Дмитрий листал ленту соцсетей третий час подряд, и с каждой новой фотографией что-то внутри сжималось сильнее.
Корпоратив жены прошёл странно. Её коллеги заполонили соцсети снимками: застолье, танцы, конкурсы, смех до слёз. На столах — бутылки шампанского, закуски, торт с логотипом компании. Десятки фотографий.
Ирины не было ни на одной.
Он пролистал всё заново. Медленно, внимательно. Вот Марина с бокалом. Вот Светлана обнимает Катю. Вот общий снимок отдела — двадцать человек, все в кадре. Все, кроме его жены.
А ведь она вернулась домой в два часа ночи, сняла туфли в прихожей и упала на диван с тяжёлым выдохом:
— Уф, как же я устала. Больше никогда на эти корпоративы.
— Не весело было? — спросил Дмитрий тогда, не отрываясь от телефона.
— Да так себе. Начальник речи толкал, потом все танцевали под попсу девяностых. Я рано ушла. Скукота.
Она говорила это равнодушно, почти раздражённо. Как человек, который действительно провёл вечер в скучной компании и хочет поскорее забыть об этом.
Но теперь, глядя на эти фотографии, Дмитрий понимал: что-то здесь не сходилось.
Если она была на корпоративе — почему ни одного снимка? Даже случайного, на заднем фоне?
Он увеличил несколько групповых фото. Всматривался в лица. Искал её силуэт, профиль, хотя бы руку в кадре.
Ничего.
Будто её там вообще не было.
Утром за завтраком Дмитрий наблюдал за женой. Ирина сидела напротив, рассеянно помешивая кофе, и что-то читала в телефоне. Губы её чуть изогнулись в улыбке — мимолётной, почти незаметной, но Дмитрий заметил.
— Ир, а фотки с корпоратива будут? — спросил он как бы невзначай.
Она подняла глаза.
— А? Какие фотки?
— Ну, обычно же выкладывают в общий чат. Или в соцсети.
— Да не знаю, — пожала плечами Ирина. — Наверное, будут. Я не следила.
Она ответила слишком быстро и небрежно.
— Просто посмотрел ленту — твои коллеги столько всего выложили, — продолжил Дмитрий, не отводя взгляда. — А тебя нигде нет.
Пауза затянулась на долю секунды дольше, чем следовало.
— Наверное, я не попала в кадр, — Ирина отпила кофе. — Я же ушла раньше всех. Сказала же — мне было скучно.
— В два ночи? А все фото были выложены к полуночи. Причём все твои коллеги в кадре. Кроме тебя.
Пауза затянулась.
— Я... я отошла в туалет, наверное. Или вышла на воздух. Душно было.
Она встала, убрала чашку в раковину и быстро вышла из кухни. Слишком быстро.
Дмитрий не из тех, кто устраивает сцены на ровном месте. Тридцать пять лет жизни научили его одному: прежде чем обвинять — нужны доказательства. А доказательств у него не было. Только смутное ощущение фальши и эти проклятые фотографии, на которых не было жены.
Он подождал до вечера. Когда Ирина уехала на фитнес, взял её старый планшет, который она давно не использовала, но на котором были синхронизированы все её приложения.
Мессенджеры. Несколько рабочих чатов. Чат с подругами «Девичник».
Дмитрий открыл его.
Марина: «Девочки, фотки выкладывать будем? Только без Иры»
Светлана: «Да-да, помним»
Марина: «Главное, чтоб Дима ни о чём не догадался»
Дмитрий похолодел.
Он прокрутил чат выше. День корпоратива.
Ирина: «Девочки, если что — я была с вами весь вечер, ок?»
Марина: «Ир, опять? Мне как-то неловко...»
Ирина: «Мариш, ну пожалуйста! Последний раз, клянусь»
Светлана: «Ладно, прикроем. Но ты хоть понимаешь, на что идёшь?»
Ирина: «Понимаю. Спасибо вам, родные»
Дмитрий закрыл общий чат, открыл личную переписку Ирины с Мариной.
