Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
У Клио под юбкой

Хитрый лис с Юга: как нормандский бандит украл Италию

Если история чему-то и учит, так это тому, что голод — лучший карьерный консультант. Возьмем Нормандию XI века. Места живописные, климат бодрящий, но есть одна демографическая проблема: рыцари там размножались быстрее, чем освобождались земельные наделы. Танкред Отвиль, мелкий барон с замком, который больше напоминал укрепленный сарай в районе Кутанса, оказался в классической ловушке: две жены, двенадцать сыновей и всего один клочок земли. Танкред был мужчиной невероятно плодовитым, но бедным. Наш герой, Роберт, был шестым в очереди к кормушке. Когда он достиг возраста, в котором уже можно держать меч и не отрезать себе уши (примерно в 1046 году), семейный совет постановил: «Парень, ловить тебе тут нечего. Иди и найди себе королевство сам». И Роберт де Отвиль собрал вещи. Это был не благородный крестоносец и не изгнанный принц. Это был высокий, голубоглазый блондин с пустыми карманами, зверским аппетитом и амбициями размером с Римскую империю. Он направился на юг Италии — в настоящий
Оглавление

Если история чему-то и учит, так это тому, что голод — лучший карьерный консультант. Возьмем Нормандию XI века. Места живописные, климат бодрящий, но есть одна демографическая проблема: рыцари там размножались быстрее, чем освобождались земельные наделы. Танкред Отвиль, мелкий барон с замком, который больше напоминал укрепленный сарай в районе Кутанса, оказался в классической ловушке: две жены, двенадцать сыновей и всего один клочок земли.

Танкред был мужчиной невероятно плодовитым, но бедным. Наш герой, Роберт, был шестым в очереди к кормушке. Когда он достиг возраста, в котором уже можно держать меч и не отрезать себе уши (примерно в 1046 году), семейный совет постановил: «Парень, ловить тебе тут нечего. Иди и найди себе королевство сам».

И Роберт де Отвиль собрал вещи. Это был не благородный крестоносец и не изгнанный принц. Это был высокий, голубоглазый блондин с пустыми карманами, зверским аппетитом и амбициями размером с Римскую империю. Он направился на юг Италии — в настоящий рай для наемников, где византийцы, лангобарды и арабы весело резали друг друга уже полвека, открывая вакансии для любого, у кого хватит наглости вступить в игру.

Искусство выживания: от гопника до герцога

Прибыв на место, Роберт обнаружил, что его старшие братья уже неплохо устроились. Но, как в любой «дружной» семье, делиться никто не спешил. Дрого, руливший тогда в Апулии, посмотрел на младшенького и отправил его в Калабрию со словами: «Иди туда, там весело».

«Весело» означало выживать в малярийных болотах Скриблы с горсткой головорезов. Позже он перебрался на скалу Сан-Марко-Арджентано. Здесь началась его настоящая карьера. Не как полководца, а как элитного бандита.

Хроники того времени, даже самые комплиментарные (вроде писаний Гоффредо Малатерры), не могут скрыть простой факт: Роберт занимался рэкетом. Он воровал коров, грабил монастыри и похищал местных феодалов ради выкупа. Есть шикарная история о том, как он пригласил к себе Пьетро из Бизиньяно (который, на минуточку, был его благодетелем), обнял его, а потом — бац! — и взял в заложники. Именно за такие фокусы, сочетавшие наглость с дьявольской изобретательностью, он получил прозвище Гвискар. На старофранцузском Guischart значило «Хитрец» или, если угодно, «Лиса».

В мире, где проблемы решали ударом топора в лоб, Роберт предпочитал бить в спину или использовать мозги. Зачем рисковать шкурой, если можно обмануть?

Кошмар Папы Римского: битва при Чивитате

Бурная деятельность «Братьев Отвиль Лимитед» начала нервировать соседей. Самым нервным оказался Папа Лев IX. Глядя на юг, он видел не защитников веры, а банду отморозков, подбирающихся к границам Папской области. Понтифик решил устроить крестовый поход локального значения.

Лев IX собрал мощную коалицию. Византийцы (которые ненавидели норманнов), лангобарды (которые их боялись) и, главное, швабские наемники. Эти немцы были машинами для убийства — огромные, свирепые, с двуручными мечами, разрубавшими всадника вместе с конем.

В июне 1053 года папская армия двинулась в Апулию. Норманны, поняв, что пахнет жареным, впервые забыли внутренние распри. Роберт, его брат Онфруа и Ричард из Аверсы объединили силы у Чивитате.

Битва превратилась в мясорубку. Пока правый фланг норманнов гонял по полю итальянцев (которые, по традиции, разбежались первыми), в центре швабы стояли насмерть. Они рубились как демоны. Ситуацию спас Роберт, командовавший левым флангом (или резервом). Он влетел в бой с такой яростью, что даже враги зааплодировали бы, если бы не были заняты умиранием.

Итог: швабы перебиты, Папа пленен. И тут проявился политический гений Гвискара. Вместо того чтобы заковать Льва IX в цепи, норманны упали перед ним на колени, целуя туфлю и прося прощения... при этом не отпуская его домой девять месяцев. В итоге Папа признал все их завоевания. Лев IX вернулся в Рим и вскоре умер от унижения, а Роберт стал легитимным правителем.

