Две недели прошли как размытые кадры фильма, который Олег смотрел со звуком, выключенным.
Он ходил на работу, возил деньги, возвращался домой. Коллеги хлопали его по спине, начальник одобрительно кивал. На планёрке его назвали «примером хладнокровия» и «человеком, на которого можно положиться». Валера больше не говорил про своего сына, но иногда смотрел на Олега с выражением, которое выглядело как сочувствие.
Алина по-прежнему жила в его доме и по-прежнему его не видела.
Это было как жить с призраком.
Она проходила мимо него в коридоре, и между ними было тысячи килограммов воздуха. Она ела завтрак, когда он приходил с работы, и уходила, когда он садился. Она спала, когда он был дома, и просыпалась только после того, как он уходил.
Жена сказала ему однажды:
— Попробуй с ней поговорить.
— Я пытаюсь, — ответил Олег.
— Нет, — сказала жена. — Ты пытаешься оправдаться. Это не одно и то же.
Олег не знал разницы.
На работе он начал делать ошибки.
Маленькие ошибки, но ошибки.
В среду он забыл проверить печать на одном из мешков. Ирина заметила и переделала.
— Где ты умом? — спросила она.
— Дома, — сказал Олег.
— Тогда тебе нужно выбрать. Либо быть здесь, либо быть там. Половинчатых нет.
«Половинчатых нет», — повторил Олег про себя.
Он был здесь, но не целиком. Он был там, но не целиком. Он был везде и нигде одновременно.
В четверг он проехал красный свет. Машина полиции развернулась вслед, но потом передумала. Олег проехал дальше, не обращая внимания.
Ирина сказала:
— Дай мне ключи. Я буду водить.
Олег отдал ключи.
Пятница наступила снова.
Ровно две недели спустя после того звонка, после той развилки, после той пустоты, которая не заканчивалась.
Жена уже встала. Он слышал, как она готовит завтрак на кухне.
Олег встал, прошёл в ванную, умылся.
В зеркале было лицо сорокапятилетнего человека, который рассчитывал, что доживёт до пенсии в целости и сохранности.
Но целостность шла трещинами.
Олег приехал на работу в девять. Ирина уже ждала.
— Последний рейс? — спросила она.
— Последний.
— Давай сделаем это нормально. Без ошибок. Без размышлений о дочери.
— Я не размышляю о дочери.
Ирина посмотрела на него так, как смотрят на человека, который врёт не то, что окружающим, а самому себе.
— Размышляешь, — сказала она. — Но это твоё дело.
Они начали маршрут.
Олег звонил Алине в обеденный перерыв.
Она не ответила.
Он оставил голосовое сообщение:
— Привет. Это папа. Я просто хотел сказать, что я люблю тебя. Я не жду, что ты ответишь. Я просто хотел, чтобы ты знала.
Она не перезвонила.
На пути к хранилищу Олег видел рекламу на билборде: «Отцы и дочери. Выставка фотографий в галерее на Петровке». Олег посмотрел на фото. На нём были люди в объятиях, улыбались.
Олег отвел глаза.
Он попробовал письмо.
Написал его от руки, потому что отправка по СМС выглядела бы как трусость.
«Алина,
Я вижу, что я причинил тебе боль. Я хочу, чтобы ты знала, что я не выбирал деньги — я выбирал логику. И логика сказала мне, что ты в безопасности. Но я понимаю теперь, что логика — это не то же самое, что любовь.
Я не знаю, как это исправить. Я не знаю, какие слова подходят. Но я знаю, что я хочу быть твоим отцом. Не профессионалом, не человеком, который никогда не ошибается. Просто твоим отцом.
Папа».
Он положил письмо на её стол.
Через день оно было скомкано в корзину.
Жена сказала ему в субботу:
— Она плачет ночью. Я слышу её через стену.
Олег почувствовал, как в груди что-то сломалось.
— Ты уверена?
— Да. Она плачет, потому что её отец предпочёл быть правым, чем быть рядом.
Олег не ответил.
— Ты должен сделать что-то, — продолжила жена. — Потому что, если не сделаешь, она вырастет и не будет с тобой разговаривать. Это произойдёт не завтра, это произойдёт через года два или три, но это произойдёт. Я видела это раньше. У подруги моей. Её сын не берёт звонки в тридцать четыре года. Тридцать четыре!
Олег закрыл глаза.
— Я не знаю, что делать, — сказал он.
— Я тоже не знаю, — ответила жена. — Но ты лучше подумай.
Он попробовал встать раньше и сидеть на кухне, когда она приходит завтракать.
Алина вошла, увидела его, развернулась и ушла.
Он попробовал приходить раньше с работы и сидеть в гостиной.
Алина прошла мимо него, как будто он был воздухом.
Он попробовал оставить её любимый шоколад на столе в её комнате.
Шоколад остался лежать.
Он попробовал спросить у жены, что делать.
Жена сказала:
— Ты не можешь ничего сделать. Ты уже всё сделал две недели назад. Теперь она должна решить, сможет ли она тебя простить. А это — её выбор.
«Её выбор», — повторил Олег.
Как и его выбор две недели назад был его выбором. Правильным. Логичным. И вместе с тем — разрушившим всё, что он пытался защитить, выбирая эту логику.
На третьей неделе Олег начал проверять геолокацию Алины не один раз в день, а несколько раз.
Утром, когда уходил на работу.
В обед.
После работы.
Перед сном.
Жена заметила.
— Перестань, — сказала она.
— Перестать что?
— Контролировать её. Это ещё одно вторжение. Это ещё одна попытка убедить себя, что ты всё ещё её отец.
Олег выключил приложение геолокации.
Но ночью, в кровати, он лежал и прислушивался. Может ли он услышать сквозь стену, как она плачет? Может ли он услышать её дыхание, её движения, её существование?
Не мог.
Он лежал в темноте и прислушивался к тишине, которая была толще, чем любой звук.
На четвёртую неделю Олег попросил у начальника выходной.
Это было необычно. Олег не брал выходные годами. Но начальник согласился — может быть, потому что понимал, что случилось.
Олег весь день сидел в парке.
Просто сидел на скамейке и смотрел на детей, которые бегали и смеялись. Их родители стояли рядом, смотрели на них, улыбались, держались за руки.
Олег смотрел и думал: «Это всё, что нужно было сделать. Просто быть рядом. Просто быть».
Но быть рядом — это значит отказаться от логики. От контроля. От уверенности в том, что ты знаешь, как правильно.
Олег не был готов к этому отказу. И может быть, он никогда не будет.
*
Правота — это иллюзия контроля, которая защищает нас от признания, что в жизни дочери мы не инкассаторы, а просто отцы, которые иногда обязаны выбрать сердце, а не логику — даже если это кажется неправильным?
*
Спасибо что читаете.
Цикл рассказов выходит каждый день в 11-00
Подпишитесь, чтобы не потерять