательно, я кивнула Саше, который уже подходил с огромной связкой ржавых гвоздей в руках.
— Саша, открой калитку. Посмотри, пожалуйста, кто там.
— Она еще проверять нас будет! — на забор взлетел ворон Мары и возмущенно закаркал. — Мы тут к ней все в мыле бежим спасать нашу Агнетушку, а она нам еще не доверяет!
— И правильно делает, — сказал с той стороны голос Мары.
Я сама направилась к калитке и распахнула ее. Рядом с забором стоял внедорожник Мары, а около него топталась вся наша команда.
— Тетя Агнета, — из машины выскочила Яночка и кинулась ко мне обниматься. — Что у тебя произошло? — спросила Мара, отодвигая нас в сторону и проходя во двор. — От Николая ничего связного мы получить не смогли. Он что-то бормочет про пустые тела и съеденные души. Ничего не понятно. Это про каких таких зомби он говорит? И что там за ведьма такая, что может такие дела проворачивать?
— Честно говоря, дамочку эту я в натуре не видела. Она только к нам вчера свою помощницу прислала. Но мы ей хорошенько так наваляли.
— Надо было где-нибудь закопать, — сказала Мара и остановилась посреди двора, словно спрашивая, куда им дальше идти.
— Маруша, так нельзя, — пробасил Светик, заходя за ней следом.
Светлана встала рядом с Николаем и молча на нас взирала. Самым последним вошел сухонький старичок в чистой, но старенькой мирской одежде.
— Доброго здравия всем обитателям этого поместья.
— Доброго здравия, — кивнула я и окинула его внимательным взором.
— Меня зовут отец Иоан. Я наставник отца Николая.
— Очень приятно, а я Агнета, а это…
— А с остальными я уже познакомился, — он мило улыбнулся.
— Хорошо, это мой муж Александр, а там дочь Катерина и пасынок Вячеслав, — представила я своих родных.
— Очень приятно, — кивнул старец и прикрыл за собой калитку. — А еще Николай говорил, что у вас есть какой-то особый помощник.
— Ну, мало ли чего он говорил, — я недобро зыркнула на батюшку Николая. — Кстати, как там дела обстоят с Сергеем? Удалось его отбить от нашей чернушницы?
Старец Иоан вежливо кивнул, но его внимание явно было сосредоточено не на формальностях знакомства. Его взгляд, острый и оценивающий, скользнул по двору, по наваленному хламу, по нашим лицам, задержавшись на мгновение дольше на бледной Елене, которая робко стояла в дверях дома. Казалось, он не столько смотрел, сколько ощупывал пространство вокруг внутренним взором.
Николай смущённо потёр затылок.
— Сергей в безопасности. Батюшка Леонид, тот самый, что зарился на деньги, помог вытащить с другими постояльцами приюта его из дома. Он, конечно, испугался не на шутку. Говорят, там у него жуть какая в доме творилась. Они Сергея в монастырь отвезли, к отцу игумену, на временное послушание. Монастырские стены — защита серьёзная. Думаю, пока его там не достанут. Но это временно.
— Временное — это хорошо, — кивнула я, но мысль уже работала дальше.
Если Лариса лишилась и Сергея, и Елены, значит, две прибыльные сделки сорваны. Её гнев должен быть лютым. А гнев часто ведёт к ошибкам.
— Вы уже имели дело с такими вещами? — обратилась я к отцу Иоану.
Старец внимательно посмотрел на меня, и в его ясных глазах не было ни осуждения, ни наивного восторга перед «тайным знанием». Был лишь спокойный, опытный интерес.
— Жизнь долгая, чадо. Видал разное. И тёмные дела, и светлую борьбу с ними. Отец Николай обратился за советом, когда понял, что столкнулся не с простой порчей. А я почувствовал, что дело пахнет чем-то старым, забытым, но оттого не менее опасным. Вот я и приехал посмотреть. И, если смогу помочь советом, а может, даже делом, то обязательно это сделаю. Твой дом… он на хорошем месте стоит. Сильное место.
Его слова подтверждали то, что я и сама чувствовала. Но «сильное место» сейчас было мишенью.
— Помощь советом нам не помешает, — честно сказала я. — Потому что мы как слепые котята. Знаем, что враг есть, знаем, чего он хочет, но не знаем, где он и как его достать. Он уже пробовал ударить прямо, потом — обманом. Каким будет следующий ход, никто не знает.
Отец Иоан задумался, его взгляд стал отстранённым, будто он перебирал в памяти страницы давно прочитанных книг и копался в уголках своей памяти. Он снова посмотрел на меня и чуть качнул головой.
— Не припоминаю.
— Ну что же, нет так нет, может, чего в процессе вспомните. А теперь давайте все пройдем в дом. Хоть и весна на улице, но еще не лето, прохладно.
Со стороны дороги послышался рёв.
— Наша старушка-веселушка, кажись, приехала, — сказала Мара, повернувшись в сторону калитки.
Мотор заглох около дома, и через пару минут распахнулась калитка. На пороге стояла Матрена со шлемом в руках. На ней была одета потрёпанная, но дорогая кожаная куртка с нашивками, потёртые джинсы и тяжёлые, заляпанные грязью мотоциклетные ботинки. Она посмотрела на меня озорным с огоньком взглядом.
— Утра доброго! Или недоброго? Никак не могла до тебя дозвониться. Еще кто-то «девятку», застрявшую посередь дороги, бросил. Это кем надо быть, чтобы по такой грязюке гонять на обычной легковушке. На тракторе надо ездить, как я! — выдала она и вошла во двор. — О, вся компания в сборе. Ну, сейчас мы ей покажем именины сердца! — хмыкнула она.
— Обязательно покажем, — улыбнулась я. — Как же я рада тебя видеть живой и невредимой!
— А как я сама себя рада видеть живой и невредимой, — хохотнула бабушка. — А это что еще за божий одуван? — кивнула Матрена в сторону старца.
— Это наставник батюшки Николая — отец Иоанн.
— А, тот самый, что отправил нашего Николашу следить за Агнетой, — выдала она. — Ну что ж, здорово, коли не шутишь!
Она протянула ему руку в кожаной перчатке. Старец с удивлением на нее смотрел.
— Матрена, — кокетливо представилась она.
— Иван, — важно ответил он, кивнул и слегка пожал протянутую руку.
— Отличненько. В дом? — спросила она.
— В дом, — согласилась я.
И вся наша компания направилась в дом.
Автор Потапова Евгения