Галина Сергеевна ехала к сыну с такой решительностью, что даже дворники на машине работали особенно энергично. Дождь барабанил по стеклу, а она мысленно репетировала разговор. Сегодня, наконец, она скажет Андрею всё как есть. Без этой Марины рядом, без её вечно виноватых глаз и попыток угодить.
«Надо же, как удачно получилось», – думала свекровь, поворачивая в знакомый двор. Марина уехала к матери на несколько дней. Господи, какое облегчение! Можно нормально поговорить с сыном, не оглядываясь на чужого человека. А Марина для неё так и осталась чужой, сколько ни старалась эта женщина втереться в доверие.
Три года Галина Сергеевна наблюдала, как её сын живёт с неподходящей женщиной. Вот Ольга была другой. Ольга умела готовить борщ так, что Андрей просил добавки. Ольга знала, что сыну нравится, когда в доме пахнет чем-то домашним, уютным. А эта Марина вечно на работе, вечно занята. Дом у них словно декорация – красиво, но холодно.
Поднимаясь по лестнице, Галина Сергеевна представляла, как они с сыном сядут на кухне, выпьют чаю, и она деликатно намекнёт: может, стоит подумать? Ведь Ольга до сих пор звонит, интересуется. Такие женщины долго не ждут. А время идёт.
Нажимая на звонок, свекровь уже улыбалась. Наконец-то нормальный семейный разговор.
Замок щёлкнул. Дверь открылась.
– Галина Сергеевна? – Ольга стояла в дверном проёме в домашней пижаме, с полотенцем в руках. Волосы влажные, лицо без косметики, она выглядела как дома. Совершенно как дома.
Галина Сергеевна почувствовала, как у неё пересохло в горле.
– Оля? А ты что ты здесь...
– Проходите, не стойте в дверях, – Ольга отступила, пропуская свекровь в прихожую. – Андрей в душе сейчас. Подождёте на кухне?
Галина Сергеевна переступила порог как во сне. В прихожей пахло кофе и какой-то выпечкой. На вешалке висела женская куртка – явно не Маринина.
– Я не понимаю, – начала свекровь, но Ольга уже прошла в гостиную, небрежно бросив полотенце на диван.
– Чай будете? Или кофе? Я как раз варила.
– Оля, объясни мне...
– А что объяснять? – бывшая невестка обернулась, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на усталость. – Мы же с вами хотели одного и того же, правда? Чтобы Андрей был счастлив.
– И ты часто бываешь здесь?
Ольга пожала плечами, включила чайник.
– Когда её нет – да. А что плохого? Мы же не чужие люди. Четыре года прожили вместе. Детей только не успели, но это поправимо.
Последняя фраза прозвучала так просто, так буднично, что у свекрови заболела голова.
Чайник закипел. Ольга заварила кофе в турке – точно так же, как раньше. Галина Сергеевна помнила этот ритуал, помнила, как гордилась невесткой, которая знала толк в настоящем кофе.
– Но Марина...
– А что Марина? – Ольга села напротив, обхватила чашку руками. – Она уехала. Снова. В третий раз за месяц. К маме, к подругам, на работу допоздна. Вы же видите, как они живут. Он ей не нужен. Ей карьера нужна, успех, деньги. А семья? Дети? Это всё потом, когда-нибудь, может быть.
Сверху раздались шаги. Андрей ходил по спальне, собирался.
– Мы с ним вчера всю ночь проговорили, – продолжала Ольга тихо. – Он сказал, что устал притворяться. Что с Мариной он чувствует себя как в гостях. В собственном доме – как в гостях.
Галина Сергеевна хотела что-то сказать, но слова застревали в горле. Это же то, чего она хотела! То, о чём мечтала эти три года. Ольга вернётся, они поженятся снова, родят детей. Всё будет как надо.
Но почему тогда на душе так скверно?
– Мам? – Андрей спустился, в джинсах и свежей рубашке. Увидел Ольгу, улыбнулся.
– Сын, я не понимаю, – начала Галина Сергеевна.
– А что тут понимать? – Андрей сел рядом с Ольгой, положил руку ей на плечо
– Мы всё решили. Как только Марина вернётся, я ей скажу. Пора заканчивать этот спектакль.
– Какой спектакль?
– Ну мам, ты же умная женщина, – сын посмотрел на неё с лёгким укором. – Ты сама видела, что у нас с Мариной не получается. Разные мы. Она – карьеристка, я – семейный. Ей подавай рестораны, путешествия, а мне хочется дома сидеть, с женой, с детьми.
Ольга молчала, пила кофе маленькими глотками. На её лице играла едва заметная улыбка.
– Но ведь вы три года прожили.
– Три года пытались, – поправил Андрей. – Я пытался её изменить, она пыталась мне понравиться. Устали оба.
В этот момент в замке повернулся ключ.
Галина Сергеевна обернулась к двери так резко, что чуть не опрокинула чашку.
– Я дома! – донёсся голос Марины из прихожей. – Раньше вернулась, мама себя лучше почувствовала.
Она появилась в дверном проёме, держа в руках сумку и пакет с продуктами. Увидела их троих за столом – и замерла.
– Галина Сергеевна, – сказала она тихо. – Здравствуйте.
– Марина, – свекровь попыталась встать, но ноги не слушались.
– Привет, – буднично бросила Ольга. – Мы тут кофе пьём. Хочешь?
Марина поставила сумку на пол.
– Понятно, – сказала она. – Всё понятно.
– Марина, давай поговорим, – Андрей поднялся, но жена остановила его жестом.
– Знаешь что, Андрей? Давай не будем. Я думаю, здесь и так всё ясно.
