Зима в небольшом уральском городке, как это водится, наступила внезапно.
Восьмого ноября.
Ещё вчера Даша, жмурясь от яркого солнца, пробивавшегося сквозь ветви облетевших деревьев, перепрыгивала лужи и радовалась хорошей погоде.
Сегодня же с самого утра небо было затянуто плотной серой пеленой, извергающей на город и всех его обитателей тонны белых хлопьев, а вчерашние лужи превратились в опасные для жизни катки, коварно прятавшиеся под слоем свежего снега.
К вечеру погода совсем испортилась. Сильно похолодало, на стеклах появились причудливые узоры.
Даша с грустью смотрела в окно и думала только о том, как бы поскорее оказаться дома, налить себе горячего чая, завернуться в плед и на время забыть о царящей вокруг суматохе, погрузившись в счастливый выдуманный мир очередного сериала.
Жизнь самой Даши, молодой, симпатичной женщины, на сериал совсем не походила. А даже если и походила, то на какой-то низкобюджетный и самым зауряднейшим сценарием.
В свои 36 Дарья Александровна Полякова похвастать могла разве что красным дипломом, полученным ею когда-то в институте. Благодаря этим корочкам она устроилась в своё время технологом на одной из местных предприятий, где, собственно, и трудилась всю свою сознательную жизнь.
Девять лет назад она познакомилась с Денисом, красивым и талантливым парнем, мечтающим построить музыкальную карьеру.
Сказать, что девушка влюбилась с первого взгляда, значит, не сказать ничего. Роман вспыхнул, как бенгальский огонь.
Денис красиво ухаживал, посвящал возлюбленной баллады, постоянно устраивал романтические сюрпризы.
Дашу ничуть не смущало, что в карманах у паренька всегда было пусто. Она видела в нём неимоверный талант и была готова помогать всем, чем может.
С браком девушка связывала множество надежд и ожиданий, но уже через пару лет совместной жизни Даша поняла, что большей части из них никогда не суждено осуществиться. Денис, которого она любила безумно, оказался совсем не тем принцем, каким предстал в начале их отношений. Парень был крайне амбициозным максималистом, редко с кем мог общаться, ни на повышенных тонах, критику не переносил и часто хлопал дверью, если условия сотрудничества хотя бы частично расходились с его требованиями.
За несколько лет совместной жизни с Дашей у Дениса лишь несколько раз получалось удачно продать свои композиции, полностью отказываясь от дальнейших прав на них. Чаще всего он выступал в каких-то замшелых барах, на панк-концертах, летом располагался возле одного из городских скверов со своей гитарой, а зимой вечно запирался в небольшой комнатке их съёмной квартиры, оборудованной под студию звукозаписи.
Вход туда был воспрещен даже Даша.
Когда Денис работал, отвлекать его было нельзя. Любое случайное слово или стук в дверь могли вывести мужчину из себя. За девять лет Даша усвоила это правило и лишний раз не лезла.
Сама не зная почему, она верила, что однажды её муж все же добьётся своей цели и станет известным музыкантом.
Но время шло, ничего не менялось.
Денис застрял в состоянии вечного творческого кризиса. Всё чаще он запирался в своей комнатке, прихватив с собой пиво. Даша прекрасно знала, что гитара пылится в углу, так же, как и бит-машина, которую она подарила мужу на прошлый Новый год.
Он выпрашивал её как ребенок, всячески намекал, отправлял жене ссылки в интернет-магазинах техники. Та же судьба постигла микрофон, какие-то навороченные колонки, ударную установку и много чего ещё. Со своей зарплатой Даша не всегда могла позволить подобные дорогостоящие покупки. Многие из них были взяты в кредит.
Сам Денис не работал. Он утверждал, что он гений достоин большего, чем рабочая вакансия на заводе, барная стойка или, упаси боже, доставка продуктов.
Как ни странно, Даша была с ним согласна. Она делала всё, чтобы талант любимого мужа не угасал. Продолжала покупать ему музыкальные инструменты, которые он попросит, оплачивала походы на творческие тусовки, не обременяла его оплатой продуктов, коммуналки и прочего.
А ещё Денис очень много ел. Он был здоровым мужчиной в расцвете лет.
Стоит ли говорить, что в долгах женщина была по уши?
Родственники жили далеко, а всех знакомых пришлось отсеить из-за патологической ревности Дениса. Помощи, соответственно, ждать было не откуда. Коллеги качали головами, намекая, что тянуть одной из семью не самое лучшее решение, и это при здоровом-то муже.
Тем более, было смешно, что Даша отказывала себе во всем, редко обновляла гардероб, экономила на косметике, а парфюм и вовсе не помнила, когда использовала в последний раз. Но она привыкла. Подобный образ жизни глубоко врос в её существо, стал не просто привычкой, а чем-то естественным, неотъемлемым.
Про себя Даша называла это настоящей любовью, жертвенностью, состраданием, тем, что наполняло её смысл жизни.
