В одной из предыдущих статей мы уже разделили тайгу на темнохвойную и светлохвойную. В просто устроенной европейской тайге это еловые и сосновые леса, соответственно. Понятно, что и ельники, и сосняки тоже очень разнообразны по всем без исключения признакам. Разнообразие лесов – предмет специальной научной дисциплины – лесной типологии. Это очень сложная наука. И очень важная, т.к. в разных типах леса и лесное хозяйство должно быть разным. Способов классификации лесов очень много. Даже внутри одной страны, например, у нас, есть разные традиции, разные научные школы. Глубоко вникать во все это – муторное дело. Да оно нам и не надо. Но с ключевыми идеями нам все-таки придется познакомиться. Иначе нам будет трудно двигаться дальше. В лесной типологии есть два полюса.
Первый – использование принципа «здесь и сейчас»: статичная, «сиюминутная», примитивная типология. Это сосняк, это ельник. Этот чистый, этот смешанный. Этот продуктивный, этот нет. Этот молодой, этот старый. Этот густой, этот редкий. И так далее. Простые классификации лесов были широко распространены до 19-го века включительно. Они хороши для простых действий, например, для рубки. Сразу понятно, сколько древесины и какого качества можно получить в том или ином месте. А вот если обсуждать, например, восстановление леса после рубки, простые типологии мало что дают: на месте ельника может вырасти и сосняк, и березняк, и много чего еще. Поэтому на всем протяжении 20-го и в 21-м веках лесная типология развивалась в сторону своего второго полюса.
Второй полюс – это классификация, в первую очередь, типов лесорастительных условий, и только во вторую – собственно типов леса. Когда известно, например, что для данного типа лесорастительных условий характерна такая-то сукцессия и такой-то лес на этапе климакса. Вот тебе раз, подумает читатель: сразу два непонятных слова. Точнее, одно совсем непонятное, другое как будто бы знакомое, но знакомое явно не в том смысле. Про сукцессию и климакс у нас в прошлом году была специальная статья (МХН 60. Экология хвойных: светолюбие и теневыносливость, сукцессия и климакс). Вряд ли кто-то сейчас разбежится ее читать. Поэтому поясню эти два слова «в двух словах».
Динамическую типологию растительности сложно было развивать в Европе с ее до неузнаваемости измененными человеком экосистемами. Поэтому упомянутые выше термины и всю основанную на них концепцию развития растительности ввел в науку американский исследователь Фредерик Эдвард Клементс (Clements F.E. 1928. Plant Succession and Indicators).
Сукцессия – процесс (последовательность событий) постепенного восстановления экосистемы после разрушающего воздействия, чаще всего, пожара. Климакс – последний этап сукцессии, когда структура экосистемы, включая видовой состав, стабилизируется: место погибших от старости особей занимают новые особи тех же самых видов.
Мы не будем сейчас подробно рассматривать эту картинку, тем более, что она не относится к таежной зоне. Для нас пока важно понять, что на одном и том же участке земли за 150 лет происходят огромные изменения в структуре растительности. На рисунке показан один из многочисленных вариантов послепожарной сукцессии. В других лесорастительных условиях состав, последовательность и продолжительность этапов сукцессии могут быть совершенно другими.
Поэтому именно классификация типов лесорастительных условий – это основа живой, динамической, умной типологии леса, которая позволяет не только констатировать текущее состояние леса, но и с высокой вероятностью предсказать все его дальнейшие изменения. Например, утверждать, что если сгорит вот этот ельник, то на его месте через 25 лет будет березняк, а если вот этот, то сосняк. Да не просто березняк или сосняк, а березняк и сосняк с примерно такими-то характеристиками. Круто! Но очень, очень, очень сложно. Даже у больших профессионалов это получается с не очень высокой точностью.
Предпримем короткий экскурс в историю умной лесной типологии. Разумеется, нашей: российской. Которая, между прочим, лучшая в мире. Лучшая потому, что единственная. В других странах лесной типологии как научной дисциплины нет вообще. Есть лишь общая типология растительности, где лес – один из многих объектов. У нас же исторически сложилось так, что лесоведы (лесоводы) тусуются отдельно от ботаников. В той и другой корпорации исследователей своя общая концепция, своя терминология и даже своя организационная структура (ВУЗы, НИИ, проектные организации).
Начальные лесотипологические опыты мы пропустим. Начнем сразу с отца лесоведения как науки Георгия Федоровича Морозова (1867-1920). Он работал профессором Петербургского лесного института. В 1912 году вышел в свет его классический труд – «Учение о лесе», в котором системно изложены основы биологии лесных «пород» и лесов, а также разработано учение о типах лесных насаждений. Да, природные леса он называл насаждениями. Это не вполне логичное слово до сих пор широко используется лесоводами, как и вся остальная морозовская терминология.
Ссылка на источник фотографии.
В область лесной типологии Г.Ф.Морозов привнес две идеи, на основе которых эта наука развивалась в течение всего 20-го века.
1. Он «увидел за деревьями лес», т.е. сложноорганизованную экосистему, в которой сосуществуют и взаимодействуют великое множество разнообразных компонентов: как живых, так и не живых.
2. При классификации лесов он предложил ставить на первое место не существующий в настоящее время древостой, а почвенно-гидрологические условия и состояние естественного возобновления, от которых зависит будущее.
Г.Ф. Морозов впервые разделил лесные насаждения на материнские (основные) и временные, тем самым предвосхитил теорию сукцессии Ф.Э. Клементса. Материнские (по Клементсу, климаксовые) образованы долговечными древесными породами (в тайге это сосняки и ельники). Временные формируются менее долговечными древесными породами, сменившими материнские после рубки или пожара. Собственной типологии лесов Г.Ф.Морозов создать не успел. Он прожил не так долго. Да и революция помешала, которую он не принял.
Следующей фигурой, без которой нам никак не обойтись, был Аймо Каяндер. По фамилии, а особенно по имени, сразу видно, что это не вполне русский человек. Действительно, он был финн, но родился в те времена, когда Финляндия входила в состав России. Занимаясь наукой, он побывал во многих местах империи вплоть до Восточной Сибири. Там от него, кстати, осталась широко известная лиственница Каяндера (Larix kajanderi). Это удивительный человек: единственный в мировой истории ботаник, который стал премьер-министром. Причем, не один раз, а трижды. Он возглавлял финское правительство в 1922, 1924 и 1937-1939 гг. Ботаники, как правило, мирные люди. Вот и Каяндер плохо готовил Финляндию к войне с Советским Союзом, за что был окончательно отстранен от высокой должности в 1939 г.
Ссылка на источник фотографии.
Фундаментальный труд «The theory of forest types» вышел в 1926 г., т.е. между 2-м и 3-м «пришествием» во власть. Его довольно оперативно перевели на русский (Каяндер, А. К. Сущность и значение типов леса / Пер. С. С. Архипова и Н. К. Каракаш. Москва: Гослестехиздательство, 1933. 86 с.). Каяндер предложил классифицировать леса по видам не основного, древесного яруса, а нижних ярусов – мохово-лишайникового, травяного, кустарничкового. Аргументы приводил такие. Видов деревьев в европейской тайге совсем мало: раз, два и обчелся. Поэтому каждый из них имеет широчайшую экологическую амплитуду, распространен в очень разных почвенно-гидрологических условиях. Не говоря уже о том, что деревья – ресурс для лесной промышленности: сегодня на этом месте ельник или сосняк, а завтра – одни пеньки. Лишайник, мох, трава, кусты менее востребованы человеком, более стабильные, значит, более надежны для классификации. Это предмет простой. Он никуда не денется. А главное, экологическая амплитуда этих видов многократно у́же. Сосняки или ельники в разных почвенно-гидрологических условиях имеют совершенно разный состав видов напочвенного покрова. Значит, его характер и надо использовать для умной типологии лесов. Отличная идея. Типов леса у Каяндера было немного, всего 6: кислично-майниковые, кислично-черничные, черничные, брусничные, вересковые и лишайниковые. Порядок их перечисления, разумеется, не случайный: в ряду Каяндера типы леса располагаются от более продуктивных к менее продуктивным, условно от первого класса бонитета к пятому. С тех пор все лесные типологии так или иначе использовали этот принцип. По мере развития исследований число типов быстро росло. Появлялись также и новые идеи. Их сформулировал и обобщил В.Н.Сукачев. Но об этом я расскажу уже в следующий раз.