– Всё не так, как ты думаешь, – голос Артёма звучал растерянно, почти виновато, и это только сильнее разозлило Настю.
Она стояла посреди кухни, сжимая телефон. Настя только что вернулась с работы и собиралась разогреть ужин в надежде, что сегодня он наконец приедет. А вместо этого увидела у подруги фотографию с корпоративного вечера в местном ресторане – и там, в кадре, ясно виднелся Артём, в том самом костюме, который она ему гладила перед «командировкой».
– Не так? – переспросила она, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело. – Ты мне три дня рассказывал, как вы там в Екатеринбурге презентации проводите, как поздно ложитесь, как устал... А сам, оказывается, в нашем городе, в ресторане с коллегами развлекаешься?
В трубке повисла пауза. Настя услышала, как он тяжело вздохнул.
– Я не хотел тебя волновать, – наконец выдавил он. – Там возникли проблемы с проектом, рейс отменили, пришлось остаться. Но я думал, завтра всё решится, и я прилечу.
– Артём, – Настя опустилась на стул, чувствуя, как ноги подкашиваются. – Ты мне вчера вечером звонил и говорил, что сидишь в гостинице, смотришь на огни какого-то екатеринбургского завода. Я тебе даже фото просила прислать – ты сказал, что телефон разряжается и потом пришлёшь. А сам был здесь.
Он снова замолчал. Настя представила, как он сидит сейчас где-то в своей машине или в офисе, хмурится, пытается придумать, что сказать.
– Прости, – тихо произнёс он. – Правда прости. Я не хотел врать. Просто... не знал, как объяснить.
– Как объяснить что? – голос Насти дрогнул. – Что ты мне врёшь уже не первый раз?
Это вырвалось само собой. Она не планировала говорить это сейчас, но слова вылетели, и отступать было поздно.
Артём снова вздохнул.
– Давай я приеду, и мы поговорим нормально. Я сейчас еду домой.
– Приезжай, – коротко ответила она и отключилась.
Настя положила телефон на стол и уставилась в окно. За стеклом был обычный вечерний город – машины, фонари, люди спешат по своим делам. Всё, как всегда. А внутри у неё будто что-то треснуло. Не громко, не с криком – тихо, но ощутимо.
Они с Артёмом были вместе восемь лет, из них пять в браке. Познакомились ещё в институте, на каком-то общем семинаре. Он тогда показался ей таким надёжным – высокий, спокойный, с тёплыми глазами и привычкой всегда держать слово. Когда он сделал предложение, она даже не сомневалась. Казалось, что так и будет – тихо, спокойно, по-домашнему.
Работа у Артёма была связана с разъездами – он занимался продажами в крупной компании, ездил по регионам, заключал контракты. Сначала командировки были редкими, потом чаще. Настя привыкла. Она работала бухгалтером в небольшой фирме, дома всё было на ней – уборка, готовка, счета. Но она не жаловалась. Думала, что так и должно быть – он зарабатывает, она держит тыл.
А потом начались странности. Сначала мелкие – он стал позже отвечать на сообщения, иногда телефон был выключен целый вечер. Потом появились эти «командировки», которые длились дольше обычного. Настя списывала всё на усталость, на стресс. Говорила себе, что он взрослый человек, что доверяет ему.
Но сегодня... Сегодня всё рухнуло.
Дверь открылась через час. Артём вошёл тихо, как всегда, когда чувствовал себя виноватым. Снял куртку, поставил портфель в угол.
– Привет, – сказал он, подходя к ней.
Настя сидела на диване, обхватив колени руками. Она не встала навстречу, как обычно.
– Привет, – ответила она спокойно.
Он сел рядом, не слишком близко. Посмотрел на неё долгим взглядом.
– Насть, я не хотел тебя обманывать. Правда. Просто в этот раз всё пошло не так, как планировали. Руководство решило провести встречу здесь, в городе, а не в Екатеринбурге. И я подумал... подумал, что, если скажу тебе, что остался, ты будешь волноваться, спрашивать, почему не приехал домой.
– То есть ты решил, что лучше соврать? – тихо спросила она.
– Да, – признался он. – Глупо, знаю. Но я устал, хотел просто отдохнуть хоть один вечер без объяснений.
Настя повернулась к нему.
– Артём, это уже не первый раз. Помнишь, в прошлом месяце ты якобы был в Самаре, а потом я видела в твоём телефоне билеты только туда? Ты сказал, что обратно поездом ехал. А позавчера – ты звонил и говорил, что в гостинице один, а на заднем плане слышала женский смех.
Он опустил глаза.
– Это была коллега, мы ужинали с командой.
– Коллега, – повторила Настя. – А почему ты не сказал, что ужинали?
– Потому что знал, что ты начнёшь ревновать, – честно ответил он. – И не хотел ссоры по телефону.
Она молчала. В комнате было тихо, только тикали часы на стене.
– Насть, – он взял её за руку. – Я люблю тебя. Правда люблю. Просто иногда... иногда мне нужно просто выдохнуть. Без вопросов, без контроля.
– Контроля? – она высвободила руку. – Я тебя контролирую?
– Нет, – быстро сказал он. – Не контролируешь. Но ты всегда спрашиваешь, где я, с кем, во сколько буду. И я понимаю, почему – ты волнуешься. Но иногда это давит.
Настя почувствовала, как в горле встал ком.
– Давит? – переспросила она. – То есть, когда я жду тебя, готовлю ужин, волнуюсь, спишь ли ты в гостинице один – это давит?
– Не так, – он покачал головой. – Я не то имел в виду.
– А что ты имел в виду? – тихо спросила она.
Он долго смотрел на неё, потом встал и прошёлся по комнате.
