Предыдущая часть:
В замке входной двери заскрежетал ключ. Алина вздрогнула. Видимо, муж что-то забыл и вернулся. Она быстро схватила эту капсулу и засунула её в карман домашних брюк. Затем сгребла газеты вместе с рассыпанной землёй в один большой ком, накрыв ими растение, которое теперь лежало без горшка на полу.
— Ты ещё дома? — голос Дмитрия из прихожей прозвучал как-то резко, с ноткой раздражения.
Алина выскочила в коридор, вытирая испачканные руки о штаны.
— Да, я взяла отгул на сегодня, — ответила она. — Вчера договорилась с начальницей, сказала, что немного приболела. А ты что вернулся?
Дмитрий стоял в прихожей, не снимая обуви. Лицо его было бледным, а взгляд метался.
— Документы забыл, — объяснил он. — Папку с договорами по тому тендеру.
Он прошёл мимо неё прямо в спальню, даже не заметив беспорядок на полу, и схватил со стола синюю папку.
— Представляешь, чуть всё не провалилось, — продолжил он, оборачиваясь. — Если бы я их не привёз вовремя... Тут он наконец увидел разгром.
— Что здесь творится? — спросил он, хмурясь. — Ты что, в земле копаешься с утра пораньше?
— Пересаживала цветок, — ответила Алина, стараясь, чтобы её слова звучали убедительно, хотя капсула в кармане казалась раскалённой и жгла бедро. — Земля там была неподходящая совсем, — продолжила она. — Слишком плотная, он бы завял быстро.
— Тебе заняться больше нечем? — буркнул Дмитрий. — У меня на работе завал, а ты тут с цветочками возишься.
— Ладно, я побежал, — бросил он, направляясь к выходу.
— Удачи тебе, — сказала Алина вдогонку, но подозревала, что он даже не расслышал.
Дверь захлопнулась, и она медленно вытащила капсулу из кармана. Красный огонёк теперь мигал чуть чаще, чем раньше. Алина посмотрела на выдернутое растение, лежащее в беспорядке, потом перевела взгляд на свой ноутбук. А вдруг эта штука уже успела перехватить пароли от их сети? Она направилась на кухню и взяла рулон фольги. Заворачивая мигающую капсулу слой за слоем, она внезапно ощутила странное спокойствие. Страх отступил, а на его место пришла холодная решимость. Начальница решила поиграть в шпионов. Ладно, она это получит по полной.
Алина вернулась в спальню, аккуратно поместила растение обратно в горшок, присыпала корни оставшейся землёй и как следует утрамбовала. Снаружи всё выглядело безупречно. Цветок стоял на комоде, раскинув свои мясистые листья, как ни в чём не бывало.
— Гармонизируешь пространство, значит, — усмехнулась она, глядя на него. — Ну, давай посмотрим, чья гармония в итоге окажется сильнее.
Вечером, когда вся семья собралась дома, Алина держалась спокойно. Она приготовила лазанью — любимое блюдо Ивана. Муж опять был мрачным, но она больше не приставала к нему с расспросами, а просто наблюдала за ним.
— Ты сегодня какой-то нервный весь, — заметила Алина, накладывая ему порцию ужина.
— Проблемы на объекте накопились, — буркнул Дмитрий в ответ. — Этот твой цветок развонялся на всю квартиру, — объяснил он, морща нос.
— Завтра он будет пахнуть слабее, обещаю, — мягко ответила Алина.
Дмитрий бросил на неё подозрительный взгляд, но ничего не сказал. Его телефон лежал на столе экраном вниз. Алина знала, что капсула теперь спрятана в шкатулке в дальнем шкафу на кухне. Елена, наверное, видит только помехи или помехи и уже начинает нервничать.
Следующее утро выдалось солнечным, но с морозцем. Алина вела сына в школу, крепко держа его за руку. Иван, обычно тихий по утрам, сегодня разговорился.
— Мама, а ты знала, что лошади могут спать стоя? — спросил он, перепрыгивая через трещину в асфальте.
— Слышала что-то такое, — ответила она. — А ты откуда это взял?
— Максим Сергеевич рассказал, наш новый классный руководитель, — объяснил Иван. — Он вообще историк по специальности, но знает про животных абсолютно всё.
— Максим Сергеевич, — повторила Алина, поправляя шарф сыну. — Тот, о котором ты вчера упоминал.
— Ну да, он не как другие учителя, никогда не повышает голос, — продолжил мальчик. — А ещё у него глаза грустные, как у спаниеля из того мультика.
Иван вздохнул.
— Ребята говорят, у него отец недавно умер и оставил ему целую конюшню, — добавил он. — Представляешь, мам, настоящую, с лошадьми.
Они подошли к школьным воротам. У входа, окружённый стайкой шумных пятиклассников, стоял высокий мужчина в слегка потрёпанном твидовом пальто. Ветер растрепал его тёмные волосы, но он, казалось, не замечал холода, внимательно слушая какую-то девочку с большим рюкзаком.