Пролистал и замер.
Фотография. Камин. Два бокала с вином. Ирина в том самом платье, в котором уходила на корпоратив, обнимает за плечи мужчину лет сорока. Он улыбается. Она — тоже. Они выглядят счастливыми.
Подпись от Ирины: «Мариш, посмотри! Лучший новогодний вечер в моей жизни»
Марина: «Ир, ты светишься! Главное, береги себя. И помни — если что-то пойдёт не так, я ничего не знаю»
Ирина: «Я понимаю. Ты лучшая»
Дмитрий медленно опустил планшет на стол. Руки не дрожали. Внутри не было бури. Только ледяное спокойствие и абсолютная ясность.
***
Он прокрутил чат дальше. Читал методично. Слово за словом. Ни одной детали мимо.
Сообщений было много. За последние три месяца Ирина делилась с подругами подробностями своего романа. Встречи в обеденный перерыв. Поездки якобы на фитнес. «Девичники», которых никогда не было.
Ирина: «Сегодня снова встречаемся. Дима думает, что я у тебя, Мариш»
Марина: «Ир, мне правда неловко. Если он узнает, что я прикрываю тебя...»
Ирина: «Не узнает. У меня всё под контролем»
Светлана: «А кто он вообще? Ты так и не рассказала толком»
Ирина: «Андрей. Работает в соседнем отделе. Мы случайно разговорились на совещании месяца три назад. Он... он дарит мне цветы просто так, среди недели. Пишет комплименты. Вчера притащил кофе с собой, потому что помнит, как я люблю капучино. С ним я чувствую себя королевой»
Катя: «А как же Дмитрий?»
Ирина: «Дима хороший. Но когда он последний раз мне цветы дарил? На восьмое марта, и то дежурный букет из супермаркета. Мы с ним как брат с сестрой уже. Рутина, быт, никаких эмоций. А Андрей... он смотрит на меня так, будто я самая красивая. Открывает передо мной двери. Целует руку. Понимаешь? Как будто мне снова двадцать»
Марина: «Ты собираешься разводиться?»
Ирина: «Не знаю пока. Может быть. Но сначала хочу понять, что это вообще такое между нами. Я просто... я так давно не чувствовала себя женщиной».
Дмитрий откинулся на спинку стула. Читал дальше.
Ирина: «Девочки, скоро корпоратив. Андрей предложил сбежать оттуда вместе. Снял домик за городом»
Светлана: «Ого! Романтика!»
Ирина: «Я волнуюсь. Дима спросит, где я была»
Катя: «Скажи, что была с нами. Мы подтвердим»
Ирина: «Вы лучшие. Не знаю, что бы я без вас делала»
Марина: «Только аккуратнее, Ир. Если Дима узнает — будет больно. Он же тебя любит»
Ирина: «Я знаю. Мне тоже его жаль. Но я не могу иначе. Это сильнее меня»
Дмитрий закрыл планшет. Сделал глубокий вдох. Потом ещё один.
Достал свой телефон, сделал несколько скриншотов — переписка, фото с Андреем. На всякий случай.
Семь лет брака. Семь лет он жил с этой женщиной под одной крышей — в квартире, которую купил за год до их знакомства.
Ирина тогда сама добивалась его внимания. Писала первой, приглашала на свидания, признавалась в чувствах. Он был удивлён и польщён. Женился, не раздумывая.
Теперь понимал: возможно, она влюбилась не в него. А может, врала с самого начала. Три месяца — точно. Использовала подруг как прикрытие.
Она не мучилась. Не терзалась чувством вины. Она была счастлива.
Он встал, подошёл к окну. На улице догорал зимний вечер. Редкие прохожие спешили по заснеженным тротуарам. Где-то там, в этом городе, его жена потела на беговой дорожке. Или нет. Может быть, она снова с ним. С этим Андреем.
Дмитрий открыл галерею в телефоне. Их совместные фотографии. Свадьба. Поездка в Турцию два года назад. Прошлый Новый год — они обнимаются под ёлкой, смеются.