И совершенно не имело значения, что было тяжело, ведь дома её всегда ждал человек, готовый обнять, если плохо, или рассмешить, когда грустно.
Выйдя на улицу, Даша зябко поёжилась и подняла ворот своего тоненького демисезонного пальто. Ого, как подморозила, ужаснулась она, спустившись с крыльца проходной.
Градусов десять, наверное, а снега-то сколько? Неужели всё? Зима? Да уж, в пальто я так околею, ещё как назло толстый шарф сегодня не надела. Ладно, сейчас быстро до остановки добегу, а там в автобусе согреюсь.
Преодолевая неочищенный тротуар, женщина направилась в сторону остановки. На дорогах царило какое-то безумие. Внезапный снегопад, как обычно, парализовал всё движение.
На повороте, мигая аварийками, стояли припёршиеся друг к другу боками автомобили. Народ толпился на крохотном пятачке. Судя по всему, автобуса не было уже давно.
Даша зашла в транспортное приложение, чтобы посмотреть расписание. Согласно ему, автобус должен был подойти через пару минут. Однако ни через десять, ни через пятнадцать минут он так и не пришёл.
Некоторые люди сдавались и вызывали такси. Кто-то терпеливо ждал дальше, а кто-то принимал решение идти пешком.
Даша сильно замёрзла. Ветер проникал под пол её пальто, норовил залезть в рукава и в ворот. Пытаясь хоть как-то согреться, Дарья слегка пританцовывала.
Когда прошло уже больше сорока минут, женщина решила не ждать больше, а пойти пешком.
Это что же такое творится? — гневно подумала она. — Куда смотрят коммунальщики? Одни аварии и задержки. Тут и так всего один автобус ходит, и того не дождаться. Лучше пройдусь пару остановок, хоть согреюсь немного.
Это было ошибкой.
Как только Даша отошла от остановки метров на 200, автобус всё же пришёл. Девушка было побежала обратно, но поскользнулась на скрытой под снегом ледяной лужице и упала.
Она больно ударилась локтём.
Какая-то женщина помогла ей встать, но шанс был упущен. Мигая задними огнями, автобус скрылся в снежной темноте.
Даша даже расплакалась от негодования. Ждать следующего было глупо. Очевидно, что транспорт из-за непогоды ходил с большими задержками, и расписание было бесполезно. Ковыляя по снежной каше, Даша медленно продвигалась в сторону дома.
Такими темпами на больничный придётся идти, — злилась она. — И ведь пуховик, как назло, пришёл в полную негодность. Я уже и так его лет шесть носила. Там и молния полетела, и протёрлась ткань на рукавах.
Не пуховик, а позорище.
Весной же ещё зарекалась новый купить, летом как раз распродажи были, а я проморгала. Вот дура. Нет, надо будет срочно решить этот вопрос.
С деньгами, правда, совсем туго, но иначе я даже до работы не дойду. Сейчас бы до дома вообще добраться. А ведь скоро морозы посильнее ударят. Конечно, можно молнию на старой куртке поменять, но…
Даша, да сколько можно? Не надо экономить на себе. Почему Денису мы каждый год новые вещи покупаем, а у тебя даже не ёкает, что тебе самой не в чем ходить? Он вообще дома сидит, этих курток уже штук десять в шкафу.
Кое-как добравшись до дома, женщина забежала в подъезд и прислонилась к батарее у почтовых ящиков.
Тепло медленно разливалось по её телу. Хотя бы и здесь не было ветра. Даша вызвала лифт и поднялась на свой этаж.
— Я дома! — крикнула она, открывая дверь.
— Наконец-то недовольно проворчал Денис, показываясь в проёме. — Ты время видела, где тебя носит?
— Дениска, я так замёрзла, — стуча зубами прошептала Даша.
Ещё и пришлось пешком добираться. Ты бы видел, что там на улице творится. Транспорт просто встал. Ещё и упала по дороге.
— Господи, ну почему ты вечно какие-то проблемы к себе притягиваешь?
— Ничего я не притягиваю, — нахмурилась женщина. Всякое в жизни случается.
— Если бы осталась ждать автобус, сначала бы замёрзла насмерть, а потом вообще неизвестно, во сколько бы доехала. А так хоть размялась. Правда, боюсь простыть.
Ты можешь чаю сделать?
— Сделай сама, — скорчил недовольное лицо Денис. — У меня там катка, и так уже долго слишком на паузе.
— Какая ещё катка? — возмутилась Дарья. — Денис, ты опять играешь? Мы же договаривались с тобой, что ты хотя бы неделю не будешь отвлекаться на приставку.
— Мне это нужно. Я же тебе объяснял, что так я расслабляюсь, и мозг лучше начинает работать. Между прочим, я сегодня чуть не сочинил классную песню.
— Чуть! — съязвила жена. — И что же помешало дописать её?
— Волновался за тебя. Ты бы хоть позвонила,сказала, что задерживаешься. А то я себе места найти не мог, вот и ушёл в игру.
— А сам ты не додумался позвонить, если так волновался?