— Вот он, — шепнул Иван и потянул маму за рукав. — Пошли, я тебя познакомлю.
Мужчина поднял голову, и их взгляды встретились. У него и правда были добрые, но очень уставшие глаза цвета крепкого чая.
— Максим Сергеевич, это моя мама, — гордо объявил Иван.
— Очень приятно познакомиться, — мягко улыбнулся учитель.
— Алина Сергеевна, если не ошибаюсь, — ответила она.
— Но можно просто Алина. — Иван мне все уши прожужжал про вас и про лошадей, — добавила она.
Преподаватель смущённо потёр шею.
— Да, Иван — благодарный слушатель, — сказал он. — Извините, если он вас утомил своими рассказами. — Просто я сейчас немного в растерянности, — продолжил Максим. — Отец оставил хозяйство в пригороде, а я, честно говоря, учитель, а не фермер. — Лошадей там четверо, — объяснил он. — Кормить надо, ухаживать за ними. — Денег на это нет, а продать — это как друзей предать, — уточнил учитель. — Отец их очень любил.
— Это очень благородно с вашей стороны, — искренне ответила Алина. — Ну, наверное, тяжело, — сказал Максим, соглашаясь. — Не то слово.
Вдруг он оживился.
— Слушайте, а вы не хотите приехать в выходные? — предложил он. — Просто посмотреть, ничего больше. — Иван так загорелся этой идеей, — продолжил учитель. — Денег я, конечно, не возьму. — Просто можете погулять, подышать свежим воздухом, — добавил он. — Там очень красиво, хотя и запущено немного. — Лошадям нужно общение, — объяснил Максим. — Они скучают без людей.
Алина посмотрела на сына. В глазах Ивана светилась такая надежда, какой она не видела уже давно. Дома царило напряжение, холодность мужа, этот шпионский цветок, а там — свежий воздух и лошади.
— Мы приедем, — твёрдо сказала она.
В офисе атмосфера была накалена до предела. Едва Алина переступила порог, секретарь округлила глаза и шёпотом предупредила:
— Она там рвёт и мечет, тебя требует с самого утра.
Алина глубоко вздохнула, поправила жакет и толкнула тяжёлую дверь кабинета начальницы. Елена Викторовна сидела за огромным столом из тёмного стекла. Она выглядела безупречно: строгий костюм, алая помада, идеальная укладка, но пальцы, барабанящие по столешнице, выдавали ярость.
— Явилась наконец, — процедила она вместо приветствия. — Ласточкина, ты отдаёшь себе отчёт в том, что творишь?
— Доброе утро, Елена Викторовна, — ответила Алина. — Вы о чём именно?
— О поставке микрочипов для "Техногрупп", — сказала начальница и швырнула на стол папку с документами. Бумаги разлетелись веером по стеклу. — Груз стоит на таможне уже третьи сутки, — продолжила Елена. — Мы теряем деньги из-за этого. — Почему акты не подписаны? — спросила она, сверля Алину взглядом.
Алина подошла к столу, взяла один из листов.
— Я видела эти документы, — ответила она. — Это поставка от фирмы-однодневки, зарегистрированной всего месяц назад. — Сертификатов качества нет, — добавила Алина. — Я не могу принять этот товар на баланс без проверки. — Это нарушение протокола безопасности, — объяснила она.
— Какого ещё протокола? — подскочила Елена. — Я здесь устанавливаю протоколы. — Ты саботируешь работу компании, — обвинила она. — Подписывай прямо сейчас.
Она ткнула пальцем в графу для подписи ответственного лица. Дата стояла вчерашняя.
— Это же подпись задним числом, — спокойно заметила Алина. — И уголовная ответственность, если чипы окажутся бракованными. — Я не буду это подписывать, — добавила она.
Елена сузила глаза. Она медленно обошла стол и приблизилась к Алине. От неё веяло дорогими духами.
— Ты слишком много о себе думаешь, — тихо прошептала начальница. — Кстати, как там мой подарок? — спросила она, меняя тон.
Алина спокойно выдержала этот взгляд.
— Прекрасно стоит в спальне, — ответила она. — Наслаждаемся с мужем каждый день.
Елена как-то странно улыбнулась уголком рта. Она явно ждала другой реакции, но её не последовало, поскольку Алина решила притвориться, будто ничего не случилось. По крайней мере, пока.
— Вон отсюда, — рявкнула начальница, отворачиваясь к окну. — И чтобы к понедельнику акты были подписаны. — Иначе вылетишь по статье за несоответствие должности, — добавила она.
Алина вышла, чувствуя, как подрагивают колени. Но внутри крепла уверенность: Елена наверняка нервничает. Жучок молчит, поставка висит.
Остаток пятницы прошёл без особых происшествий. Сотрудники офиса все как один думали только о приближающихся выходных и мыслями уже были в приятной домашней обстановке: кто-то укутавшись пледом у телевизора, другие с шашлыками на даче, третьи в туристическом походе на природу или на рыбалке.
Суббота выдалась пасмурной, но без дождя. Дмитрий, как и ожидалось, поездку за город на конюшню проигнорировал.
— На что там смотреть? — скривился он, не отрываясь от экрана ноутбука. — Ну уж нет, у меня отчёты не закончены, езжайте сами.
Всю дорогу до пригорода Иван не умолкал, а Алина размышляла о словах Веры Андреевны. "Мужей из дома гонит". Похоже, Дмитрий сам себя выгоняет, или его выгоняет совесть.
Усадьба покойного отца Максима представляла собой печальное, но внушительное зрелище. Старый кирпичный дом с колоннами, наполовину увитый плющом, явно требовал ремонта. Рядом тянулось длинное здание конюшни, крыша которого местами просела. Но вокруг расстилались луга, окружённые лесом, а воздух здесь был таким свежим и сладким, что голова шла кругом.
Максим встретил их у ворот. Он был в джинсах и толстом свитере, в руках держал ведро с яблоками.
— Добрались без проблем? — искренне улыбнулся молодой учитель. — Иван, Буран тебя уже заждался, — добавил он, обращаясь к мальчику.
Деревянные ворота конюшни, тяжёлые и рассохшиеся от времени, открылись со скрипом, впуская в полумрак. Сразу повеяло густым, сложным, но удивительно уютным ароматом — смесью прелого сена, старой кожи, опилок и тёплого животного духа. Алина остановилась у порога, невольно глубоко вдохнув. Иван, который всю дорогу болтал без умолку, вдруг притих. Он спрятался за спину мамы, вцепившись в край её пальто и настороженно выглядывая из-за плеча. Его глаза, обычно тусклые и недоверчивые, сейчас расширились, пытаясь привыкнуть к темноте.
— Ну, добро пожаловать в наше скромное царство, — мягко заметил Максим. Он прошёл вперёд, и пылинки, танцующие в лучах света, пробивающихся сквозь щели в щели в крыше, закружились вокруг него золотистым ореолом.
— Тут темно, — шепнул Иван.
— Не бойся, — ответил Максим, оборачиваясь. Он не стал подходить слишком близко, чтобы не напугать ребёнка, а просто присел на корточки, оказавшись с ним на одном уровне. — Лошади тоже не любят яркий свет, — объяснил он. — Он их слепит. — Здесь их дом, — продолжил учитель. — Слышишь, как они дышат?
В тишине действительно раздалось глубокое фыркающее дыхание, а затем ритмичный хруст. Кто-то невидимый с аппетитом жевал сено.
— Кто это? — спросил Иван, делая полшага вперёд. Любопытство начало пересиливать страх.
— Это и есть Буран, — ответил Максим, кивнув в сторону дальнего денника. — Самый старший и мудрый, — добавил он. — Он был любимцем моего отца. — Хочешь познакомиться? — предложил учитель.
Иван посмотрел на маму. Та ободряюще сжала его плечо.
— Иди, дружок, я рядом, — сказала она.
Они медленно подошли к деннику. Из-за деревянной перегородки показалась огромная голова — тёмная, с белой отметиной в форме звёздочки на лбу и влажными фиолетово-чёрными глазами, обрамлёнными длинными ресницами. Лошадь показалась Ивану гигантом, и мальчишка невольно отшатнулся.
— Ого, какой огромный! — воскликнул он.
Максим подошёл и спокойно положил ладонь лошади на шею. Буран низко заворчал, ткнув бархатным носом в плечо хозяина.
— Видишь, он здоровается, — сказал Максим. — Лошади не умеют говорить словами, — объяснил он. — Они говорят ушами, глазами и прикосновениями.
Максим посмотрел на мальчика.
— Давай, подходи, только не делай резких движений, — посоветовал он.
Иван замер. Он медленно, преодолевая внутренний трепет, протянул руку. Его маленькая тонкая ладошка дрожала.
— Вот так, — направлял Максим. — Дай ему понюхать твою руку. — Для лошадей запах — это как паспорт, — добавил он. — Он сейчас читает тебя.
Буран вытянул шею. Его огромные ноздри раздулись, втягивая воздух. Тёплый влажный пар коснулся кожи Ивана. Мальчик зажмурился, ожидая, что его укусят или толкнут. Но ничего страшного не произошло. Мягкие, щекочущие усы коснулись ладони, и лошадь деликатно выдохнула воздух, согревая детскую ручку.
— Щекотно, — неожиданно хихикнул Иван, открывая глаза.
— Буран говорит, что ты ему нравишься, — улыбнулся Максим. — Он чувствует, что ты добрый. — Лошадей не обманешь, — продолжил учитель. — Им всё равно, какая у тебя одежда, телефон или оценки в дневнике. — Они видят то, что у тебя внутри, — добавил он.
Продолжение :