— На куртке живого места нет, ты сам будто не видел.
— Во-вторых, я замерзаю в пальто. Ты хочешь, чтобы я слегла с температурой?
— Ну, больничный всё равно оплачивается.
— Ты совсем дурак. Причём здесь больничный? А в январе я в чём буду ходить? Всё в том же тонком пальтишке? Нет, я, конечно, могу взять одну из твоих десяти бесполезных курток.
— Смеёшься? Они тебе размеров на шесть велики, не позорься. Это мои куртки.
— Даша, твоё пальто не такое уж тоненькое. Подумаешь, наденешь пару кофт под него.
— Это ты сегодня на блузку его напялила? Думать надо было, а ещё жалуешься. Свитеры, кардиганы, проблема решена.
— Так что завтра иди на работу. Сама же говоришь, нам деньги нужны, а от дополнительных смен отказываешься. Там ещё по кредитке счёт пришёл, и от подписки я не откажусь. Извини, но она мне нужна.
Дарья онемела от такой наглости.
Она долго и пристально смотрела на мужа, плотно сжав губы.
А потом в её голове что-то щёлкнуло. Женщина высвободилась из его объятия и молча направилась на кухню.
— Эй, Даш, ты куда?
Женщина остановилась и обернулась.
Поймав на себе её взгляд, Денис вздрогнул. Обычно светло-зелёные глаза Дарьи теперь потемнели, стали какими-то малохитово-изумрудными и будто просвечивали всё вокруг насквозь.
— Даш, ты чего? Что случилось?
— Что случилось? — нервно засмеялась женщина. — Что случилось, говоришь? Да как ты вообще смеешь мне хоть что-то говорить? А кто ты такой?
— Господи, ты что, с ума сошла? — отшатнулся мужчина. — Я Денис, твой муж.
— Нет, — широко раскрыла глаза Даша, — ты кто угодно, но не мой муж. Муж не станет вытирать о собственную жену ноги, он не будет видеть в ней прислугу и домработницу, он не станет ей предлагать утеплиться многослойными кофтами, когда той нечего надеть, он не станет бесконечно тянуть из неё деньги на свои тупые хотелки, он не забудет заварить ей чай, если та задерживается. И уж точно он не станет заставлять её горбатиться сутки напролёт, чтобы оплатить еду, квартиру и его шмотки.
— А знаешь, что делает муж? Знаешь? Как минимум, он обнимает свою жену после трудного дня, согревает её, узнаёт, как дела.
Он сам готовит себе ужин, если голоден, а её по какой-то причине нет дома. Он не ноет, что нужно из её кошелька оплатить какую-то чёртову никому не нужную подписку.
И самое главное.
Знаешь, что самое главное, Денис? Молчишь? Похоже, и правда даже не догадываешься. А самое главное, муженёк, хороший муж не станет сидеть на шее своей жены много лет подряд, чураясь любой работой только лишь от того, что возомнил себя великим гением, на которого обычные смертные даже смотреть не смеют.
— Даша, ты чокнулась?
— Заткнись уже, взвыла Дарья. Тебе вообще права голоса сейчас никто не давал. Я столько лет терпела, покорно ела всю ту лапшу, которую ты мне успешно на уши вешал. Не замечала насмешек тех, кто видел, как ты по-скотски ко мне относишься. Когда ты в последний раз принёс домой хоть какие-то деньги, а?
— Не помнишь? Вот и я не помню, прикинь, не помню, потому что только я горбачусь за двоих. Ты как клещ впился в меня и тянешь, тянешь, ничего не давая взамен.
— Или что ты даёшь? Своими красивыми глазками моргаешь, в койку меня тащишь. Поверь, я спокойно обойдусь без всего этого. Ты хоть в курсе, какие у нас по кредиткам долги? Нет? Не у нас, у меня. И хоть копейку из этого я на себя потратила.
Всё на твои бесконечные гитары, барабаны, кроссовки, которые пылятся на полках, потому что ты ничем, кроме игр и пива, не занимаешься.
— У меня нет друзей, увлечений. Даже чёртовой помады у меня нет. Зато есть ты и куча долгов.
— Нет уж, Денис, с меня хватит.