Когда она успела разлюбить?
Или не любила никогда?
***
Ирина вернулась через два часа. Щёки горят, в спортивной форме, с сумкой через плечо. Улыбалась. Чересчур хорошее настроение для вечерней тренировки.
— Привет! — бросила она, проходя в прихожую. — Ужинал уже?
— Нет, — ответил Дмитрий ровным голосом. — Тебя ждал.
— Ой, не надо было. Я бы перекусила чем-нибудь. Ты же голодный.
Она прошла на кухню, достала из холодильника контейнер с салатом. Дмитрий стоял в дверном проёме, наблюдая за ней.
— Как тренировка? — спросил он.
— Убийственная, — Ирина открыла контейнер, взяла вилку. — Новый тренер — зверь просто. Думала, не доживу до конца.
Она солгала так естественно, что Дмитрий почти поверил. Почти.
— Ир, где твои фото с корпоратива?
Ирина на мгновение замерла, потом продолжила жевать.
— А, фотографии. Так их и не выкладывали особо. Неудачные все.
— Марина выложила. Светлана тоже.
— Ну и что с того? — Ирина повернулась к нему, чуть насторожившись. — Дим, ты чего? Какой-то странный сегодня.
— Просто хочу понять, — он сделал шаг в кухню. — Почему на всех фотографиях есть все, кроме тебя.
Ирина медленно опустила вилку.
— Я же сказала — ушла раньше.
— В два часа ночи?
— Ну да.
— А где ты была до двух?
— На корпоративе, Дима. О господи, что за допрос?
— Тогда почему Марина пишет в чат, что придется выкладывать фото без тебя? — Дмитрий произнёс это спокойно, почти буднично.
Лицо Ирины побледнело.
— Что? — голос дрогнул. — Ты... ты читал мою переписку с девочками?
— Твой планшет. Он синхронизирован.
— Ты не имел права! — она вскочила, глаза вспыхнули. — Это моё личное пространство!
— Личное пространство? — Дмитрий усмехнулся, и в этом смехе не было ничего весёлого. — Ты встречаешься с другим мужчиной три месяца, врёшь мне каждый день, используешь подруг как алиби — и говоришь о личном пространстве?
Ирина стояла, прижавшись спиной к столешнице. Дышала часто, порывисто.
— Я... Дима, это не то, что ты думаешь...
— Что не то?
Он достал телефон, открыл скриншот фотографии из чата.
— Вот это не то? Ты с ним в загородном доме, пока я думал, что ты на корпоративе с коллегами?
Ирина посмотрела на экран. Закрыла глаза.
— Я хотела тебе сказать, — тихо сказала она. — Много раз хотела.
— Но не сказала. Потому что было удобнее врать.
— Нет! Я просто... я не знала, как. Ты не поймёшь.
— Попробуй объяснить, — Дмитрий скрестил руки на груди. — Мне очень интересно.
Ирина провела рукой по лицу. Села на стул. Молчала долго. Потом заговорила — тихо, почти виноватым тоном:
— Мне было плохо, Дим. Последний год я чувствовала себя... никем. Ты на работе пропадаешь, я на своей. Мы как родственники, а не муж и жена. Разговариваем только о бытовых вещах. Когда последний раз ты смотрел на меня так, будто я тебе интересна? Когда ты последний раз принёс мне завтрак в постель?
— Я никогда этого не делал?
— Вот именно.
— И это оправдывает измену?
— Нет! — она подняла голову. — Ничто не оправдывает. Я знаю. Но с Андреем... я снова почувствовала себя любимой. Он слушает меня, интересуется, делает комплименты. С ним я не домохозяйка, которая стирает и готовит. Я женщина.
Дмитрий слушал и чувствовал, как внутри наливается холодная ярость. Не горячая, не взрывная. Холодная и колючая.
— Значит, я виноват, — медленно произнёс он. — Я довёл тебя до измены своим невниманием.
— Я не это имела в виду...
— Имела, — он перебил её жёстко. — Ты сейчас пытаешься переложить ответственность на меня. Мол, если бы я был лучшим мужем, ты бы не пошла к другому.
— Дим, прошу...
— Знаешь, что самое обидное? — продолжил Дмитрий. — Ты бегала за мной, признавалась в любви и вышла замуж, зная мой характер. И он у меня не изменился. А ты? Ты даже не попыталась поговорить со мной. Не сказала, что тебе плохо, что чего-то не хватает. Ты просто нашла замену и продолжила жить, как ни в чём не бывало.
Ирина молчала, опустив голову.
— Сколько раз ты смотрела мне в глаза и врала? Десять? Двадцать? Пятьдесят? — голос его оставался ровным. — Ты целовала меня после встреч с ним? Обнимала меня, а сама думала о нём?
— Дмитрий, остановись...
— Нет, не остановлюсь, — он подошёл ближе. — Ты заслужила услышать это. Ты предала меня. Предала наш брак. Предала всё, что мы строили семь лет.
Ирина всхлипнула. По её щекам потекли слёзы.
— Прости меня, — прошептала она. — Я всё испортила. Но я могу всё исправить. Я порву с ним. Прямо сейчас. При тебе.
Она схватила телефон, но Дмитрий перехватил её руку.
— Не надо, — сказал он тихо. — Уже поздно.
— Дим, пожалуйста! Дай мне шанс! — она вцепилась в его руку. — Я люблю тебя. Я всё осознала. Это была ошибка, я была глупой. Он ничего для меня не значит!
— Ещё недавно он значил достаточно, чтобы ты сбежала к нему с корпоратива.
— Это было в последний раз! Я поняла, что совершаю ошибку!
Дмитрий высвободил руку, отступил на шаг.
— Ты поняла это только сейчас, когда тебя поймали. А если бы я не узнал — продолжала бы дальше?
Ирина не ответила. Ответ был написан на её лице.
— Вот именно, — кивнул Дмитрий. — Собери вещи. Сегодня ты ночуешь у родителей. Или у подруг. Или у него. Мне всё равно.
— Что? Нет! Дим, я тоже здесь живу! Ты не можешь меня просто выгнать!
— Могу, — он повернулся к выходу. — Это моя квартира, если ты забыла. Будем разводиться.
— Дмитрий! — она вскочила, бросилась за ним. — Не делай этого! Я исправлюсь! Мы можем всё наладить!
Он остановился в дверях спальни, не оборачиваясь.
— Ты знаешь, что самое страшное? — произнёс он устало. — Я сейчас смотрю на тебя и не узнаю. Семь лет я думал, что знаю тебя. А ты оказалась совершенно другим человеком. Тем, кто способен врать месяцами, не моргнув глазом.
— Я та же! Просто... просто я ошиблась!
— Три месяца — это не ошибка, Ира. Это твоё решение. Твой выбор.
Он зашёл в спальню, достал из шкафа спортивную сумку, начал складывать её вещи.
Ирина стояла на пороге, рыдая в голос.
— Куда я пойду? — всхлипывала она.
— Позвони Марине. Она тебя прикрывала столько раз — пусть теперь приютит.
— Дима, не будь жестоким...
Он обернулся, и взгляд его был таким холодным, что она отшатнулась.
— Жестоким? Ты мне про жестокость рассказываешь? Ты три месяца ходила налево, лгала, смеялась над моей доверчивостью — и я жестокий?
— Я не смеялась...
— Смеялась, — он бросил в сумку последнюю кофту, застегнул молнию. — Вот, держи. Остальное заберёшь потом.
Ирина приняла сумку дрожащими руками.
— Всё кончено? — прошептала она.
— Ещё тогда, когда ты впервые пошла к нему, — ответил Дмитрий. — Просто я узнал об этом только сегодня.
Когда за Ириной закрылась дверь, Дмитрий опустился на диван и закрыл лицо руками. Тишина давила на уши.
Он позволил себе пять минут слабости. Сидел, сжимая голову ладонями, ощущая, как внутри всё болит — тупой, ноющей болью.
Потом встал, умылся холодной водой, посмотрел на себя в зеркало. Красные глаза. Бледное лицо. Сжатая челюсть.
Он открыл приложение авиакомпании.
Москва — Сочи. Завтра утром. Последний билет в бизнес-классе — втридорога, но плевать. Нажал «купить».
Утром Дмитрий проснулся от звонка. Ирина. Десятый звонок за ночь. Он сбросил, поставил телефон на беззвучный режим.
Собрал небольшую сумку. Одежда, документы, зарядки. В аэропорт выехал в восемь.
В самолёте сидел у окна, смотрел на облака и думал: когда всё пошло не так? Был ли момент, когда он мог это предотвратить? Или Ирина уже давно приняла решение, а он просто не замечал?
Вопросы без ответов.
В Сочи было прохладно, но солнечно. На набережной установлены праздничные украшения, у главной ёлки толпились туристы. Завтра весь город будет встречать Новый год.
Он вспомнил прошлый праздник. Они встречали его дома, вдвоём. Шампанское, салаты, фейерверк за окном. Ирина смеялась, обнимала его, целовала в полночь. «Мой любимый», — шептала она.
А через год сбежала с корпоратива к другому.
Он достал телефон, открыл камеру. Сделал селфи. Посмотрел на снимок — лицо спокойное, почти чужое. Будто не его.
Дмитрий снял квартиру посуточно — повезло, нашёл объявление от хозяина, у которого отменилась бронь. Дорого, но сейчас это не имело значения. С пятого этажа открывался вид на море.
Завтра он встретит Новый год здесь. Один.
Открыл переписку с Ириной.
Там были десятки сообщений от неё:
«Дима, прости меня, пожалуйста»
«Я не могу без тебя»
«Давай поговорим, прошу тебя»
«Где ты? Я волнуюсь»
«Ответь хоть что-нибудь»
Дмитрий прикрепил фотографию, написал одну строчку:
«Теперь ты точно на всех моих фото отсутствуешь»
Отправил.
Отключил телефон.
Он впервые за последние сутки почувствовал облегчение.
Не радость, не счастье — но облегчение.
Груз лжи, недосказанности, фальшивых улыбок — всё это осталось там, в Москве, в той квартире, где недавно он был мужем.
А здесь он был просто Дмитрий. Свободный. Обманутый, но свободный.
***
Ирина сидела в крошечной комнате у Марины, уткнувшись в телефон. Сообщение от Дмитрия пришло поздно вечером — первое за весь день. Фотография загрузилась не сразу — интернет тормозил.
Когда картинка появилась на экране, Ирина почувствовала, как внутри что-то оборвалось.
Набережная Сочи. Дмитрий в лёгкой куртке, волосы растрепал ветер. Лицо спокойное, почти безразличное.
И эта подпись:
«Теперь ты точно на всех моих фото отсутствуешь»
Она попыталась дозвониться. Абонент недоступен.
Написала ещё десять сообщений. Ни одно не дошло — только одна галочка.
Он заблокировал её.
Ирина бросила телефон на кровать и зарыдала — тяжело, навзрыд, как ребёнок. Марина зашла на шум, присела рядом, обняла за плечи.
— Ир, успокойся...
— Он уехал! Просто взял и уехал! Даже не хочет говорить!
— А ты хотела, чтобы он остался? — Марина говорила мягко, но в голосе её звучало осуждение. — После всего, что ты сделала?
Ирина подняла заплаканное лицо.
— Я думала... я думала, он простит. Мы же семь лет вместе. Неужели это ничего не значит?
— Значит. Поэтому ему так больно.
— Но я же призналась! Я раскаялась!
— Нет, — покачала головой Марина. — Ты раскаялась только потому, что он узнал. Если бы не узнал — продолжала бы врать дальше. Мы обе это знаем.
Ирина молчала. Потому что Марина была права.
— Но ты же помогала мне! — всхлипнула Ирина.
— Да, — тихо сказала Марина. — Потому что ты подруга. Но я не одобряла. Каждый раз надеялась, что ты одумаешься раньше, чем он узнает. Но ты не одумалась.
— Надо было сказать так, чтобы я остановилась.
— Разве ты слышала? Кстати, а что Андрей? — спросила Марина. — Он-то хоть как?
Ирина скривилась.
— Заблокировал меня везде. Как только узнал, что Дима в курсе, слился мгновенно. Испугался, что будет скандал на работе. Или что к нему домой придут — у него есть жена, оказывается.
Марина присвистнула.
— Серьёзно? Ты не знала?
— Не знала, — Ирина всхлипнула. — Он говорил, что разведён.
— Значит, он тоже не готов был к последствиям.
— Я потеряла всё, Мариш, — Ирина уткнулась подруге в плечо. — У меня ничего не осталось.
Марина гладила её по волосам и молчала. Что можно было сказать? Утешать? Но разве она заслужила утешения?
***
Прошла неделя.
Дмитрий ходил по набережной, заходил в кафе, слушал музыку, которую давно скачивал к празднику. Спал сколько хотел. Просыпался без будильника. Не думал о работе, о доме, об Ирине.
Точнее, пытался не думать.
Но по ночам, когда в квартире становилось слишком тихо, мысли всё равно возвращались. Он вспоминал её смех. Вспоминал, как они выбирали обои для спальни. Как планировали отпуск. Как говорили о детях.
Всё это было ложью. Он строил будущее с женщиной, которая уже жила в параллельной реальности. С другим мужчиной. С другими мечтами.
На восьмой день он включил телефон. Разблокировал Ирину. Прочитал все её сообщения. Их было больше сотни.
Мольбы. Извинения. Обещания. Угрозы. Снова мольбы.
Последнее сообщение пришло вчера:
«Я записалась к психологу. Хочу разобраться, почему я так поступила. Хочу стать лучше. Для тебя»
Дмитрий усмехнулся. Для него. Она всё ещё не понимала.
Он набрал короткое сообщение:
«Не для меня. Для себя. Нас больше нет»
Отправил. Снова заблокировал. И на этот раз окончательно.
***
Первый год после развода Дмитрий жил как во сне. Работа, спортзал, редкие встречи с друзьями. Не искал отношений. Не хотел.
Алину он встретил случайно — в той же кофейне, куда заходил каждое утро. Она работала баристой. Не навязывалась. Просто улыбалась и спрашивала: «Как обычно?»
Однажды он задержался у стойки. Разговорились. Потом ещё. Потом первое свидание.
Она не бегала за ним. Не признавалась громко в любви на второй неделе. Просто была рядом — спокойно, честно, без игр. Он видел её чувства в мелочах: в том, как она запоминала, что он не любит корицу в кофе. В том, как молчала, когда ему было тяжело. В том, как смеялась над его шутками.
Через два с половиной года после той ночи в Сочи Дмитрий женился на Алине.
В день свадьбы друг показал ему скриншот — Ирина написала кому-то из общих знакомых, что видела фотографии с его свадьбы в соцсетях.
Дмитрий посмотрел на экран, пожал плечами и вернул телефон.
— Не интересно, — сказал он спокойно. — Это было в другой жизни.
Он обнял жену, вышел с ней на террасу ресторана. Тёплый вечер, огни города, смех гостей за спиной. Алина прижалась к его плечу.
— О чём думаешь? — спросила она тихо.
— О том, как мне повезло, — ответил Дмитрий. И это была правда.
Ирина осталась там, где ей и место — в прошлом, среди ошибок, лжи и последствий своих выборов.
А он здесь. С женщиной, которая не врёт. Которой не нужны алиби от подруг. Которая выбрала его не за квартиру, не за стабильность — а просто потому, что он Дмитрий. И продолжает выбирать каждый день.
Ирина бегала за ним — и бросила. Алина не бегала — и осталась.
И это всё, что имело значение.
Спасибо за прочтение, лайки, донаты и комментарии!
Читать ещё: