Предыдущая часть:
Через полчаса Екатерину вывели из здания под пристальными взглядами постояльцев, которые шептались в холле и косились с любопытством, что жгло. Был здесь и ограбленный Павел, он что-то пытался сказать Виктору Петровичу, уговаривая не горячиться. Но тот вообще никого не слушал, продолжая бушевать и размахивать руками. Хозяин отеля был взбешён происходящим, а в таком состоянии с ним было бесполезно спорить, он просто не слышал доводов никого.
Трудовую книжку и её сумку, предварительно выпотрошенную на предмет подозрительных вещей прямо в коридоре, Виктор Петрович бросил Кате вслед. Когда она выходила на улицу. Она пошла медленно, всхлипывая и понимая, что прежняя жизнь закончилась бесповоротно, как обрезанная нить. Никто бы не стал слушать причитания и оправдания несчастной беременной женщины, все уже решили за неё, виня во всём несправедливо. Она ненадолго зашла домой, упаковала в сумку самое необходимое — одежду, документы, немного еды. И вышла, понимая, что больше не выдержит здесь ни минуты, стены давили воспоминаниями. Сначала она уехала в Поповку, чтобы прийти в себя и переждать бурю, а потом решила вернуться в квартиру, собрать остальное и наконец выставить мужа. По дороге в Поповку она уже не плакала, только ругала себя за наивность, за то, что не сразу сообщила о потере, и гадала, как теперь жить дальше с ребёнком.
Понимала, спорить сейчас бесполезно, никто бы не стал слушать её аргументов, все двери закрыты наглухо. Более того, и к Дмитрию обращаться тоже не было смысла, муж подруги просто бы послал её и абсолютно справедливо, не вникая в детали, как всегда. Позже она вспомнила, что в тот вечер у Светланы сумочка стояла открытой, и подумала, не оттуда ли всё пошло. В своих бедах она была виновата сама, вот именно так Екатерина искренне считала в тот момент, виня себя за всё подряд без конца.
В посёлке всё было по-прежнему, спокойно и размеренно, без городских драм, что успокаивало. В курятнике царил образцовый порядок, за что она искренне поблагодарила Марию. Но та лишь отмахнулась, сказав, что это пустяки, и добавила, что рада видеть её в добром здравии. А узнав, что соседка приехала жить в вагончике на участке насовсем, без лишних слов через час отправила к ней старшего сына с картошкой, молоком и домашним хлебом. А ещё передала приглашение приходить в баню, поскольку своей в хозяйстве у Кати не было, и зимой это могло стать проблемой.
Маленький помощник появился в курятнике только к полудню, когда она уже закончила утренние дела и присела отдохнуть. Катя попыталась расспросить его о том, как он живёт, но Саша отвечал неохотно, отводя взгляд и ковыряя землю носком ботинка.
— Ну не можешь же ты всю жизнь бегать вот так, без присмотра и нормального дома, — осторожно поинтересовалась она, садясь на скамейку рядом.
— Проживу как-нибудь, не впервой, я привык, — буркнул мальчишка, собирая яйца в корзинку.
— Тебе же только восемь, а как же школа, уроки, друзья, которых можно позвать в гости? — настаивала Катя, пытаясь заглянуть ему в глаза и найти подход.
— Чего вы прицепились? — вспылил Саша, выпрямляясь резко. — Опеку вызовете, чтобы меня обратно запихнули в этот ад?
— Да нормально я живу, не хуже вас, своих кур заведу со временем, и никто не будет указывать, — добавил он, успокаиваясь.
— А где ты ночуешь? — спросила Екатерина, меняя тему, чтобы не давить слишком сильно.
— У бабушки в доме, я ключ нашёл, — смутился мальчик, краснея и отводя взгляд. — Он ведь теперь мой получается, никто не занимает, пустует.
Екатерина лишь пожала плечами, не зная, что сказать на это. Вся эта ситуация с живущим самостоятельно ребёнком ей не очень нравилась, казалась неправильной, но другие местные молчали, не вмешивались в чужие дела, так что Екатерина пока решила не лезть в местный уклад, чтобы не наживать проблем на пустом месте. Она и сама была тут по большей части чужачкой, только осваивалась среди этих людей и их обычаев. Но потихоньку ситуация менялась к лучшему, она вливалась в ритм.
Новые куры прижились, начали нести яйца обильно, и от Марии новость об этом разнеслась по окрестностям, привлекая внимание. К Екатерине потянулись покупатели, сначала соседи за свежими яйцами, а потом и из соседних посёлков за породистыми курами. Конечно, много денег продажи пока не приносили, хватало на повседневные нужды, но в её ситуации это было уже неплохо, на хлеб и молоко хватало точно, да и на мелкие расходы оставалось. Неделя пролетела практически незаметно, в хлопотах по хозяйству и размышлениях о будущем. Катя потихоньку успокоилась, смирилась с потерей работы в отеле, даже начала видеть в этом шанс на новую жизнь, без суеты и унижений. А к концу недели приехал муж, неожиданно и без предупреждения, нарушив её хрупкий покой. Она вышла из курятника и заметила Алексея, обходящего постройки с любопытным, оценивающим взглядом.
— Ты что здесь делаешь? — возмутилась она, подходя ближе с корзинкой в руках. — Я тебя не звала, и вообще как ты меня нашёл, кто тебе сказал адрес?
— Ну ты-то пропала на неделю, не звонишь, не пишешь, как в воду канула, — пожал он плечами, осматриваясь вокруг. — Вот решил узнать, куда подевалась, в гостинице от тебя вообще слышать ничего не хотят, отмахиваются.
— Дома не появляешься, вот я и решил сюда заглянуть, — добавил он. — Что, сбежала от ответственности, допрыгалась со своими фокусами, теперь сидишь в глуши?
— Зачем ты приехал? — поинтересовалась Катя, скрещивая руки и стараясь держаться твёрдо.
— Столько времени не интересовался моими делами, а теперь решил вдруг проведать, — продолжила она, не отводя взгляда.
— Ты вообще-то моим ребёнком беременна, и мы женаты, — напомнил Алексей, подходя ближе с ухмылкой. — А значит, я ко всему отношение имею, не отмахнёшься так просто.
— Вот заодно решил посмотреть, чем мы владеем, — добавил он, оглядывая участок с прищуром.
— Не мы, а я, — поправила его Катя, повышая голос. — Ты к участку отношения точно не имеешь, это моё наследство, не тронь.
— Ой, да перестань ты, этот курятник нужно сносить, вагончик на свалку, а пристройки эти вообще разобрать по брёвнышку, — усмехнулся Алексей, указывая вокруг небрежно.
— Можно, конечно, самим дом построить, а лучше просто землю продать, участок большой, на отшибе, выгодное место, — продолжил он.
— Я, кстати, и покупателей нашёл, они его под застройку за хорошие деньги возьмут и за срочность по хорошему тарифу заплатят, не прогадаем, — добавил он.
— Я не буду ничего продавать и сносить, — ответила Екатерина твёрдо, не отступая ни на шаг.
— Да хватит капризничать, как ребёнок малый, — возмутился муж, краснея от раздражения. — Опять от тебя пользы никакой, а так хотя бы деньги реальные можно получить и не пришлось бы побираться по чужим людям.
— Меня всё устраивает, как есть, — покачала головой она. — На работу мне теперь не нужно, так что поживу пока здесь, от тебя помощи и не дождаться.
— У меня другой работы нет, а за курами нужен присмотр, это мой шанс на самостоятельность, — добавила она.
— Совсем уже сбрендила со своим наследством, — зло воскликнул Алексей, разводя руками в отчаянии. — Я-то уеду, но ты ещё пожалеешь об этом.
— Была возможность получить хорошие деньги, а ты опять по-своему, ну живи со своим выбором, посмотрим, чем кончится, — добавил он и размашистым шагом двинулся по тропинке прочь, не оглядываясь.
Екатерина осталась совершенно растерянной, глядя ему вслед, пока он не скрылся. Было ясно, муж так просто в покое её не оставит, будет давить дальше, но она не собиралась ему уступать, это был её участок и её решение, за которое она готова бороться. Екатерина потихоньку привыкала к размеренной жизни в Поповке, к тишине утра и простым заботам, которые приносили умиротворение. Куры её забавляли, у каждой из них был свой характер, и вскоре Катя уже легко научилась их различать и даже дала им имена, чтобы было проще обращаться и следить за каждой. Ну а маленький беспризорник всё так же прибегал каждый день, старался ей помогать с кормлением и уборкой, не требуя ничего взамен. Катя же в ответ угощала его яичницей или свежим хлебом, но бесед о спасении больше не вела, понимая, что мальчишке упрямства не занимать, и он сам разберётся со своей жизнью.
Нередко в Поповку приезжал неожиданный гость, нарушивший её рутину. Она как раз закрывала курятник, собрав корзинку яиц на продажу соседям, и в этот момент на её участке показалась фигура мужчины в строгом костюме. Изумлённая Катя узнала в нём того самого гостя, которого обокрали в отеле.
— Здравствуйте, не прогоньте, — поприветствовал её Павел, подходя ближе с осторожной улыбкой. — Я поговорить приехал, если позволите, не откажетесь.
