Основание династии Цинь кажется чудом, словно вмешался сверхразум. Несколько человек и цепь случайностей изменили ход истории китайской цивилизации. Будет много о людях, это тот случай, когда несколько личностей меняют судьбу страны.
(все статьи об истории Китая собраны в подборке)
Торговец, заложник и «распутная» мать
Это сейчас в каждом втором костюмчике звучит конфуцианский мотив «нет ничего важнее китайской империи», но на закате эпохи Чжаньго, Сражающихся Царств, дело шло к устройству Китая по европейской модели — сборище нескольких государств и тысячелетие войн между собой. Конфуцианцы тогда и думать не думали, что царства нужно объединять в империю.
К 300 году до нашей эры семь вассалов династии Чжоу провозгласили себя независимыми царствами, а их правители приняли титулы, равные званию правителя Чжоу — ван (царь или император). Каждое царство имело свои особенности, включая различия в письменности и через пару сотен лет никто уже и не вспоминал бы, что когда-то они были частью одной династии. Даже самое могущественное царство того времени Цинь со своим «военным коммунизмом» и бесконечными людскими ресурсами после захвата царств Шу и Ба не могло победить объединенные силы остальных царств.
В битве при Чанпине в 260 году до н. э. это стало очевидно: царство Цинь, выигрывая сражения, проигрывает войны. Хотя Цинь одержали победу над армией Чжао, помощь царств Вэй и Чу спасла Чжао от поражения и ослабила Цинь. Кстати, цифра в миллион бойцов, участвовавших в сражениях, о которых говорится в хрониках, вероятно, преувеличена раз этак в десять. В условиях битв на горных перевалах всем просто не хватило бы места.
Цинь потерпела поражение от союза Чжао, Вэй и Чу. В знак признания этого факта Цинь отправила сына наследника царя в Ханьдань, столицу Чжао, в качестве заложника. Именно там началась история «счастливых случайностей», которые привели к восхождению династии Цинь.
Заложник: будущий ван Чжуансян
Итак, отец будущего первого императора был третьесортным принцем в Цинь — сын наложницы наследника престола. Трон ему не светил, и, чтобы не мешался под ногами, отправлен как заложник в Чжао.
Со временем стало понятно, что у законной жены наследника престола не будет сыновей, и ей намекнули, что Чжуансян лучше всех подходит на роль названного сына, иначе ее супруга лишат титула наследного принца. Цинь проводит спецоперацию по возвращению Чжуансяна в родные пенаты, и тот объявлен наследником наследника.
Вскоре названный отец занимает трон, но отправляет к предкам через три дня после коронации. Чжуансян, отец будущего императора, сменяет его на троне. Его здоровье не выдерживает свалившейся ответственности, он сгорает на работе за три года, и престол занимает его 12-летний сын, будущий основатель династии Цинь. Понятно дело, малолетний юнец номинальный правитель, а реальная власть у его матери, вдовствующей королевы Чжао.
«Распутная» мать: королева Чжао
Из какого-то бедного рода некая девица куплена как наложница богатым торговцем. Как-то раз в гости к торговцу заходит тогда еще мало кому нужный принц Ин Ижэнь, будущий Чжуансян. Девица ему безумно приглянулась, он отказывался пить и есть, пока не получит ее. Торговец дарит наложницу принцу, и через год та рожает ему сына, принца Ин Чжэн, будущего императора.
И мать, и сын вместе с отцом возвращаются в Цинь, где она получает титул сначала супруги, потом королевы и наконец вдовствующей императрицы Чжао со всей полнотой власти. Став вдовой заводит интрижку, за что была сослана замаливать свои грехи. Хотя императору Ши Хуанди и приписывали жестокость, но свою мать он защищал от желающих ее смерти.
Торговец: джокер в колоде истории Люй Бувэй
Удивительный персонаж связавший все ниточки истории, чтобы наконец-то в китайской цивилизации появился первый император.