Сишельгаита: валькирия из Салерно

Если Роберт был лисом, то его вторая жена, Сишельгаита, была львицей. Лангобардская принцесса из Салерно, дочь князя Гвемара IV, она не имела ничего общего с образом томной девы в беде. Это была женщина-танк.

Анна Комнина, византийская принцесса-историк, которая вообще-то считала всех западных людей варварами, описывала Сишельгаиту с благоговейным ужасом. «Вторая Афина», — писала она. Сишельгаита ходила в походы с мужем, носила доспехи и орала на солдат командным голосом.

Женитьба на ней в 1058 году стала для Роберта джекпотом. Он получил легитимность (породнился со старой знатью) и боевого товарища. Ради нее он без колебаний развелся с первой женой Альберадой, вспомнив вдруг, что они, оказывается, дальние родственники (очень удобный предлог в Средние века).

Операция «Сицилия»: пауки и летающий хлеб

Захватив юг полуострова, Роберт и его младший брат Роджер (будущий граф Сицилии) посмотрели через пролив. Там лежала Сицилия — богатая, солнечная и занятая арабами. Грех было не взять.

Вторжение началось в 1061 году. Это была долгая и грязная война. Норманнов было мало, сарацин — много. Но братья использовали тактику «разделяй и властвуй», стравливая местных эмиров.

Под Палермо в 1072 году Роберт применил психологическое оружие. Он приказал катапультами забрасывать в осажденный город свежий хлеб. Голодные защитники выбегали за буханками, и тут их ловили. Так Роберт вычислял дальность стрельбы лучников и заодно ломал боевой дух врага. «Смотрите, у нас столько еды, что мы ей кидаемся!»

Был и курьезный случай. Хроники (Малатерра врать не будет, наверное) утверждают, что в 1064 году лагерь норманнов под Палермо атаковали... тарантулы. Полчища пауков покусали солдат, и армии пришлось отступить. Некоторые историки видят в этом корни знаменитого апулийского тарантизма (танца тарантеллы), но для Роберта это был просто позорный фейл.

Тем не менее, Палермо пал. Потом пал Бари (1071), последний оплот Византии. Роберт стал хозяином Юга.

Замах на Константинополь

Что делает человек, у которого есть все? Он хочет стать императором. Роберту было уже за шестьдесят — возраст, когда средневековые люди обычно пишут завещание и греют кости у камина. Гвискар же решил завоевать Византию.

Предлог нашли быстро: дочь Роберта была помолвлена с сыном византийского императора Михаила VII. Когда Михаила свергли (в Византии это был национальный вид спорта), Роберт заявил, что его честь задета, и собрал флот.

В 1081 году норманны высадились в Албании. Цель — Диррахий (Дуррес), ключ к Балканам. Против них выступил новый император Алексей I Комнин, умный и хитрый полководец.

Битва при Диррахии стала эпическим столкновением цивилизаций. Против рыцарей Роберта вышла, помимо прочих, Варяжская гвардия — элитный спецназ императора, состоявший из англосаксов и викингов. Ирония судьбы: многие из этих англосаксов бежали из Англии после битвы при Гастингсе (1066), спасаясь от Вильгельма Завоевателя (тоже норманна!). Теперь они с удовольствием рубили других норманнов на Балканах своими огромными топорами.

Варяги смяли правый фланг Роберта. Норманны побежали. Казалось, это конец. И тут на сцену вышла Сишельгаита. По легенде, она сбросила шлем (или разорвала на себе одежду), схватила копье и погнала своих солдат обратно в бой такими отборными проклятиями, что им стало страшнее бежать от неё, чем на врага. Роберт ударил тяжелой кавалерией в центр, и византийская армия рассыпалась.

Дорога на Константинополь была открыта. Византия дрожала. Роберт был в шаге от трона василевса.

Смерть от воды и эпитафия ужасу

Но историю пишут микробы. В 1085 году, готовясь к захвату Кефалонии (плацдарм для броска на Грецию), Роберт слег. То ли тиф, то ли малярия, то ли просто возраст и износ организма.

«Ужас мира», человек, который ставил на колени Пап и Императоров, умер 17 июля 1085 года в душной палатке, сгорая от лихорадки. Он создал государство из ничего, на чистой харизме, жестокости и интеллекте.

Он не был святым. Он был хищником. Но он понял главное: старый мир рушится, и побеждает тот, кто быстрее адаптируется. На его (ныне утерянной) гробнице в Венозе была выбита эпитафия: «Здесь лежит Гвискар, ужас мира». И это тот редкий случай, когда надпись на могиле не врала.

Понравилось - поставь лайк и напиши комментарий! Это поможет продвижению статьи!

Также просим вас подписаться на другие наши каналы:

Майндхакер - психология для жизни: как противостоять манипуляциям, строить здоровые отношения и лучше понимать свои эмоции.

Вкус веков и дней - от древних рецептов до современных хитов. Мы не только расскажем, что ели великие завоеватели или пассажиры «Титаника», но и дадим подробные рецепты этих блюд, чтобы вы смогли приготовить их на своей кухне.

Поддержать автора и посодействовать покупке нового компьютера