— Проходите, конечно, — она распахнула дверь вагончика и смутилась от его вида в таком скромном месте, предложив сесть.
— Я ведь с самого начала вам верил, — сказал гость, усаживаясь на стул. — Понимаете, вот я уверен, это всё какое-то нелепое недоразумение.
— Ну не могли вы быть соучастницей кражи, я настаивал на том, чтобы увольнение отменили, — продолжил он, глядя прямо.
— Вот Виктор Петрович упёрся, тут уж я ничего не мог поделать, — добавил он, разводя руками.
— Да я вас не виню, сама глупо потеряла карточку, — вздохнула Екатерина, наливая чай в кружки.
— Наверное, всё же у вас её украли, — покачал головой Павел.
— Но не страшно, знаете, похищенные документы уже всплыли, а я успел подстраховаться, — продолжил он. — Так что сильно их утрата моему бизнесу не навредила.
— Но зато теперь ясно, кто из конкурентов этим воспользовался, — добавил он.
— Понятно, но всё равно жаль, что так вышло, — вздохнула Катя.
— Я, кстати, заметил, вы беременны, — покраснел Павел, отводя взгляд. — И, знаете, вообще хотел сделать предложение по работе, ну, в качестве компенсации.
— А вот теперь не уверен, что справитесь с нагрузкой, — продолжил он.
— Ну, расскажите хотя бы, что за работа, — спокойно попросила Екатерина, садясь напротив.
— Врач вообще говорит, у меня всё в порядке и можно работать практически до упора, — добавила она.
— В общем, так, мне нужна приходящая уборщица в дом, — пояснил Павел, ставя чашку на стол.
— Убираться нужно в наше с женой отсутствие, хотя иногда я могу помешать, когда работаю из дома, — продолжил он.
— Знаете, с отелями покончено, и им я больше не доверяю после того случая, — добавил он.
— А где находится ваш дом? — поинтересовалась она.
— Ну, на самом деле это квартира в городе, — улыбнулся гость. — Четыре комнаты, кухня, два санузла.
— Мне нужна уборка трижды в неделю, примерно по полдня, плачу вот столько, — сказал он и протянул бумажку с цифрами.
Екатерина ахнула, сумма вдвое превосходила её зарплату в отеле, даже с переработками. У неё получилось лишь молча кивнуть в ответ.
— Я вас устрою официально в свою компанию, в службу клининга, — пообещал Павел. — Так что можем поехать прямо сейчас и всё оформить, и вы даже потом официально сможете уйти в декрет.
— Это, похоже, меньшее, что я могу сделать, — добавил он. — Вас ведь несправедливо уволили, да ещё и репутацию испортили.
— Я говорил с вашими коллегами, и все клянутся, что вы не воровка, — продолжил он.
— Спасибо, — неожиданно расплакалась она, вытирая слёзы. — Я согласна, не ожидала такого поворота.
Они поехали в город. В фирме Павла её действительно официально устроили. Кадровичка неодобрительно косилась на её едва заметный живот, но спорить с владельцем не решилась. И в тот же день Катя побывала в квартире, которую предстояло убирать. Там же получила ключи, чтобы попадать внутрь в отсутствие хозяев. В подъезде дежурил охранник, ему тоже представили Екатерину, вписав её имя в список разрешений, так что теперь она могла приходить и уходить в оговоренные часы. Катю такое доверие очень подкупило. К тому же в квартире было полно современной техники для уборки.
А ещё хозяева предпочитали исключительно экологические средства, так что за малыша можно было не волноваться, контакт с опасной химией им не грозил.
Так началась её работа на Изотова. Трижды в неделю Екатерина убиралась, приводя всё в идеальный вид, без спешки. Поначалу она решила, что мужчина вообще живёт один, две комнаты были постоянно заперты, но потом их всё же открыли для уборки, и в спальне обнаружились явные следы женского присутствия. А ещё свадебное фото с красивой незнакомкой со стервозным холодным лицом. А во второй комнате Екатерину и вовсе ждал совершенно ошеломительный сюрприз. Там стояла фотография ребёнка лет восьми, и у него было лицо её маленького знакомого беспризорника. Обнаружив этот снимок во время очередной уборки, Екатерина остолбенела, а потом принялась звонить своему нанимателю.
— Павел Андреевич, тут что-то странное, вы можете приехать? — спросила она, стараясь не паниковать. — Этот разговор не телефонный, лучше лично, чтобы не было недоразумений.
— Срочно что ли? — поинтересовался Изотов.
— Ну ладно, сейчас буду, подожди меня, — добавил он.
Продолжение :