Рожденный в царстве Вэй, Люй Бувэй как торговец по делам переезжает в Чжао, где покупает себе наложницу, будущую королеву Чжао. Наложница «случайно» на званом ужине покоряет сердце гостя и по совместительству принца из ненавистной Цинь. Был ли в этом хитроумный план Бувэя соблазнить, удачная импровизация или сочувствие к влюбленным, история умалчивает, но по итогу красавица достается принцу как подарок, а торговец получает рекомендательные письма к наследнику Цинь.
Наш сводник едет в Цинь как гонец от принца и получает возможность побеседовать с семьей наследника. Неведомо, сколько слов и денег потратил Бувэй на уговоры, но все же законная жена наследника соглашается считать своим сыном Чжуансяна, рожденного от наложницы. Затем убеждает наследника Цинь объявить Чжуансяна своим наследником. У человека удивительный дар убеждения: продает шкуру неубитого медведя, ведь Чжуансян все еще живет под арестом в Чжао. Малейший слух, что Чжуансян стал претендентом на престол в царстве врага, и его тут же лишат последней ЦИ.
Бувэй тайно деньгами и уговорами сначала вывозит из Чжао Чжуансяна, а потом из осажденного Ханьдань спасает мать и самого будущего императора. По восшествии на престол Чжуансяна становится великим канцлером Цинь, а по смерти Чжуансяна — регентом при молодом короле Цинь. За инцидент с вдовой Чжао был сослан в Шу и в 235 г. до н.э. по хроникам выпил напиток вечного сна. Но лично мне думается, что это была очередная уловка джокера — исчезнуть и наслаждаться покоем под чужим именем.
Хроники рассказывают, что королева Чжоу, овдовев, хотела сделать его своим любовником по старой памяти, но тот вместо себя подсунул кого-то помоложе с размером аппарата как ось для повозки. Чтобы голубки могли проводить больше времени, Люй Бувэй оформил любовника как евнуха. Многие историки, особенно на Западе, считают, эта история — выдумка конфуцианцев для дискредитации первого императора и его матери. Прискорбно, Шихуанди, как никто другой значимый в китайской истории, до XX века в учебниках прописан тираном и разрушителем основ китайского общества. Его мать стала символом распутства.
В моих фантазиях (подчеркиваю, фантазиях) Люй Бувэй видится медиатором из будущего. Достаточно смелый и богатый, чтобы собрать всех действующих лиц в одном месте для исполнения своих ролей в истории. Ему повезло родиться торговцем, чтобы свободно путешествовать, а моралью считать полученную выгоду. И при этом был очень образованным, ценил философию. Даже составил для потомков энциклопедию Ста школ Древнего Китая («Люйши Чуньцю» — «Анналы Весны и Осени господина Люя» 吕氏春秋). Ощущение, что будущее его заботило больше настоящего. Такие мои фантазии. ))
Впрочем, план как объединить Китай императору Шихуанди подарил совсем другой человек.
Три человека создавшие китайскую империю
Мечта торговца Люй Бувэя, воля императора Шихуанди и ум канцлера Ли Сы объединили царства в империю. Это событие навсегда изменило ход китайской цивилизации.
Путешествия торговца Люй Бувэя по разным царствам пробудили в нём мечту о едином Китае. То, что он не был обычным проходимцем, желающим только власти и денег, видно из того, что уже будучи великим канцлером приглашал в правительство царства Цинь людей, разделяющих идею о едином Китае.
Люй Бувэй познакомился со странствующим ученым Ли Сы и был впечатлен его талантом стратега. Желая получить того в свое правительство, пригласил на аудиенцию с Шихуанди побеседовать втроем за чашкой чая. Ли Сы сказал Шихуанди, что даже могущественная Цинь сейчас не может объединить Китай, потому что ей противостоит союз остальных царств, но если ему предложат должность канцлера, то придумает план, как преодолеть все трудности. Это была беседа единомышленников, и Ли Сы стал последним даром Люй Бувэя для Шихуанди перед ссылкой.
