Всё произошло в воскресенье ночью.
На первом этаже со стороны кухни бесшумно открылось маленькое окошко. Тонкая фигура в чёрном плавно проскользнула в окошко и мягко, точно на кошачьих лапах, приземлилась на пол.
Фигура бесшумно прокралась к чёрному ходу и открыла запасную дверь, также ведущую в кухню. Сообщник вошёл тихонько и показал первому большой палец — мол, чисто сработано, молодец. Оба были одеты в непроницаемые чёрные маски, в которых имелись лишь пары отверстий для глаз и носа. Затем тот, что вошёл вторым, показал своему напарнику жестом, что собирается подняться на второй этаж, на что первый утвердительно кивнул и дал понять, что останется ждать его здесь.
Он медленно поднимался по ступенькам старинной лестницы, стараясь миновать те из половиц, что в темноте могли заскрипеть наиболее громко. Наконец он уверенно подошёл к спальне Надежды и, оглядевшись по сторонам словно тень, проник внутрь комнаты.
Надежда крепко спала в постели и даже не подозревала о том, что над ней в тот момент склонилось молчаливое, одетое в чёрную, как ночь, маску лицо преступника.
Постояв так несколько минут, преступник осторожно взял в руки одну из мягких подушек и неторопливо протянул её к лицу девушки.
— А ну, стоять! Руки за голову!
Свет вспыхнул настолько быстро, что преступник растерялся и, не успев толком ничего понять, почувствовал, как чьи-то сильные руки моментально скручивают его в крендель. Суставы в локтях звонко хрустнули, заставив преступника громко вскрикнуть.
— А-а-а! А поосторожней нельзя, что ли? Вы же мне сейчас обе руки сломаете!
— Да не мешало бы! — сказал с праведным гневом в голосе Семён Волков и резким движением сдернул маску с головы задержанного.
В это же время на первом этаже дома вторая фигура в чёрном изо всей силы пыталась отодвинуть огромный старинный гарнитур. Наконец ей удалось сдвинуть его на несколько сантиметров от стены. Этого вполне хватило, чтобы просунуть в образовавшуюся щель свою руку и нащупать аккуратно вмонтированное в стену чугунное кольцо.
— Оп! А дальнейшие процедуры, я думаю, нам лучше будет провести при свете, — весело воскликнул один из оперативников, щёлкая переключателем.
Лампы тут же залили всё вокруг белым светом, а преступник, оказавшийся очень худым, сразу же дал дёру, намереваясь ускользнуть от полицейских через то же окно, через которое попал в дом. К счастью, ему не дали этого сделать. Пара мощных ребят уже дежурила рядом с окном, и они одним ловким движением загребли худощавого злоумышленника.
Когда командир опергруппы сдернул с лица преступника маску, державшие его мужчины даже охнули от удивления.
— Ну, ничего себе!
— Какие нынче красотки в дома вламываются! — присвистнул один из них. — Прямо как в голливудском кино.
— Что вы делаете? Отпустите меня немедленно! — причитала красивая молодая женщина, попутно стараясь вырваться из рук полицейского. — У меня есть право на адвоката и один телефонный звонок.
— Так же, как и право на молчание, — закончил за неё командир, после чего кивнул остальным операм. — Пакуйте её, парни. Там наверху ещё второй экземпляр консервируется.
— Как ты мог, Игорь? Господи, я поверить в это не могу! Негодяй! — крикнула в лицо мужу Надежда и несколько раз от души ударила супруга по голове той же подушкой, которой он совсем недавно намеревался отправить её на тот свет.
Вместо раскаяния или хотя бы оправданий муж Надежды лишь рассмеялся ей в лицо.
— Ну, ты дура, Надя. Какая же ты дура. Мы же могли на эти деньги совсем другую жизнь начать, если бы ты такой тупой не была и в легенду своей бабки поверила. Но ведь нет, ты у нас правильная такая вся, реалистка.
Мужчина смачно сплюнул прямо на ковёр и задрал лицо, пытаясь заглянуть в глаза своей жены.
— А вот Лидочка... Лидочка оказалась совсем другой.
— Что смотришь? — Лицо Игоря искривила злобная ухмылка. — Да, я с ней хотел убежать. Только сначала мне нужно было с тобой расправиться, чтобы по завещанию и дом, и всё, что в нём, ко мне отошли. Уж там бы я его по кирпичику разобрал, по брёвнышку. А уж гребень-то императорский по-любому нашёл бы.
Надежда прижала руки к лицу — она была поражена до глубины души.
— Игорь, — прошептала ему жена, — так это что, всё из-за гребня? Боже мой, его ведь даже в природе не существует, и ты ради этой пустой выдумки хотел меня на тот свет отправить?
Голос Нади почти сорвался на визг. Она дёрнулась к мужу, намереваясь ударить его, но Семён вовремя успел схватить ее и прижать к себе. Оперативники между тем готовились увести преступника, когда он снова заговорил.
— Вот тут ты ошибаешься, Надя. Есть гребень, есть. И мы с Лидочкой даже нашли, где он может быть спрятан в этом доме.
Надя с нескрываемым удивлением взглянула на своего, теперь уже точно бывшего мужа.
— Игорь, ты с ума сошёл! — воскликнула Надежда.
— Не совсем, — вошёл в комнату командир опергруппы с первого этажа. — Мы только что задержали Лидию Охотникову, любовницу вашего мужа, так сказать, с поличным. Она нашла за вашим кухонным гарнитуром кое-что очень интересное.
Глаза Игоря зажглись алчным пламенем, когда он закричал, бешено вырываясь из пут полицейских.
— Гребень, где он? Вы нашли его? Пожалуйста, покажите мне его, дайте взглянуть на него хотя бы на пару секунд!
— Уведите, — приказал командир, а потом подошёл к Наде и Волкову. — Боже, этот мужик ненормальный, и как только вы с ним столько лет прожили!
Надя вытерла ладонью мокрое от слёз лицо.
— Я не знала… Раньше он не был… не был таким…
Речь её прерывалась всхлипами, поэтому Семён предложил ей налить стакан воды, а заодно и спуститься на кухню, посмотреть, что обнаружила там Лидия.
- Охотникова работала в городском архиве, - по пути объяснял им Сергей Львович, тот самый командир опергруппы. - Ей удалось найти план вашего дома и установить местонахождение старинного тайника. Как ни странно, тот оказался почти на самом видном месте — в стене прямо за гарнитуром.
— Вы уже посмотрели, что там? — спросила изумлённая Надежда.
— Никак нет-с, — ответил ей полицейский. — Это должна сделать хозяйка дома, а уж никак не посторонние. Но мы бы хотели поприсутствовать, если можно. Всё-таки интересно узнать, есть ли там что-нибудь. Если вы не против, разумеется.
— Конечно, конечно, не против, — проговорила Надя и посмотрела на своего спасителя. — Семён, ты останешься со мной. Я хочу, чтобы мы вместе открыли этот тайник.
— Как скажешь, — спокойно согласился Волков, и они все вместе прошли на кухню.
Следователи позднее установили, что Игорь, вступив в близкие отношения с Охотниковой, рассказал ей про тайник. Вот та и подняла все архивы, чтобы разыскать план дома Надежды и смогла-таки найти в нём заветную нишу.
Надежда осторожно просунула свою тонкую руку за стенку гарнитура и потянула за чугунное кольцо. Сначала оно не хотело поддаваться, но после нескольких попыток всё же сдвинулось с места, подняв вместе с собой облачко белой пыли.
Стена щёлкнула и приоткрылась. Внутри оказалось некое подобие шкафчика, в котором женщины раньше хранили свои драгоценности.
— Боже мой! — только и смогла прошептать про себя Надя. — Бабулечка, неужели ты была права?
Пошарив внутри тайника рукой, девушка, чихнув несколько раз от вездесущей пыли, нащупала там какой-то свёрток, после чего вытащила его наружу.
— Вы только посмотрите на это, — ахнула Надежда, разворачивая наполовину сгнившую от старости тряпицу.
Внутри лежал эмалированный портрет императрицы Александры Фёдоровны, на котором, с обратной стороны, имелась памятная гравировка: «Подруге моих дней юности и верной фрейлине Людмиле Феликсовне Гринёвой, на рождение её первой дочери Веры».
— Надо же, нашу прапрабабушку Верой звали, а я и не знала, — прослезилась от умиления Надя.
Рядом же с портретом лежал тот самый гребень. Это была одна из самых красивых вещей, какие когда-либо доводилось видеть Надежде. Хотя золото от времени несколько потускнело, камни на ободке гребня горели так, словно за минувшее столетие их не касалось ни грамма пылевых частиц.
Изумруды, расположенные по центру крупными каплями, были обрамлены маленькими венками из бриллиантов, которые упирались в жемчужную россыпь в форме звёзд. По сути, императорский гребень больше напоминал тиару: заколов которой волосы, можно было сразу же идти на бал. Размером гребень был примерно с ладонь взрослого мужчины.
— Господи, красота-то какая! — не переставала восхищаться украшением Надежда. — Спасибо вам, Людмила Феликсовна! Вы себе даже не представляете, что сделали для меня и нашего города, позволив найти свой гребень!
Обращаясь к покойной графине, девушка благодарила её от всего сердца.
— Что ж, очень рад, что эта драгоценность обрела достойную хозяйку, — улыбнулся Надежде Семён. — Что теперь будешь с ней делать? Продав его, улетишь на Бали миллионершей?
— Вот ещё, — фыркнула Надя, не переставая любоваться портретом императрицы и гребнем. — У меня на это сокровище есть куда более грандиозные планы.
Девушка хитренько улыбнулась, а потом, словно спохватившись, спросила следователя:
— А ты не хочешь в них поучаствовать?
— В чём? В твоих грандиозных планах? — смеясь, переспросил её Волков, не зная, с чем они будут связаны.
Надя искренне рассмеялась, но по-доброму, без алчного блеска в глазах, какой был у её мужа.
— Планы связаны с модернизацией нашего исторического музея, но, похоже, без помощи госструктур мне здесь одной не справиться.
— Если так, всегда к твоим услугам, — кивнул ей Семён. — Я всегда всеми руками за благородное и светлое дело.
— Спасибо тебе, — поблагодарила его вновь Надежда и заглянула мужчине в глаза. — Спасибо за всё. Если бы не ты, я бы сейчас здесь не стояла. А я так сильно ошибалась в тебе и чуть было не совершила самую свою роковую ошибку.
Надежда почувствовала, как на глаза у неё наворачиваются слёзы.
— Ну-ну-ну, хватит плакать, — по-дружески приобнял её Семён. — У тебя впереди столько дел, вряд ли тебе захочется идти в администрацию с лицом красным, как спелый помидор.
— И то верно, — со смехом, вытирая слёзы, отозвалась его бывшая одноклассница. — Что-то я много плачу в последнее время, пора и заканчивать.
— Вот это верный подход, — кивнул ей Семён и сделал знак оставшимся полицейским, чтобы те покинули дом.
«Слушайте, вы же себе даже алиби неплохое состряпали», — допрашивал Игоря Семён Волков в особой комнате полицейского участка.
— Купили билеты в Москву, выбили себе командировку на фирме. Опять же, всё как кражу обставить хотели. Не сильно заморочились, нет? А если бы гребня в том тайнике не оказалось? Что бы вы сделали тогда? Считаете, что все ваши усилия тогда полетели бы коту под хвост?
Игорь взглянул на Семёна исподлобья и позвенел руками, закованными в наручники.
— Гребень там точно был. В этом я доподлинно уверен. К тому же, как показала практика, я прав. А если бы его там не оказалось, то…
Мужчина неприятно чмокнул языком, прежде чем ответить.
— То я бы, наверное, всё равно Надьку прибил бы. Ты себе не представляешь, гражданин начальник, как она мне надоела за эти три года. Жуть просто. То про своих туристов начнёт рассказывать, то про начальника, какой он у них плохой, что письма не пишет на модернизацию.
— Ясно всё. Но теперь у вас с вашей зазнобой будет предостаточно времени в тюрьме. Подумайте над своим поведением и поступками. А главное, Игорь Витальевич, как вам не стыдно? Ладно вы, пропащий человек, денег хотели срубить по-быстрому, но Лидию-то зачем под монастырь подвели?
— Она сама захотела в этом поучаствовать. Я здесь ни при чём, — огрызнулся муж Нади. — Сказала: хочу, мол, своими руками к этому гребню прикоснуться и своими глазами его увидеть. Так что тут чисто женский интерес у неё имелся, как ни крути.
— Ну да, — печально согласился с ним Семён. — Любопытство, как известно, сгубило кошку.
продолжение