Светлана читала одну и ту же страницу уже минут десять, когда поняла, что не запомнила ни слова. Буквы расплывались, мысли уползали куда-то в сторону — к незакрытому больничному, к звонку начальника утром, к тому, что холодильник почти пуст и надо бы завтра на рынок. Она захлопнула книгу и посмотрела на часы. Половина десятого. Суббота. Тишина. И вдруг — звонок в дверь. Резкий, настойчивый. Сердце ёкнуло неприятно, где-то в горле.
Гостей она не ждала. Соседи всегда писали в общий чат, если что-то случалось. Курьеры звонили на телефон заранее.
Она медленно встала, поправила домашний кардиган и на цыпочках подошла к прихожей. В глазке темнота — лампочка на площадке опять сгорела. Но силуэт угадывался. Мужчина. Знакомый наклон головы. Знакомая манера переминаться с ноги на ногу.
Этого не могло быть.
— Свет, я знаю, что ты дома. Открой, пожалуйста.
Голос глухой, но узнаваемый мгновенно. Андрей. Человек, чьё имя она последние пять лет вычёркивала из жизни — сначала из паспорта, потом из памяти.
Рука потянулась к замку, но замерла. Зачем? Зачем открывать? Но любопытство, смешанное с чем-то ещё — то ли жалостью, то ли старой обидой — пересилило. Она щёлкнула замком. Цепочку не сняла.
Дверь приоткрылась на несколько сантиметров. Из подъезда потянуло сыростью, табаком и чем-то жалким — запахом вокзала, немытых волос, чужой усталости.
Андрей стоял в расстёгнутой куртке. На улице был мокрый ноябрь, но он словно не замечал холода. Он постарел. Не возмужал — сдал. Лицо осунулось, под глазами тёмные мешки, в волосах седина.
— Привет, — он попытался улыбнуться той самой обезоруживающей улыбкой, из-за которой она когда-то вышла за него замуж через три месяца после знакомства. Но сейчас улыбка вышла кривой.
— Зачем пришёл?
— Светуль, ну не через щель же. Пусти. Я с поезда, замёрз до костей.
Светлана не двигалась. В голове мелькнуло: вот она стояла здесь же пять лет назад и держала в руках записку. «Устал. Мне нужно найти себя. Не ищи. Кредиты — твоя проблема». Тогда стены были в старых обоях. Тогда в соседней комнате тяжело кашляла мама.
— Говори здесь.
Андрей вздохнул, запахнул куртку плотнее.
— Беда у меня, Свет. В Питере с работой кинули, фирма развалилась. Я полгода держался, но... Меня выселили. Я вернулся, думал, у друзей перекантуюсь. У Витька жена родила, места нет. Сашка трубку не берёт. Идти мне некуда.
Он смотрел на неё глазами побитой собаки.
— И что ты хочешь от меня?
— Пусти переночевать. На пару дней. Пока работу найду, пока комнату сниму. Я не чужой тебе человек. Столько лет вместе.
«Вместе», — отозвалось эхом. Да. Вместе.
Она вспомнила тот вечер, когда маме стало хуже. Врач сказал: «Нужны лекарства, дорогие. И постоянный уход». Светлана тогда работала днём учителем в школе, а по вечерам до двух ночи верстала сайты за копейки. Андрей в это время «искал себя». Вкладывался в пирамиды. Скупал сломанную технику, которая потом годами лежала в углу.
А потом он исчез. Просто испарился, когда понял, что с лежачей тещей и вечно уставшей женой жизнь не будет праздником. Он оставил ей разбитое сердце и три кредита на её имя. «На развитие дела», — говорил он.
Светлана посмотрела на его грязные ботинки, оставляющие следы на коврике.
— Ты помнишь, как уходил?
Андрей отвёл взгляд.
— Свет, ну чего старое ворошить? Ошибся. Испугался. Я же не знал, что с тещей всё так серьёзно. Думал, простуда...
— Инсульт, Андрей. У неё был инсульт. Ты это прекрасно знал. Ты слышал, как я плакала.
— Прости, прости меня! — он всплеснул руками, и жест показался театральным. — Я поэтому и пришёл. Я всё верну. Устроюсь сейчас на стройке прорабом, там деньги обещают. Я тебе все долги отдам, с процентами! Мне только база нужна. Без местной прописки даже разговаривать не хотят.
Вот оно что.
— Тебе нужна прописка?
— Регистрация временная. Хотя бы на полгода. Для отдела кадров. Ты же одна живёшь, я узнавал. Я тебе не помешаю. С первой зарплаты половину отдам. Я работящий, ты знаешь...
— Я тебя знаю, — перебила она. — Очень хорошо знаю.
Она сняла цепочку и открыла дверь шире. Андрей шагнул вперёд, но Светлана встала в проёме, уперев руки в бока. При свете из квартиры видны были все морщины на его лице, вся потрёпанность. На секунду что-то дрогнуло внутри. Одиночество. Пять лет одиночества. Может быть...
Нет.
Жалость испарилась, когда он заговорил о регистрации. Он не изменился. Он снова искал, на ком выехать. Пять лет назад он сбежал от трудностей, бросив её тонуть. Теперь он тонул сам и решил, что она — его спасательный круг.
— Ты узнавал, что я одна? — усмехнулась Светлана. — А ты узнавал, как я жила эти пять лет? Как работала без выходных, чтобы банк не забрал квартиру? Как таскала маму в ванную одна? Как выбирала ей памятник на те копейки, что оставались после выплаты твоих кредитов?
Андрей замер.
— Царство небесное Анне Петровне... — пробормотал он, опустив глаза. — Я не знал. Соболезную. Но тем более! Тебе тяжело одной. Мужик в доме нужен. Кран починить, полку прибить...
— У меня всё работает, Андрей. Я научилась всё делать сама. Или нанимать мастеров на деньги, которые теперь есть, потому что никто их не тянет на бредовые идеи.
Он начал злиться. Кулаки сжались, желваки на скулах затвердели. Маска побитого пса сползала.
— Ты чего ломаешься? Я к тебе по-человечески. Я, между прочим, тоже право имею. Мы в браке эту квартиру ремонтировали.
— Ремонтировали на деньги моей мамы, — ледяным тоном ответила Светлана. — А ты в это время лежал на диване. Квартира досталась мне по наследству. Ты к ней не имеешь никакого отношения. И слава богу, что детей у нас не было.
— Да иди ты... — он сплюнул на пол лестничной клетки. — Гордая стала, да? Забыла, кто тебя вытаскивал, когда отца не стало?
Удар ниже пояса. Да, когда умер отец, Андрей был рядом. Умел утешать. Тогда казалось — любовь на всю жизнь. Но любовь проверяется не в горе, а в рутине. В долгах. В болезнях.
— Я ничего не забыла, — тихо, твёрдо сказала она. — Я помню всё. И хорошее, и плохое. Но плохого было больше. Ты предал меня, Андрей. Предал в самый страшный момент. Ты сбежал, как трус. А теперь, когда прижало, ты приполз обратно, думая, что я та же наивная дурочка, которая будет тебе что-то должна.
Он попытался взять её за руку.
— Светик, прости. Дай шанс. Один шанс! Я всё отработаю. Мы же...
Светлана отступила, не давая прикоснуться. Ей было неприятно даже представить, что он войдёт в её квартиру, сядет на её диван, будет пить из её чашки. Этот человек был чужим. Более чужим, чем прохожий на улице.
Она выпрямилась и посмотрела ему в глаза.
— Нет, Андрей. Никакой прописки. Никаких долгов я тебе не прощу. Те восемьсот сорок семь тысяч, что я выплатила банку за тебя — это плата за то, чтобы ты исчез из моей жизни навсегда. Дорогая наука. Но она того стоила.
— Пожалеешь, — прошипел он. — Сдохнешь тут одна!
— Лучше одной, чем с тобой, — спокойно ответила она. — Уходи. И больше не приходи.
Она начала закрывать дверь. Он попытался подставить ногу, но Светлана с силой толкнула дверь. Андрей отшатнулся.
— Стерва! — крикнул он.
Щёлкнул замок. Потом второй. Цепочка.
Светлана стояла, прислонившись лбом к двери. За дверью несколько секунд было тихо. Потом глухой удар кулаком по косяку. Шаркающие шаги. Лязг лифта.
Тишина.
Она медленно прошла на кухню, включила чайник. Руки дрожали. Села на стул, уронила голову на руки. И только сейчас почувствовала — не облегчение. Что-то другое. Тяжёлое. Горькое.
Она сделала правильно. Она это знала. Но почему-то хотелось плакать.
Телефон лежал на столе. Можно позвонить Ленке. Рассказать. Ленка всегда говорила: если вернётся — гони. Как в воду глядела. Но звонить не хотелось. Не хотелось ничего.
Чайник вскипел. Светлана налила воду в кружку, достала мятный пакетик. Посмотрела в окно. За стеклом темнота. Отражение кухни. Она одна за столом.
Завтра воскресенье. Можно выспаться. Сходить на рынок. Пересмотреть сериал. Простые дела. Обычная жизнь.
Она сделала глоток. Горячо. Правильно.
Прошлое осталось за дверью. А здесь — настоящее. Пустое, спокойное, своё.
Она допила чай и пошла в комнату. Легла на диван, накрылась пледом. Смотрела в потолок. Думала о том, что завтра надо купить лампочку для подъезда. И о том, что он больше не вернётся.
И о том, что ей правда больно. Но она выдержит. Как выдерживала всегда.
Спасибо за внимание❤️
Рекомендую почитать