Каждый Новый год 1 января, если ты задерживался перед ТВ, и тебе страсть как надоели всякие Басковы-Киркоровы-Долины, можно было переключиться на телеканал «Культура» и посмотреть в прямом эфире Новогодний концерт Венского филармонического оркестра. И меня всегда это удивляло, что музыкантам не лень отрываться от своих праздничных столов, куда-то идти, чтобы подарить миру прекрасную музыку. После 2022 года трансляции в Россию прекратились из-за отсутствия контрактов, но все-таки меня мучал вопрос: откуда взялась эта традиция. Тем более, камерный оркестр La Primavera попытался заменить венский оркестр в национальной библиотеке Казани.
КУЛЬТУРНОЕ УТЕШЕНИЕ
Традиция новогоднего концерта Венского филармонического оркестра сформировалась в первой половине XX века и тесно связана с историей Австрии и Европы того времени. Её истоки относятся к концу 1930-х годов, когда дирижёр Клеменс Краусс предложил провести в Вене концерт, полностью посвящённый музыке семьи Штраусов. Первый такой концерт состоялся в декабре 1939 года, в обстановке нарастающей тревоги, вызванной началом Второй мировой войны. Он был задуман как акт культурного утешения и символическое возвращение к образу «старой Вены» — города вальсов, балов и беззаботной музыкальной радости.
Официальным началом традиции считается 1 января 1941 года, когда Венский филармонический оркестр впервые дал концерт именно в новогодний день. Местом проведения стал Золотой зал Музикферайна, обладающий не только выдающейся акустикой, но и особым символическим значением как центр музыкальной жизни Вены. Несмотря на сложные военные условия, концерт получил продолжение, а после окончания войны не был отменён, что сыграло важную роль в его дальнейшей судьбе.
В послевоенные годы новогодний концерт постепенно превратился из локального события в национальный, а затем и международный символ. Он стал ассоциироваться не с мрачным историческим контекстом своего рождения, а с идеями мира, культурной преемственности и надежды на обновление.
Выбор музыки Штраусов оказался ключевым для устойчивости традиции: вальсы, польки и марши Иоганна Штрауса-сына, его отца и братьев воспринимались как воплощение венского духа, лёгкости и жизнелюбия, что идеально соответствовало настроению начала нового года.
МУЗЫКАЛЬНОЕ ОЛИВЬЕ
Существенный вклад в мировую популярность концерта внесли радиотрансляции, а затем и телевидение. С 1959 года концерт стал регулярно показываться по телевидению, и со временем его аудитория выросла до десятков миллионов зрителей в разных странах. Параллельно складывался и особый ритуал концерта: ежегодно за дирижёрским пультом появляется новый маэстро или возвращается признанный мастер, а в финале неизменно звучат «Голубой Дунай» Иоганна Штрауса-сына и «Марш Радецкого» Иоганна Штрауса-старшего, во время которого публика традиционно аплодирует в такт музыке.
Со временем новогодний концерт Венского филармонического оркестра стал не просто музыкальным событием, а своеобразным культурным обрядом, открывающим новый год. Его устойчивость объясняется сочетанием высокого исполнительского уровня, тщательно сохраняемого репертуара и символического значения, которое соединяет прошлое и настоящее. Возникший в тяжёлую историческую эпоху, этот концерт превратился в праздник, ежегодно напоминающий о силе музыки, способной объединять людей и дарить ощущение радости и надежды.
КЛАССИКА В СССР
Трансляции новогоднего концерта Венского филармонического оркестра в СССР появились не сразу и были связаны как с политическим контекстом холодной войны, так и с особенностями советской культурной политики. В первые послевоенные десятилетия концерт, несмотря на его растущую популярность в Западной Европе, практически не присутствовал в советском медиапространстве.
Причиной было происхождение традиции в годы Второй мировой войны, а также общее недоверие к «буржуазной» западной музыкальной символике, которая ассоциировалась не с социалистической идеологией, а с австрийской и западноевропейской культурной элитой.
Ситуация начала меняться в 1960–1970-е годы, в период относительной культурной разрядки. В это время в СССР значительно расширился интерес к классической музыке Запада, особенно к тем её формам, которые можно было представить как общечеловеческое культурное наследие, не связанное напрямую с идеологией.
Музыка Штраусов — вальсы, польки и марши — хорошо вписывалась в этот формат: она была популярна, легко воспринималась широкой аудиторией и не несла явного политического содержания. Именно поэтому новогодний концерт Венского филармонического оркестра стал постепенно проникать в советское пространство прежде всего через радиотрансляции.
Полные телевизионные трансляции в СССР долгое время оставались редкостью. Чаще всего советские зрители слышали или видели фрагменты концерта — отдельные номера, прежде всего «Голубой Дунай» и «Марш Радецкого», которые нередко включались в праздничные музыкальные программы или новогодние сборные концерты. Иногда трансляции сопровождались сокращениями и нейтральными комментариями, без акцента на истории самой традиции.
Более устойчивое присутствие венского новогоднего концерта на советском телевидении стало заметным в 1980-е годы, особенно в период перестройки. В это время культурные границы значительно ослабли, и советское телевидение начало активнее показывать западные музыкальные события в полном формате.
Для интеллигентской аудитории просмотр или прослушивание концерта Венского филармонического оркестра 1 января постепенно стал знаком «европейского» начала года, альтернативой официальной эстрадной новогодней программе.
С Новым Годом!
Читайте также
лайкайте, подписывайтесь и поддерживайте автора