Она ругала современное поколение за нежелание учиться, сетовала на деградацию образования и низкий уровень знаний, а в одном из интервью 2016 года открыто заявила, что университеты не соответствуют уровню советской средней школы!
С уходом Азы Тахо-Годи мир отечественной гуманитарной науки потерял не просто учёного – ушла эпоха. Филолог, исследователь греческой мифологии, знаток Гомера и Платона, педагог с редким даром оживлять «мёртвые» тексты, она прожила 102 года и до последнего дня оставалась в работе. Её судьба – пример того, как мысль, культура и внутренняя свобода могут выстоять даже в самых жёстких исторических условиях.
Дочь «врага народа»
Жизнь Азы Тахо-Годи с самого начала была отмечена трагическим знаком времени. Её отец был репрессирован и расстрелян в 1937 году, мать отправлена в лагерь. В конце 1930-х быть дочерью «врага народа» означало жить под постоянным страхом и подозрением. Каждый вопрос о семье мог обернуться доносом, каждая анкета – приговором карьере.
Тем не менее Азе удалось поступить в институт имени Либкнехта – редкое исключение в годы, когда двери многих вузов для таких, как она, были закрыты. Училась она блестяще: владела несколькими европейскими языками, читала на латыни и древнегреческом, рано проявила интерес к мифологии и классической литературе. Уже тогда в хрупкой девушке сочетались строгость учёного, внутренняя свобода, желание развиваться.
Война, эвакуация и дело всей жизни
В годы войны студентов эвакуировали на Алтай. Учёба проходила по-разному тяжело: в крестьянских домах, при свете лучины и буржуйки. Конспекты писали на обрывках бумаги, книги передавали из рук в руки. Именно в этих суровых условиях формировалась Тахо-Годи как учёный: античность перестала быть для неё музейной дисциплиной и стала живым пространством мысли, где Гомер, Шекспир и Тургенев разговаривали друг с другом.
В 1944 году она вернулась в Москву, защитила диплом о Тургеневе во французской критике и решилась на аспирантуру – шаг почти невозможный для дочери репрессированных. В то время ей дали простой и мудрый совет: изучай древнее, так безопаснее. В итоге Аза окончательно выбрала путь классической филологии.
Лосев и путь к науке
Экзамены в аспирантуру принимал Алексей Федорович Лосев – философ, почти слепой, опальный, но уже легендарный. Именно с ним переплелась дальнейшая судьба Тахо-Годи. Она стала его ученицей, затем – соратницей, позже – женой и хранительницей его наследия.
Жизнь в квартире Лосевых на Арбате была бедной, но духовно насыщенной. Здесь читали Гомера в оригинале, спорили о Платоне, писали книги среди мешков с картошкой и бесконечных стопок книг. Здесь же Аза приняла крещение – шаг, требовавший в советское время немалой внутренней смелости и повлиявший на расширение её научных интересов в сторону христианской мысли.
Защита наперекор системе
Кандидатскую диссертацию «Поэтические тропы Гомера и их социальный смысл» Тахо-Годи защищала с трудом. В родном институте работу заблокировали из-за неприязни руководства к Лосеву. В итоге защита состоялась в МГУ и прошла блестяще. Единственный «прокол» – она не смогла вслух поблагодарить Сталина, как того требовал ритуал. Ей сделали выговор, но степень всё же присудили. Позже она призналась, что просто не нашла слов для того, кто убил её семью.
Преподаватель, которого помнят
Преподавать Тахо-Годи начала еще в конце 1940-х, а настоящим её домом стала кафедра классической филологии МГУ, которую она возглавляла более 30 лет. Для студентов она была легендой. Ее лекции превращались в театр: Гомер оживал, олимпийские боги смеялись, а античные мифы вдруг оказывались ближе современной жизни, чем вчерашние новости.
Студенты вспоминали её с восторгом и благодарностью. Она могла быть ироничной, строгой, неожиданно ласковой. Могла назвать себя «рептилией», а могла положить конфету на парту для уснувшего студента – «чтобы ему было приятно, когда он проснётся». Её боялись и любили, но главное – слушали.
Работа до последнего вздоха
После смерти Лосева в 1988 году Аза Тахо-Годи стала хранительницей его наследия. Благодаря ей появился Дом Лосева – библиотека и культурный центр на Арбате.
Она продолжала писать, редактировать, издавать, читать лекции и принимать учеников даже тогда, когда возраст перевалил за 90. Её научное наследие огромно: сотни книг и статей, исследования Платона, Аристотеля, античной мифологии и эстетики, биография Лосева в серии «Жизнь замечательных людей». Последнюю книгу она выпустила в 92 года.
Уходящая эпоха
Аза Тахо-Годи часто говорила, что живет в Античности – и, возможно, именно поэтому так ясно видела современность. Её печалило, что новые поколения всё меньше читают, а критическое мышление и вовсе не развито: разве они смогут анализировать историю античности, не зная, что было буквально несколько десятилетий назад? Она принадлежала к миру, где знание было ответственностью, а культура – формой внутренней дисциплины.
С её уходом стало очевидно: таких выдающихся мыслителей больше не будет. Конечно же, остались тексты, исследования, Дом Лосева и сама возможность – открыть Гомера или Платона и услышать за строками голос учителя. Но понадобится ли наследие Тахо-Годи будущему поколению?
Ближе познакомиться с филологом, её работами по становлению семейных и научных традиций, а также с восприятием Античности в русской культуре позволит сборник «Приношение. Азе Алибековне Тахо-Годи от благодарных учеников и коллег к 100-летию со дня рождения. Fuga temporum».