Он сидел у воды так, будто его здесь и не было. Старый складной стул, аккуратно поставленное ведро, удочка китайская, тяжелая, раскладная. Пожилой мужчина лет 61-65. Сухой, даже тощий, в тёмной куртке и выцветшей кепке. Только река и его молчаливое присутствие. Друзья, чтобы канал ПСР жил поддержите статью лайком, подпишитесь. Сегодня это очень нужно, так как канал просто выживает в современных отключениях всего. Спасибо!
Но на этом берегу тишина долго не держалась. Чуть дальше, у удобного спуска, стояла компания. Четверо мужиков, всем за тридцать. Старая советская машина похожая издалека на "шестерку", открытый багажник, шашлык из подозрительного свиного мяса, бутылки с горячкой. Пили громко, с показным весельем, будто специально выпендривались, чтобы все слышали и опасались.
— Смотри, сказал один, кивнув в сторону старика. Опять этот молчун. Уже раздражает, постоянно глаза тут мозолит.
— Да он тут как мебель, усмехнулся второй. Всегда сидит. Ни слова не скажет, будто памятник.
— Такие обычно терпилы по жизни, подытожил третий. Можно хоть на голову ему плюнуть и он не шелохнётся.
Старик слышал. Он вообще всё слышал. Просто продолжал смотреть на поплавок.
Первый раз к нему подошли типа по-доброму.
— Отец, сказал самый весёлый, ну ты чё один тут как нелюдимый? Давай к нам. За компанию мамякнем, хоть узнаем, что ты за фрукт.
— Спасибо, ответил старик, не оборачиваясь. Мне и тут хорошо. Отдыхаю от суетливых людей.
— Чё, не пьёшь?
— Не пью. Отдыхаю от людей.
— А-а, протянули они. Понятно.
И вот это "понятно" было началом. Потому что для некоторых людей отказ это вызов и оскорбление. А в пьяном состоянии для них это прям личное оскорбление.
Через полчаса шутки стали громче. Слова в сторону деда стали грязнее.
— Эй, дед! крикнули. Ты вообще живой?
Он медленно повернул голову.
— Живой, спокойно ответил.
— Тогда моргни, если тебе страшно.
Один из них прошёл слишком близко и задел ногой ведро. Вода пролилась, единственный пойманный карась запрыгал на земле.
— Ой, сказал он без всякого сожаления. Случайно спотыкнулся я, дядя. Пардонте...
Старик наклонился, аккуратно поднял рыбу, вернул в ведро. Медленно. Спокойно.
— Ты видел? хохотнул кто-то. Даже не пикнул.
Это их раззадорило. Начались толчки, комментарии, откровенное хамство. Они чувствовали себя хозяевами. А он был удобной мишенью.
— Таких додавить надо, сказал один, уже изрядно пьяный. Молчит, значит согласен.
Старик встал. Просто встал и посмотрел на них.
— Я вас прошу, сказал он негромко. Оставьте меня.
— О, оживились они. Заговорил памятник, то.
— Слышь, дед, подошёл ближе самый наглый. Ты кто вообще такой, чтобы нас просить?
Старик помолчал. Потом сел обратно.
— Никто я для вас, сказал он. Для вас меня нет и я никто. Оставьте меня.
И это их окончательно расслабило. Потому что "никто" это значит, можно всё.
Они ушли только под вечер. Громкие, пьяные, довольные собой. Напоследок один из них сморкнулся еще в сторону старика.
Непробиваемый рыбак
На следующий выходной дед снова был на берегу. Тот же стул. Та же удочка. То же место. И в тот же день один из той компании получил повестку в суд. За старое дело, мелкое, забытое. Но внезапно оно всплыло.
Через два дня второго вызвали в налоговую. Проверка. Вопросы. Документы.
Третий обнаружил, что на его маленькую мясную лавку на городском рынке подали иск. По договору, который он когда-то подписал, не читая и давно уже забыл.
Четвёртого остановили инспекторы на дороге и нашли в его "шестерке" белый порошок и совсем не похожий на муку.
Совпадение? Они так сначала и подумали
Через неделю двое сидели в КПЗ, а двое снова увидели старика на реке. Подошли уже без смеха.
— Слышь… начал один. Это ты, что ли?
Старик поднял глаза.
— Что именно? спросил он.
— Ну… замялся второй. Эти… проблемы.
Старик посмотрел на воду.
— Я 37 лет работал... сказал он спокойно. ...Уголовка, гражданка, хозяйственные споры. Я никогда не спорю и не машу кулаками. Я разрушаю жизни людей знанием законов....
Они переглянулись.
— Вы даже не представляете, сколько людей губят себя сами своей глупостью, продолжил он. Подписывают, что не понимают. Делают, что нельзя. Говорят, где лучше молчать. Хамят незнакомым людям. Где ваши двое то остальных??? И вы там будете...
Он встал.
— Я просто напомнил системе, что вы существуете.
— Ты что, мстишь? выдавил один.
Старик посмотрел на него внимательно.
— Нет, сказал он. Я просто делаю, что умею лучше всего в жизни.
Они ушли. Молча.
Через полгода судов все четверо получили разные срока, кто условный, кто нет.
Старик продолжал ловить рыбу. Его больше не трогали, потому что некому было его трогать. А новые компании, если и шумели, то держались подальше, так как слушок уже прошел.
Сила она не всегда в кулаках. Сила в нужных знаниях и в связях, и правда тут совсем ни при чём...
Жалко вам, дорогие читатели, таких хамов, что привязываются к тихим людям или поделом им? Пишите ваши мысли, лайк не забывайте и подписаться, и еще почитайте интересные рассказы по ссылкам ниже: