Алина еле держалась на ногах в набитом битком вагоне метро, вцепившись в тяжёлый керамический горшок с растением, который, казалось, из последних сил пытался вырваться у неё из рук. Осенний вечер выдался особенно промозглым, и воздух в подземке пропитался влагой от мокрых зонтов и одеждой усталых пассажиров. Поезд дёргался на рельсах, заставляя всех качаться из стороны в сторону, а она старалась не потерять равновесие с этой громоздкой ношей, которую пришлось тащить с работы.
— Осторожнее, милая, а то грохнешься с этой ношей, — тихо проговорила совсем рядом пожилая женщина, почти в самое ухо, когда вагон снова резко толкнулся вперёд, и горшок опасно накренился в сторону.
Алина судорожно перехватила скользкую от влаги поверхность керамики и подняла голову. Перед ней стояла маленькая пожилая женщина в аккуратном, хотя и старомодном драповом пальто, с глазами, полными такой проницательной ясности, что внутри у Алины что-то неприятно ёкнуло, словно холодком потянуло по спине.
— Простите меня, — выдохнула она, пытаясь устоять на месте, когда состав опять качнулся. — Автомобиль в ремонте стоит, а бросить эту вещь на работе никак нельзя было. Это подарок от начальства.
— Подарок, значит? — задумчиво проговорила старушка, переводя взгляд не на Алину, а на густые тёмно-зелёные листья растения, которые колыхались от движения поезда. — Тяжёлый он на вид, и явно не из простых.
В этот миг состав резко притормозил у платформы. Толпа пассажиров колыхнулась, как одна большая волна. Мужчина в пухлой куртке, стоявший рядом, навалился на Алину всем весом, и цветок в горшке выскользнул из её онемевших пальцев, устремляясь к грязному полу вагона. Но пожилая женщина с неожиданной ловкостью для своих лет подхватила его снизу.
— Держу его! — выдохнула она, но в следующую секунду охнула от боли. Острый край горшка задел её вязаную сумку, и из неё посыпалось содержимое: клубки шерсти, спицы для вязания, какие-то свёрнутые бумаги — всё это покатилось под ноги окружающим.
— Ой, нет! — Алина прижала растение к груди одной рукой, а другой попыталась схватить укатывающийся клубок. — Ради всего святого, извините меня, это всё по моей вине произошло.
— Не расстраивайся так, дорогая, — спокойно ответила бабушка, наклоняясь, чтобы поднять разбросанные спицы. Люди вокруг, как ни удивительно, немного расступились, создав небольшой свободный круг в этой давке часа пик.
— Позвольте, я вам помогу собрать всё, — предложила Алина и, кое-как пристроив растение в горшке на колени сидящему неподалёку молодому человеку, бросилась подбирать вещи. — Я ваши нитки запачкала в этой грязи, — добавила она, протягивая бабушке один из клубков.
Они вышли вместе на той же станции. Алина просто не могла отпустить пожилую женщину вот так, после всего случившегося.
— Давайте хотя бы до выхода вас провожу, — настаивала она, снова обнимая свой непослушный цветок. — Или такси для вас вызову? Меня, кстати, зовут Алина.
— Вера Андреевна меня зовут, — улыбнулась старушка. У неё была такая тёплая улыбка, что сеть морщин на лице сразу делала его уютным и близким. — Такси не надо, я живу неподалёку отсюда. А вот от чашечки чая в кафе наверху не откажусь, если у тебя найдётся время. И твоему растению передохнуть не помешает.
Вскоре они устроились в уютной маленькой кофейне прямо у выхода из метро. Алина, сама не понимая почему, ощущала потребность объяснить эту неловкую ситуацию.
— Это моя начальница подарила, — начала Алина, лениво помешивая ложкой в чашке с давно остывшим латте. — Елена Викторовна недавно пришла к нам, она как вихрь — всё перестраивает: логистику полностью поменяла, с поставщиками разобралась по-новому. А сегодня вызывает меня к себе и говорит: "Алина, ты у меня самая надёжная сотрудница. Этот цветок — редкий сорт, название я даже не запомнила толком". Говорит, он атмосферу в доме улучшает, отношения в семье укрепляет, велела поставить его в спальне.
Вера Андреевна не притрагивалась к своему чаю. Она внимательно смотрела на растение, поставленное на соседний столик. От него тянуло странным приторно-сладким запахом — будто переспелые фрукты смешали с чем-то химическим.
— Улучшает атмосферу? — тихо переспросила она. Затем протянула руку, но не прикоснулась к листьям, а просто провела ладонью в воздухе рядом с ними. — Елена твоя, значит, женщина властная? — спросила она, не отрывая глаз от цветка.
— Очень даже, — подтвердила Алина. — Она такая, что подавляет одним своим присутствием, но при этом щедрая. Вон, посмотрите, какой горшок дорогой выбрала.
Бабушка перевела взгляд на Алину.
— Ты добрая девушка, с открытой душой, — произнесла она. — А в глазах у тебя грусть прячется, даже когда улыбаешься. Но с этим цветком что-то нечисто, я чувствую.
— Что вы имеете в виду? — напряглась Алина.
— Не ставь его у себя дома, детка, — тихо, но твёрдо сказала Вера Андреевна, наклоняясь через столик. — Он мужиков из семьи гонит, разлад приносит.
Алина смущённо улыбнулась, но по спине пробежал неприятный озноб.
— Да ну что вы, Вера Андреевна, это же обычное растение, — возразила она. — Суеверия всякие, наверное. Мой Дмитрий на такие вещи вообще внимания не обращает.
— Мужчины не на растения смотрят, а на то, чем в доме веет, — отрезала бабушка. — Этот цветок несёт холод и отчуждение. Я жизнь прожила, травы и их свойства знаю. Это не простая зелень.
— Но я же не могу его просто выбросить, — растерянно ответила Алина. — Начальница потом спросит, она такая дотошная, обязательно проверит, может даже в гости заявится.
Вера Андреевна вздохнула и вытащила из кармана старый кнопочный телефон.
— Запиши мой номер, — предложила она. — Если на душе тяжело станет или заметишь что-то неладное, сразу звони.
Они попрощались. Алина записала номер, пообещав связаться, но, спускаясь обратно в переход с тяжёлым горшком, только устало усмехнулась про себя. Добрая женщина, но с причудами.
Домой она вернулась, когда часы показывали почти семь вечера. Руки ныли от усталости. В прихожей царила тишина, только из комнаты сына доносились звуки компьютерной игры. С кухни тянуло ароматом разогретого ужина — значит, муж пришёл раньше и уже поел.
— Я дома! — крикнула Алина, снимая сапоги.
Из кухни вышел Дмитрий. Он был ещё в офисной рубашке, но без галстука, с раздражённым выражением лица. В руке держал телефон, экран которого быстро погасил, заметив жену.
— Где ты пропадала так долго? — вместо приветствия спросил он. — Иван уроки не сделал, торчит в планшете весь вечер. Я думал, ты к шести уже будешь.
— Машина в сервисе, ты же в курсе, — ответила Алина, поднимая горшок с пола. — А я вот этот подарок с работы волокла через весь город.
— Это ещё что за уродец? — скривился Дмитрий. — У нас и так места кот наплакал. Куда ты его вообще собираешься ставить?
— Елена Викторовна подарила, сказала, для гармонии в доме, — объяснила Алина, пытаясь улыбнуться, и подошла ближе, чтобы поцеловать мужа в щёку. Но он слегка отстранился, делая вид, что смотрит на часы.
— Для гармонии, — хмыкнул он. — Лучше бы она премию выдала нормальную. От денег толку больше, чем от этой растительности.
— Ладно, поставлю куда-нибудь, чтобы не мешал, — ответила Алина, проглатывая обиду. В последнее время такие уколы и отстранённость стали обычным делом. Она прошла в спальню и водрузила тяжёлый керамический сосуд на комод напротив кровати. В дверях появился Иван. Сын был в пижаме с рисунками динозавров, растрёпанный, с заметными тенями под глазами.
— Мам, ты наконец пришла? — тихо спросил мальчик, входя в комнату. Лицо Алины сразу смягчилось.
— Привет, солнышко моё, — сказала она, приседая на корточки и обнимая сына. Он прижался к ней, уткнувшись носом в её пальто, от которого ещё пахло подземкой.
— Как день в школе прошёл? — спросила она, гладя его по спине.
— Нормально прошёл, — ответил Иван, косясь на дверь, за которой исчез отец. — Папа ругался, что я задачу не разобрал до конца. — А что это за растение такое? — поинтересовался он, подходя к комоду и трогая толстый мясистый лист.
— Подарок с моей работы, — объяснила Алина. — Тебе нравится?
Иван сморщил нос.
— Пахнет странно, как сироп от кашля, — заметил он.
— Ничего, со временем привыкнем, — сказала Алина, погладив сына по голове. — Иди зубы чистить, а я сейчас переоденусь и приду тебе почитать на ночь.
За ужином, который Алина ела одна, поскольку Дмитрий сказал, что уже сыт, она всё размышляла о словах Веры Андреевны. "Мужей из дома гонит". Глупости, конечно. Дмитрия гонит не цветок, а что-то иное, накопившееся между ними. Она постучала в дверь кабинета через час.
— Можно войти? — спросила Алина.
— Я занят сейчас, — донеслось из-за двери глухим голосом. — Отчёты по продажам висят, конец квартала на носу.
— Я просто хотела поговорить, может, в выходные куда-нибудь выберемся с Иваном, в парк прогуляемся или в кино сходим? — предложила она. За дверью повисла пауза, потом скрипнуло кресло.
— Посмотрим по обстоятельствам, — ответил Дмитрий. — У меня может быть встреча с подрядчиками. И вообще, Ивану математику подтягивать надо, а не по развлечениям бегать. Он отстаёт сильно.
— Он старается изо всех сил, — возразила Алина. — Ему просто нужно чуть больше твоего внимания, а не только замечаний.
— Я ради него вкалываю, — голос мужа стал резче. — Ради вас всех, чтобы были репетиторы, врачи, эта квартира. Алина, не заводи меня, я устал сегодня.
Она отошла от двери, проглотив ком в горле, и заглянула к Ивану. Сын уже спал, обхватив плюшевого медведя. Алина поправила одеяло и направилась в спальню. В комнате стоял густой, приторный дух от растения. Она распахнула окно для проветривания, но казалось, эта тягучая сладость уже пропитала шторы и весь воздух. Легла в постель, уставившись на тёмный силуэт растения в полумраке. Листья выглядели массивными, почти угрожающими.
Дмитрий пришёл спать далеко за полночь. Алина сделала вид, что спит. Она чувствовала, как муж лёг на самый край матраса, спиной к ней. Его телефон на тумбочке вдруг коротко завибрировал. Дмитрий тут же накрыл его рукой, потом тихо встал и вышел из комнаты. Алина открыла глаза. Сердце заколотилось чаще. Из коридора доносился приглушённый шёпот. Слова разобрать не удавалось, но тон был не деловым — это был голос мужчины, который оправдывался и что-то сулил. Но кому? Она перевернулась на другой бок и уставилась на цветок. В лунном свете его глянцевые листья поблёскивали, словно подмигивая. Сон не шёл всю ночь.
Утром Алина встала разбитая, с тяжёлой головой. Дмитрий уже ушёл, оставив на столе чашку с недопитым кофе. Иван собирался в школу.
— Мам, ты не заболела? — спросил он, завязывая шнурки.
— Нет, родной, просто не выспалась толком, — ответила она. — Беги, удачи на контрольной тебе.