Ли Сы был сыном мелкого чиновника из царства Чу. Однажды он обратил внимание на крыс: те, что обитали в отхожем месте, были грязными и голодными, тогда как крысы в амбаре выглядели сытыми. Он вдруг осознал, что не существует единого стандарта морали, ведь у каждого своя жизнь. Ценности людей формируются их социальным положением. Как и у крыс, социальный статус людей часто зависит от случайных событий, происходящих вокруг. Поэтому вместо того чтобы всегда следовать моральным принципам, люди должны действовать в соответствии с тем, что считают лучшим в данный момент. Ли Сы решил посвятить себя политике — обычный выбор для учёных из незнатных семей в период Сражающихся царств.
После отставки Люй Бувэя Ли Сы стал великим канцлером и разработал для Шихуанди стратегию военной компании. Ставка была сделана на стремительность, чтобы остальные царства не успевали прийти на помощь. С 230 по 221 до н.э. с небольшими перерывами между военными компаниями все шесть царств были объединены в империю Цинь. По полтора года на завоевание одного царства и огромной территории — идеальный план и подготовка.
Как только Цинь Шихуанди объявил себя новым Сыном Неба в Поднебесной, Ли Сы начал большие, как бы сейчас сказали, инфраструктурные проекты, связавшие Китай в единое государство. В первую очередь были разрушены стены на границах царств, а в городах — защитные укрепления. На севере империи, напротив, стали достраивать стены против варваров, объединяя их в единую Великую Китайскую стену. Много усилий было положено на строительство дорог. Был построен уникальный канал Линцюй с первыми шлюзами в мире, соединивший водные системы рек Янцзы и Жемчужной. Построено множество мелких, средних и больших оросительных каналов, что позволило во многих районах в разы повысить урожайность.
Чтобы управлять империей, была проведена административная реформа: царства упразднены, а появились провинции, округа, уезды, где правили чиновники, назначенные императором. Также много внимания уделили унификации денег, размеров повозок, законов и иероглифов. Эти меры упростили торговлю и укрепили связи между регионами, основанные на взаимной выгоде. Упразднена конфуцианская идея о просвещенных жителях центральных равнин и варварах окраин, отныне все становились подданными императора и назывались «черноголовыми». За небольшое время простые люди ощутили, насколько выгодно жить в едином государстве, и было написано множество (утрирую) трактатов о пользе единого государства, так что в будущем, как только Китай начинал разваливаться, сразу появлялись те, кто стремился его объединить.
Династия Цинь подарила китайской цивилизации культурный код о жизни народа в едином государстве. И конфуцианство здесь совсем ни при чём.
Дорамы и фильмы о времени династии Цинь
Начну с фильма, который открыл для меня новую культуру Китая и впечатлил эстетикой и необычным повествованием — «Герой» (2002) режиссера Чжана Имоу.
Цветовая символика, необычные для западного зрителя персонажи, пафос о Единой Империи и крутой актерский состав. Здесь эссенция истории об императоре Цинь Шихуанди, рассказанная языком кино. Кстати, черный цвет империи Цинь это не признак его мрачности, а символ воды в концепции у-син.
Светлый Пепел Луны, где первая половина истории демонёнка из царства Дзинь символично ссылается на историю Шихуанди. Здесь, кстати, чёрный цвет не олицетворяет демонов, а воду, и по концепции у-син сменяет империю белого цвета (металла, земли).
(не совсем обзор, просто размышления чем хорош Пепел)
Дорама «Сказание о Хао Лань» (2019) на 65 серий. Не смотрел, не знаю какое качество, но везде написано, что максимально близко к событиям рассказывает о матери Шихуанди и других персонажах того времени. Есть призы у дорамы. Может, кто смотрел?
И как без котика 😊
А на сегодня все...