— Даша, да ты чего психуешь? Это всё из-за пуховика, что ли?
— Ладно, езжай завтра за ним, хочешь, я даже с тобой съезжу.
— Да же, — рассмеялась Дарья, — да же, да пошёл ты знаешь куда. — Всё, милый мой, допрыгался ты, собирай-ка свои манатки и иди на все четыре стороны, а я ещё ведь детей от тебя хотела, слава богу, не вышло, видеть и знать тебя больше не хочу.
— Никуда я не пойду, — бесцветным голосом пробормотал перепуганный неожидавший от жены подобных слов и поведения. Даша всегда была спокойной и терпеливой.
Тем страшнее она казалась сейчас. Это был будто совсем другой человек.
— Дашка, давай успокоимся. Ты зря всё это говоришь, поверь. Потом жалеть будешь.
— Я буду жалеть? — хохотала женщина. Ой, не смеши. Ты, похоже, привык жить на всем готовеньком. Но я тебе не мамочка, которая будет всю жизнь обеспечивать комфортное существование. Я тоже хочу пожить для себя.
— И слава богу, что сегодня я так замёрзла. Наконец-то мой мозг протрезвел на этом холоде, и теперь я всё вижу ясно, без розовых очков, которые ты так усердно удерживал на моих глазах.
— Я прямо сейчас подаю на развод. Даже идти никуда не нужно, достаточно приложения.
— Я тебе не дам развод, — воспротивился Денис.
— А куда ты денешься? Кто тебя вообще спросит? Нет, не даст он. Детей у нас нет, совместного имущества тоже.
Свои паршивые гитары с собой можешь забирать, мне они не нужны. Я выплачу сама за них всё, что должна банкам.
— А, нет, кстати, долги при разводе пополам, милый поделим. Ничего, так даже лучше. А сейчас собираешь шмотьё и иди, куда глаза глядят.
— Но куда я пойду? — выпучил глаза мужчина.
— А меня как это волновать должно? Это уже вообще не моя проблема.
— Нет, — усмехнулся Денис, — знаешь, я всё понял.
У тебя просто истерика. Ложись спать, а завтра поговорим на свежую голову. Я обещаю, что найду работу, если ты так хочешь.
— Ага. Чёрта с два, — стукнула кулаком по стене Даша. Опять за своё. Не хочешь уходить? Хорошо, я сама уйду.
— Я тебя не отпущу, — замотал головой муж. Куда ты пойдёшь? Ночь на дворе.
— Так я тебя и не спрашиваю. Будешь удерживать, я полицию вызову. А теперь не мешай мне.
Женщина схватила в коридоре большую спортивную сумку и принялась закидывать в неё всё, что попадалось под руку.
Несколько раз Денис предпринимал попытки остановить её, но Даша оттолкнула его, сама удивляясь, откуда у неё взялось столько силы.
Когда вещи были сложены, она переоделась и вышла в коридор. С грустью Даша посмотрела на своё тонкое осеннее пальтишко, а потом перевела взгляд на молча сидящего на диване Дениса, который даже не осмелился посмотреть на неё в ответ.
Женщина усмехнулась, намотала на себя тёплый шарф, натянула толстую вязаную шапку и хлопнула дверью. Уже спустившись на лифте, она отправила мужу последнее сообщение.
— Через неделю платить за квартиру. Даже не думай, что я вернусь, крутись, как хочешь.
Зажмурившись, она шагнула на улицу.
В никуда.
Тяжело шагая по заваленному снежной кашей тротуару, Даша плакала. Она не знала, куда идти, где спать и что вообще делать дальше.
Друзей у женщины не было. Уехать в родной город к родителям она не могла. Пришлось бы спешно бросать работу, подводить людей. Да и что бы она там делала.
Единственным человеком, к кому она могла обратиться сейчас, была её начальница, Людмила Павловна.
С этой женщиной Даша была знакома уже много лет. И хоть их отношения были сугубо деловыми, начальница всегда поддерживала свою подчинённую, многому обучила, никогда не отворачивалась, если Даша просила о помощи. Правда, эта помощь чаще всего касалось рабочих ситуаций или в крайнем случае денег.
Что я ей скажу, задумалась Дарья.