Она обвела взглядом кухню – домашний вид бывшей жены, виноватое лицо мужа.
– Как давно? – спросила Марина спокойно. – Как давно это происходит?
– Марина, ты не так понимаешь.
– Я понимаю прекрасно. – Голос у неё был ровный, без истерик, без слёз. – Вопрос только в том, как давно я живу в спектакле, где играю главную роль дурочки.
Галина Сергеевна наконец встала.
– Мариночка, это всё случайно получилось.
– Случайно? – Марина посмотрела на свекровь, и в её глазах появилось что-то новое.– Галина Сергеевна, а то, что она здесь именно сегодня, когда меня не должно было быть дома – тоже случайность?
Ольга поставила чашку на стол.
– Марина, ну что ты накручиваешь? Мы же взрослые люди. Просто не сложилось у вас, и всё. Бывает.
– Не сложилось, – повторила Марина. – Три года я думала, что это я неправильная. Что я недостаточно хорошо готовлю, что я слишком много работаю, что я не умею создавать уют. Три года я пыталась стать лучше. А оказывается, я просто мешала.
– Марин, это не так, – начал Андрей.
– Это именно так. – Она подняла сумку. – И знаешь что? Я больше не хочу мешать.
– Ты куда?
– К маме. Окончательно.
Марина повернулась и пошла к выходу. Галина Сергеевна кинулась за ней.
– Мариночка, подожди! Давайте поговорим, всё обсудим.
– О чём говорить? – Марина остановилась у двери. – О том, как вы три года организовывали их встречи? О том, как я дура пыталась вам понравиться, а вы в это время возвращали сыну «правильную» жену?
– Я не хотела, я просто думала...
– Вы думали правильно. – Марина надела куртку. – Просто надо было сразу сказать. Честно. А не устраивать этот театр.
– Мариночка, но ты же не можешь просто так уйти.
– Могу. – Она открыла дверь. – Более того, я уже ухожу.
– А как же квартира? Имущество? – крикнул вслед Андрей.
Марина обернулась на пороге.
– Квартира твоя была до меня, твоей и останется. А имущество, – она усмехнулась. – Я заберу только то, что привезла с собой. И совесть. Её-то я купила не здесь.
Дверь захлопнулась.
Галина Сергеевна стояла в прихожей и чувствовала, как что-то тяжёлое оседает в груди. Вроде бы всё получилось, как она хотела. Марина ушла. Ольга осталась. Сын свободен.
Но почему тогда так гадко на душе?
– Ну что, мам, – послышался голос Андрея из кухни. – Довольна? Всё как ты хотела.
Галина Сергеевна вернулась на кухню. Ольга уже мыла посуду, как хозяйка. Андрей сидел за столом, глядя в окно.
– Сынок, я же не заставляла тебя.
– Не заставляла. Просто три года рассказывала, какая Ольга хорошая, а Марина – неподходящая. Три года напоминала о том, как нам с Олькой было хорошо. Три года вздыхала, когда Марина что-то готовила не так.
Галина Сергеевна молчала.
– Знаешь что, мам? Поезжай домой. Нам с Ольгой надо разобраться.
Ольга обернулась от мойки.
– А что разбираться? Всё же понятно. Живём дальше.
– Да, – сказал Андрей тихо. – Только вот вопрос: а хочу ли я жить дальше именно так?
– Андрюша, что ты говоришь? – Ольга бросила губку. – Мы же всё решили!
– Это вы с мамой решили. А меня не спрашивали.
Галина Сергеевна почувствовала, как земля уходит из-под ног.
– Сынок, но ты же сам сказал...
– Я много чего говорил. В том числе и то, что люблю Марину. Но это как-то мимо ушей прошло, да?
– Но вы же не подходите друг другу!
– А откуда тебе знать? Ты же с самого начала решила, что мы не подходим. И сделала всё, чтобы так и вышло.
Андрей встал, взял ключи.
– Я поехал к Марине. Попробую объяснить.
– Она не поймёт, – сказала Ольга.
– А ты откуда знаешь? – Он посмотрел на бывшую жену холодно. – Кстати, ключи оставь на столе. И больше не приходи.
– Андрей!
– Оля, ты хорошая. Но то, что мы устроили сегодня – это подло. И ты это знаешь.
Он вышел, хлопнув дверью.
Галина Сергеевна сидела за столом и смотрела, как Ольга собирает свои вещи.
– Вот так, – пробормотала бывшая невестка. – А я-то думала.
– Что думала?
– Что он меня любит. А он просто привык. – Ольга застегнула куртку. – Впрочем, и я тоже привыкла. К этой кухне, к этому дому. К ощущению, что я здесь хозяйка.
– Оля.
– Знаете что, Галина Сергеевна? – Ольга остановилась у двери. – В следующий раз не вмешивайтесь в чужую жизнь. Даже если это жизнь вашего сына. Он взрослый. И имеет право на собственные ошибки.
Дверь закрылась второй раз за этот день.
Галина Сергеевна осталась одна в чужой кухне. В кухне, где ещё полчаса назад думала восстановить справедливость, а теперь понимала: она разрушила то, что не имела права трогать.
На столе остались чашки. Галина Сергеевна взяла одну в руки, и вдруг ясно вспомнила, как Марина всегда мыла посуду сразу после чая. Как интересовалась её здоровьем. Как терпеливо выслушивала истории про соседок и внимательно запоминала, кто из них чем болел.
Хорошая была невестка. Просто не такая, какую хотела свекровь.
А теперь нет никого.
Галина Сергеевна помыла чашки, вытерла стол и поехала домой. По дороге она думала о том, что проверка обернулась совсем не так, как планировалось.
Друзья, не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новые публикации!
Рекомендую почитать: