Дворец императора Византии поразил прибывших своею чуждой роскошью. Вроде и красиво, величественно, а все одно - чужое, отталкивающее. Высокие своды вызывали головокружение и смотреть на расписные потолки не возникало никакого желания. Мебель резная и окна с разноцветными витражами не скрашивались привычной для глаза вышивкой с цветочным орнаментом. Каменный пол, ничем не прикрытый, разносил эхо шагов по всему дворцу. Мышь не проскочит незамеченной...
Правда дети смотрели на все раскрыв рты, позабыв на время про то, что их изгнали из родного дома, с земли предков и сюда они прибыли в качестве ссыльных, уповающих лишь на милость приютившего их хозяина местных земель.
Ярине было не до любования окружающими видами. Ее волновало, что будет дальше. Дворцовый слуга, шедший впереди гостей и указывавший им дорогу, остановился у больших дверей, поднял руку вверх, призывая всех остановиться. У дверей стояли два стражника с неподвижными, словно маски лицами. Они пропустили внутрь прислужника, а перед остальными пришедшими скрестили мечи преграждая путь, хоть никто и не порывался войти без дозволения. Очень скоро двери распахнулись настежь и все тот же слуга громко объявил:
- Император Мануил ожидает почетных гостей!
Слуга склонился, одновременно делая приглашающий войти жест. Все это выглядело настолько смешно, что Михаил и Всеволод, переглянувшись, захихикали. Ярина строго взглянула на сыновей. Ее нервы были натянуты, как струна, готовая вот-вот лопнуть. Она сделала первый шаг, переступила порог, отделявший ее от конечной цели их пути и оказалась в огромном зале. У противоположной стены расположилась группа людей в богатых одеждах. Все, за исключением одного, сидевшего на высоком троне, стояли. Ярина поняла, что сидящий и есть император Мануил, а те кто остался стоять - его свита. К трону императора простиралась красная ковровая дорожка, словно дорога, ведущая к последней цели.
Ярина медленно двинулась вперед. Человек на троне встал и шагнул ей на встречу. Приблизившись на расстояние менее десяти шагов, император приветственно раскинул руки и широко улыбнулся, обнажив удивительно белые зубы. Он заговорил и Ярина тут же услышала бубнеж толмача возле своего уха:
-Княгиня Елена! Я рад приветствовать вас в благословенном Константинополе на священной земле Византии!
Ярина хотела было поклониться ему, по обычаю, но Мануил уже был рядом, приобнял ее за плечи и ткнулся в щеку колючей бородой, неимоверно смутив не привыкшую к подобным вольностям женщину.
Потом он отступил на несколько шагов и из-за его спины вышла женщина на губах которой была улыбка, а в глазах стояли слезы.
-Ярина! Вот ты и здесь! - сказала она по-русски и Ярина, с трудом, узнала в женщине Марию.
Это была уже не та почти девочка, которую Ярина когда-то давно провожала в дальний путь, а статная женщина, в дорогих одеждах. В ней чувствовалась уверенность, какая бывает только у человека знающего свое место в жизни и имеющего твердую опору под ногами.
- Мария! - воскликнула Ярина и женщины душевно обнялись.
- По законам гостеприимства, дорогим гостям надобно отдохнуть с дороги! - сказал император, - О делах поговорим потом. Поручаю заботу о вас севастократиссе Марии!
-Все уже готово, василевс! - ответила Мария и, взяв Ярину под локоть, повела ее обратно в коридор.
За ними потянулись и остальные.
Быстро и уверенно давала Мария указания слугам, которые были не понятны Ярине, и скоро все прибывшие были распределены по выделенным для них покоям, располагавшимся в дальнем крыле дворца. Отсюда можно было выйти в небольшой сад, обнесенный каменной стеной. Ярине достались покои на втором этаже, откуда отковывался вид на море.
Михаил и Василько испуганно прижались к матери, когда одна из служанок попыталась увести их в соседние к Ярининым покои. Заметив это, Мария присела на корточки перед ними.
- Я - ваша старшая сестра! Обещаю, что здесь вас никто не обидит! - проговорила она ласково, рассматривая мальчиков, - Ты похож на отца...- сказала она Всеволоду.
- А ты знала батюшку? - удивился мальчик.
- Конечно знала! Князь Юрий и мне отцом был!
- Ступайте, я рядом! - сказала Ярина.
Ей не хотелось отпускать детей от себя, но надо было поговорить с Марией с глазу на глаз, да и показывать свой страх и недоверие было нельзя, вдруг сочтут за высокомерие?
Едва женщины остались одни, как Ярина, взяв Марию за руки с жаром спросила:
- Скажи, нам правда нечего бояться?
- Правда, Ярина, не волнуйся! - заверила ее падчерица.
- Что ждет нас здесь?
- Я не могу сказать точно, но император Мануил всегда хорошо принимает изгнанников с чужих земель. Таковы его убеждения. Он очень щедр!
- Значит мы не единственные такие?
- О нет! На этой земле многие нашли себе приют и кров.
Ярина немного успокоилась.
- Расскажи мне теперь, как там, на родной земле? - попросила Мария.
Ей хорошо жилось в Византии. Муж ее, племенник императора Мануила Андроник, хоть и был одним из претендентов на трон, однако шансов занять его имел мало. Может быть потому, отношения с дядей имел самые добрые, к тому же обладал недюжинным умом, который император ценил, и был весьма сведущ в делах политических. Женитьбу на дочери русского князя Юрия Андроник принял с покорностью, достойной его положения. К счастью, молодые люди пришлись друг другу по нраву и жизнь семейная у них заладилась. Правда детишек Господь им не дал, но от Марии, которую брали лишь за тем, чтобы союз с князем Юрием заключить, никто наследников и не требовал. Своим покладистым нравом, русская княжна, скоро расположила к себе всех членов императорской семьи, а то что детей у нее не было, делало ее безопасной в глазах тех, кто претендовал на власть в случае смерти Мануила. Дворцовые интриги, неизбежные при любой власти, обходили ее стороной. Сама она в дела государственные старалась не вникать. Мария занималась благотворительностью, брала на себя заботу об осиротевших детках и этими добрыми делами, снискала себе и народную любовь.
Говорили долго. Вместе поплакали по Юрию, вспомнили далекие годы в Суздали, когда отчаянная борьба за Киевский стол, еще не разрушила их жизни, не развела по разным концам света.
Обеденную трапезу подали им прямо в покои. Ярина пожелала посмотреть, как устроились дети. Младшие, казалось уже и забыли свои утренние страхи, носились по покоям, как жеребчики, норовя что-нибудь разбить.
Ефросинье и ее сыновьям выделены были комнаты поменьше, и свое неудовольствие она не преминула высказать, почему-то Ярине, словно это было ее решение.
- А ты так и не изменилась! - засмеялась Мария, выслушав гневную тираду невестки, - Здесь, душа моя, царят строгие правила. Император прекрасно знает кто есть кто, кто выше по статусу, и дать равнозначные покои тебе и Ярине, означало бы оскорбить ее. А Мануил на это никогда не пойдет, порядки тут строгие!
Ефросинья предпочла проглотить обидное напоминание о собственном положении молча.
После трапезы Мария повела женщин в баню. Впрочем, в понимании Ярины и Ефросиньи, помещение с каменными полами и стенами, на баню походило мало. Но смыть с себя дорожную грязь, сидя на теплом камне, от которого поднимался пар, было невероятно приятно. А уж какие масла ароматные втирали в их разгоряченные тела служанки! Выходили из бани на ватных ногах, мечтая лишь об одном - спать.
Первый день на новом месте прошел. Неожиданно для себя Ярина уснула крепким, спокойным сном.
Дорогие подписчики! Если вам нравится канал, расскажите о нем друзьям и знакомым! Это поможет каналу развиваться и держаться на плаву! Подписывайтесь на мой Телеграмм канал, что бы быть не пропустить новые публикации.
Поддержать автора (если есть желание) можно переводом на карту:
Сбербанк: 2202 2067 5653 0312