Время почти полночь, даже звонить ей сейчас не удобно, тем более с просьбой приютить на ночь. Но не на улице же спать, гостиница слишком дорога. Да, у меня отложены деньги на оплату аренды, но их хватит всего на пару ночей в отеле. Ещё и пуховик этот злополучный надо срочно покупать.
Ладно, была не была, откажет так откажет.
Даша завернула в круглосуточный фастфуд, взяла себе стаканчик чая и уселась в уголке.
Когда руки немного отошли от холода, нервы чуть успокоились от горячего напитка, она набрала номер начальницы.
— Дарья? — сильно удивилась, услышав в трубке голос своей подчиненной.
— Случилось чего? Так поздно звонишь. — Надумала завтра выходить.
— Простите, Людмила Павловна, — начала Даша, но не закончила, и разрыдалась в трубку.
— Господи, Дашенька, что стряслось? — испуганно ответила женщина.
— С тобой всё в порядке?
— Простите меня, — всхлипывала Дарья. — У меня тут дома кое-что произошло. Я сейчас сижу в кафе, не знаю, куда идти.
— Стой, ты что, с мужем поругалась? — Не просто поругалась, я ушла от него. Понимаете, я больше так не могу. Я столько лет терпела, а сегодня будто что-то сломалась окончательно. Мне идти-то не куда, но лучше так, чем там, с ним.
— Ну-ка, успокойся, — строго сказала Людмила Павловна.
Ты всё правильно сделала. Давно пора было. Жаль, правда, что так опрометчиво ты поступила, не подготовив, так сказать, пути отхода. Но иногда нужно собрать волю в кулак и принять решение.
— Где ты сейчас?
— В забегаловке сижу, — всхлипнула Даша.
— Так, давай я тебе такси вызову. Приедешь ко мне, всё расскажешь, а там решим, что дальше делать.
— Неудобно как-то. Неудобно пахать за двоих и здорового мужика содержать.
Сколько тебе говорили, а ты всё как дурочка влюблённая, ничего не знаю, не понимаю.
— Всё, говори адрес.
Через полчаса Даша стояла в прихожей у своей начальницы, потупив взгляд.
— Господи, пальтишко совсем тоненькое, — ужаснулась Людмила Павловна. И носом шмыгаешь, похоже, заболеваешь. Так, быстро на кухню. У меня муж спит, уже не будем его будить. Тихонько поговорим.
Даша послушно скинула пальто и на цыпочках прошла на кухню.
— Ну, рассказывай, — шурша пачкой чая попросила начальница. — Как ты докатилась до жизни такой? Шуточный тон Людмилы Павловны и густой аромат каких-то ягод и трав, источаемые заварочным чайником, немного успокоили Дашу.
— Это всё из-за пуховика, — вздохнула молодая женщина. — Я так сегодня замёрзла и просто сказала ему, что пару недель придётся экономить на еде и расходах вообще.
А он так безразлично на меня посмотрел. Такого никогда не было. Или я просто не замечала раньше.
— Пожалел мои же деньги мне на какую-то куртку, представляете?
— Я уже это не представляю, а давно отчётливо вижу. Ты же вообще на себя не тратишься.
— Денису то, Денису это, а себе? Девочка, да ты в салоне красоты когда вообще в последний раз была? А в отпуске? Ты хоть знаешь, сколько у тебя уже дней накопилось? Не моё дело в чужую жизнь лезть, но то, что у тебя происходит, неправильно.
— Я уже это поняла. Жаль, что только сегодня, вздохнула Даша. Я всё ему высказала. Всё. Меня как прорвало. Я поняла, что всё это время просто обслугой для него была. Не понимаю, как раньше этого не видела. Но теперь всё.
Я точно знаю, что не вернусь.
В этот момент телефон зазвонил, высвечивая номер Дениса. Даша машинально протянула к нему руку, но тут же отдёрнула.
— Вот видишь, — указала подбородком на смартфон Людмила Павловна. — Он, похоже, так не думает. Не смей отвечать.
— И не собиралась пробормотала Дарья. Пускай мучается. Он ведь прекрасно знает, что мне некуда идти, и, наверное, думает, что я проветрю голову и скоро вернусь.
В одном он прав, идти мне действительно некуда.
— Так, — покачала головой Людмила Павловна, наливая в чашку Даши ароматный чай. Пей, пей. Это сын у меня травы привёз с Алтая. Свежие. Он у меня часто путешествует по стране. Геолог, между прочим.
— Ладно, это к делу не относится. Даша, ты всё сделала правильно. Не сожалей ни о чём. Скажи мне, у тебя деньги хоть есть?
— Немного. За квартиру отложенные и от зарплаты ещё кое-что осталось.
— Значит так, завтра ты себе купишь пуховик, который хотела, а остальное пока не трогай, ещё пригодятся. Можешь пока остаться у меня.
— Да вы что? — замахала руками Дарья. Я так не могу. Я завтра сниму комнату.
— Даже не думай. У меня свободное место есть. Комната сына пустует всё равно. Можешь пока в ней пожить.
Он с экспедицией ещё нескоро приедет. Мы с мужем тебе не помешаем. И ещё тебе надо прийти в себя. С понедельника пойдёшь в отпуск.
— Да какой отпуск, Людмила Павловна, вы чего? — ужаснулась Даша.
— Самый обыкновенный. Хотя да, ты же уже забыла, что это такое. Он у тебя всё равно по графику, так что за бумажки вообще не переживай. А работать есть кому. Отдохнёшь нормально, восстановишься, а потом уже со свежей головой к своим обязанностям приступишь.
Всё равно от тебя толку не будет, пока ты свой уход от мужа остро переживаешь. Не забывай ещё и то, что он тебя так просто тоже не отпустит.
Он же паразит, без кормилицы пойдёт на всё, лишь бы вернуть привычный образ жизни. А мне совсем не нужно, чтобы он тебя у проходной караулил и преследовал, уговаривая вернуться обратно.
— Женщины, когда дело мужчин касается, ведут себя не всегда адекватно.
Ещё слабину дашь, и всё по новой.
— Не дам, — запротестовала Даша. Но вы правы. Денису ума хватит за мной бегать. Тем более ему нечем за квартиру платить, а продукты в холодильнике скоро закончатся.
— Это уже точно не твоя печаль, — мягко улыбнулась Людмила Павловна. Чем больше времени ты проведёшь без него, тем будет проще. И лучше всего смени номер телефона, чтобы он тебе не докучал.
— Могу просто заблокировать.
— Нет, он тебя из других номеров тогда достанет. Или через оператора отследит твоё местоположение. Лучше, если ты просто пропадёшь. На работу, если придёт, я там предупрежу на проходную охрану, скажут, что ты больше не работаешь там. Так что всё, с сегодняшнего дня ты живёшь здесь. И не переживай, никого ты этим не обременяешь.
— Витя, у меня инвалид, он дома всегда, но из своей мастерской почти не выходит.
— Да и человек он хороший, против тебя точно не будет. Наоборот, ему хоть компания.
— Понравится у нас, вообще можешь потом эту комнату снимать, если так неудобно бесплатно жить. Хотя мне точно это не нужно.
— А как же сын?
— Рома? Да не думай о нём вообще. Так-то у него своя квартира есть, но она пустует. Сын всё время в разъездах, когда возвращается, к нам едет, потому что одному скучно, а тут всегда ждут и любят.
Не бойся, выселять он тебя не станет.
У себя спокойно дома поспит, он же человек, всё поймёт.
— Ладно, вздохнула Даша. Но я всё равно постараюсь вопрос с жильём решить в ближайшее время.
— Всё, слышать ничего не хочу. Пей чай, я пока тебе постель приготовлю.
Утром Даша проснулась от волшебного аромата, пробивавшегося из-под двери.
Пахло сдобной выпечкой. В животе предательски заурчала.
— Господи, как неудобно пользоваться чужой добротой! — подумала она. — Даже стыдно сейчас выходить из комнаты и Людмиле Петровне в глаза смотреть. Да и мужу её придется объяснять, кто я и что здесь делаю. Ничего, придётся потерпеть немного. Съеду при первой же возможности.
Сейчас, правда, стоит отдохнуть и привести мысли в порядок.
Продолжение...