Когда дверь за сыном закрылась, Алина вернулась в спальню. Запах от цветка стал ещё интенсивнее. Она подошла к комоду. Земля в горшке казалась странной — слишком плотной, как спрессованная глина. Вода, которую она налила вчера вечером, так и стояла лужицей сверху, не впитываясь.
— Ну уж нет, — пробормотала Алина. — Так ты у меня загнёшься через неделю. А Елена Викторовна меня тогда точно взгреет, если он завянет.
Надо было пересадить растение. Она принесла с балкона пакет с универсальным грунтом, расстелила старые газеты на полу в спальне и, надев перчатки для хозяйства, взялась за ствол.
— Ну-ка, выходи оттуда, — сказала она, потянув растение вверх и придерживая горшок ногами. Ком земли выходил туго. Корни вцепились в керамику, как будто приросли. Алина дёрнула посильнее. Раздался влажный чмокающий звук, и растение наконец вышло, осыпав газеты чёрными комьями.
— Боже, что за грунт такой? — удивилась она. — Сплошная глина какая-то.
Алина начала осторожно разминать корневую систему, освобождая корни. Пальцы наткнулись на что-то твёрдое — подумала, камень для дренажа. Она стряхнула землю. Это оказался не камень. Среди белых переплетённых корней, крепко их обхватывая, лежал гладкий чёрный пластиковый цилиндр размером с большой палец. Он был плотно запаян.
— Это ещё что за штука? — Алина замерла. Может, капсула с удобрением замедленного действия? Сейчас такие производят. Она с трудом выпутала предмет из корней. Он оказался увесистым. Протерев его тряпкой, Алина увидела, что пластик полупрозрачный. Внутри, под герметичным слоем, слабо пульсировал крошечный красный огонёк. Это точно не удобрение. Её бросило в жар.
Алина замерла, крепко сжимая в руке эту холодную, тяжёлую штуковину, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Первым импульсом было набрать мужу. "Смотри, что я обнаружила". Но она тут же одёрнула себя. Дмитрий наверняка фыркнёт: «Опять насмотрелась своих сериалов? Это же просто датчик влажности какой-то». И опять посмотрит на неё как на наивную дуру. Нет уж.
Алина подошла к столу, включила ноутбук. Руки слегка подрагивали. Она повертела цилиндр и на боку заметила едва видимую маркировку — ряд цифр и букв. Вбила это в поисковик. Первые результаты привели на китайские сайты. Алина включила переводчик. "Оборудование для мониторинга сетей. Модуль захвата данных Wi-Fi. Декодер сетей с независимым питанием".
Алина читала дальше, и холод, о котором упоминала Вера Андреевна, начал разливаться по телу. "Это даже не прослушка, — прошептала она в пустоту комнаты. — Это что-то гораздо хуже". На форуме по кибербезопасности нашлось описание похожего устройства. Оно маскируется под обычные вещи. Попадая в зону домашней сети Wi-Fi, подбирает пароли, перехватывает трафик, логины, пароли от банков, и данные уходят на удалённый сервер.
Алина отшвырнула цилиндр на стол, будто он был ядовитым. И тут же вспомнился вчерашний разговор с начальницей. "Алиночка, ты ведь у нас за поставки электроники отвечаешь, да? У тебя доступ к базе поставщиков высшего класса?" "Конечно, Елена Викторовна, это часть моей работы". "Отлично. Ты такая ценная сотрудница. Возьми этот цветок, пусть стоит у тебя дома. Лучше в спальне. Там тише всего, правда?"
Дома. В спальне. Где Алина часто сидела по вечерам с ноутбуком, когда Иван засыпал. Где телефон Дмитрия подключён к той же сети. "Она не просто так мне его вручила", — подумала Алина, закрывая рот ладонью. "Хочет пробраться к моей рабочей почте, к счетам фирмы, или..." Мысли вихрем кружились. А вдруг это касается Дмитрия? Он в строительной компании работает, и их фирмы иногда пересекаются по тендерам. Может, Елена роет под всех разом?
Продолжение :