— Не хотел тебя отвлекать, Даш, но ты же знаешь, какой я мнительный. Даже обидеться на тебя успел. Ладно, давай я чай сделаю, чтобы ты не злилась, а ты ужин пока приготовишь. А то я так есть хочу.
— В смысле? — нахмурила лоб Даша. — Я не злюсь, просто не понимаю. Ты целый день дома и не мог даже ужин приготовить. Продукты все есть. Тебе что мешало?
— Ты же знаешь, что я не умею готовить, — обиженно посмотрел Денис. — Да и вообще это не мужское дело.
— Слушай, ты оборзел, — внезапно разозлилась по-настоящему женщина. — Я даже уже не могу при всем желании тебе оправдания придумать.
— Что, сложно спагетти отварить или котлет налепить? Я же не прошу тебя какой-то суп варить, лопатку оленью запекать или прочие изыски. Я устала, замёрзла в тонком пальто, а ты меня даже не обнял, когда я пришла. Сразу с претензией встретил, даже чаю не предложил.
— Ты вообще в себе? Готовка и уборка на мне, деньги я в дом тащу, ещё и ходить перед тобой по струночке.
Играет он от нервного перенапряжения, а мне кто нервы восстанавливать будет? Самой мне некогда. Вот давай я тоже сейчас за приставку засяду и посмотрим
— Даш, тебя отчего так понесло? — опешил Денис. — Ну, подумаешь, я немного не рассчитал. Сейчас я всё сделаю. Только спагетти сама свари, ладно? А то у меня так вкусно, как у тебя, всё равно не получится. Обещаю, что с завтрашнего дня я буду ужины нам готовить. По роликам и интернет-рецептам научусь.
— Вечные твои завтра, — тяжело вздохнула женщина. — Ты бы лучше подумал о работе. Здоровый лоб, а на моей шее сидишь. Я не железная, представляешь?
— Полно вариантов, даже к нам на предприятие можно разнорабочим устроиться, всему научат.
— Куда? На завод? — скорчил недовольную гримасу муж. — Даша, я не могу на завод, это же обывательство, творческому человеку туда нельзя.
— Обывательство, говоришь?
То есть, по-твоему, это нормально, что у такого творческого и разностороннего человека, как ты, жена — самая обычная клуша. То есть мне, значит, можно и нужно за двоих вкалывать, а ты пока тут в тепле и комфорте расслабляться будешь.
Хорошо, тогда давай не на завод, ещё полно вариантов.
— Денис, я не прошу тебя на полный день выходить, хотя бы вариант подработки давай рассмотрим. Ты просто не хочешь.
Ладно, идём на кухню, а то я сейчас упаду, мне срочно надо согреться.
К вечеру супруги уже забыли о конфликте. Даша согрелась, поела и пришла в себя сразу, как прижалась к мужу, лёжа на диване.
— Слушай, Денис, — вдруг сказала она, — я на завтра дополнительную смену не взяла, суббота всё же. Я так устала уже с одним выходным в неделю работать. Да, понимаю, нам деньги нужны, но если я и дальше так буду без продыха, то просто загнусь.
— И ещё мне надо будет завтра съездить в город. Там в центре есть магазинчик хороший, у них пуховики со скидками. Я сегодня до самых костей промерзла. В пальто точно не вариант ходить. Тем более на следующей неделе мороз обещают. Придётся немножко пояса затянуть. Денег совсем нет, но без теплой одежды я даже до работы не доеду. Так что это необходимость, а не прихоть.
— В смысле, пояса затянуть? — приподнялся на локте Денис.
— Ну, немного на продуктах сэкономить. Ещё предлагаю, пока не оплачивать часть твоих подписок. Без сериалов и музыки мы вполне месяц обойдёмся, но и пива можешь поменьше пить.
— Я уже посчитала, должно хватить на всё впритык, но всё лишнее надо убрать.
— Что значит от подписок отказаться? Ты что, думаешь, я тут целыми днями сериальчики смотрю? Между прочим, самая дорогая подписка, а без неё я не смогу.
— Это в твоей звуковой программе которая? Именно. Даша, я без неё как без рук. Там и все плагины приличные, и инструментал.
— Ты меня не слышишь, что ли?Исподлобья посмотрела на мужа Дарья.
— Я же говорю, на время. Подумаешь, месяц без этого посидишь. Можно подумать, ты так активно и пользуешься, что это будет критично. Музыку ведь без всяких программ можно писать. Пока делай черновики, а потом оплатим и своди, как тебе нужно.
— Ты вообще не понимаешь, да? разозлился Денис. Это не так делается. Ещё и на идея экономить. Да я тут загибаюсь в четырёх стенах, а ты мне предлагаешь ещё и бюджет урезать.
— На кой чёрт тебе этот пуховик? Прошлогодний. Чем плох?
— Во-первых, он уже далеко не прошлогодний, — терпеливо начала объяснять Даша, хоть внутри у неё уже всё закипало.
— Ему шесть лет будет.