– Я не знаю, Насть. Иногда мне кажется, что мы слишком привыкли друг к другу. Что всё стало... обыденным. И эти командировки – они как отдушина. Там я другой, там нет быта, нет ответственности.
Настя почувствовала холод внутри.
– То есть дома ты чувствуешь ответственность, а там – нет?
– Не так, – снова повторил он. – Просто там всё проще.
Она встала, подошла к окну. За стеклом шёл мелкий дождь, фонари отражались в лужах.
– Артём, – сказала она, не оборачиваясь. – Я не знаю, что думать. Ты врёшь мне, скрываешь, где ты, с кем ты. А теперь говоришь, что дома тебе тяжело.
– Я не говорил тяжело, – возразил он.
– Говорил, – тихо ответила она. – Просто, другими словами.
Он подошёл сзади, хотел обнять, но она отстранилась.
– Давай спать, – сказала Настя. – Утро вечера мудренее.
Они легли в постель, но никто не спал. Настя лежала на своём краю, глядя в темноту. Артём тоже не шевелился. Она слышала его дыхание – ровное, но не спокойное.
Утром он ушёл на работу рано, поцеловал её в щёку, как обычно. Настя осталась дома – взяла отгул, сказала, что плохо себя чувствует. Начальница не возражала.
Она сидела на кухне с чашкой чая, который давно остыл. В голове крутились мысли одна за другой. Врать о командировках – это уже не мелочь. Это система. А если система – значит, есть причина.
Настя взяла телефон, открыла его переписку в мессенджерах – он не ставил пароль, доверял. Она никогда раньше не проверяла. Но сегодня... сегодня всё было иначе.
Сначала ничего подозрительного – рабочие чаты, друзья, мама. А потом – переписка с женщиной по имени Лена. Коллега, судя по всему. Начиналось всё невинно – обсуждение работы, потом шутки, потом личное.
«Ты сегодня был неотразим на встрече :)»
«Спасибо, ты тоже выглядела потрясающе»
«Жаль, что завтра опять разъезжаемся»
«Но ведь мы ещё увидимся в пятницу?»
Настя пролистывала выше. Переписка длилась уже несколько месяцев. Ничего откровенного, но тон... тон был не рабочий. Флирт. Точно флирт.
Она закрыла телефон, чувствуя, как сердце стучит в висках.
Вечером Артём пришёл домой с цветами – большой букет роз, её любимых.
– Мир? – спросил он с надеждой.
Настя посмотрела на цветы, потом на него.
– Мир, – ответила она. – Пока.
Но внутри она уже знала – это только начало. И то, что она увидела случайно на следующей неделе, перевернёт всё с ног на голову...
– Артём, ты опять в командировку? – спросила Настя, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё сжималось от предчувствия.
Он стоял в коридоре, завязывая галстук перед зеркалом. Утро было обычным – кофе уже остывал в чашках, на плите шипела яичница, которую она готовила, пока он собирался.
– Да, на пару дней, – ответил он, не оборачиваясь. – В Нижний. Там клиент важный, нужно лично встретиться.
Настя кивнула, помешивая яйца на сковородке. После того разговора прошло две недели. Они вроде бы помирились – он принёс цветы, извинился, пообещал, что больше не будет скрывать. Она поверила. Хотела поверить. Но где-то в глубине души остался осадок – тонкий, но ощутимый.
– Позвонишь вечером? – спросила она, ставя тарелку перед ним.
– Конечно, – он улыбнулся, быстро поцеловал её в щёку и схватил портфель. – Не скучай.
Дверь закрылась, и Настя осталась одна. Она медленно доела завтрак, потом убрала со стола, включила посудомойку. День тянулся привычно – работа, отчёты, звонки. Но мысли всё время возвращались к той переписке с Леной. Она не сказала ему, что видела. Решила, что если он сам всё исправит, то и говорить не о чём.
Вечером он позвонил, как обещал.
– Привет, родная, – голос был бодрым. – Только заселился в гостиницу. Устал страшно, но всё нормально.
– Хорошо, – ответила Настя. – Отдыхай.
Они поговорили недолго – о мелочах, о погоде, о том, что она приготовила на ужин. Он сказал, что завтра ранняя встреча, и пожелал спокойной ночи.
Настя легла спать с ощущением, что всё в порядке. Но на следующий день всё изменилось.
Это случилось случайно. Она вышла с работы пораньше – начальник отпустил, дел было немного. Решила пройтись по центру, зайти в любимое кафе, купить себе что-нибудь вкусное. День был солнечным, редким для осени, и настроение немного поднялось.
Она шла по знакомой улице, мимо витрин, когда вдруг увидела его. Артём. Он выходил из ресторана, смеясь, в компании женщины. Высокая, стройная, с тёмными волосами до плеч. Лена – Настя узнала её сразу по фото из переписки, которое он когда-то ставил в рабочий чат.
Они стояли на крыльце, он помогал ей надеть пальто, потом взял за руку – легко, естественно, как будто это было привычным жестом. Лена что-то сказала, он рассмеялся, наклонился и поцеловал её. Не в щёку. В губы.
Настя замерла посреди тротуара. Люди обходили её, кто-то даже толкнул плечом, но она не шевелилась. Мир вокруг будто замедлился. Она видела, как они идут по улице, рука в руке, как он открывает ей дверь машины – не своей, другой, видимо, арендованной.
Сердце стучало так громко, что заглушало шум города. Настя сделала шаг назад, прислонилась к стене дома. Пальцы похолодели, в глазах защипало.
Это была не случайная встреча. Не коллега. Это было... свидание. Настоящее.
Она не помнила, как дошла до дома. Ноги несли сами. В квартире она села на диван, уставившись в одну точку. Телефон лежал рядом, но она не звонила. Не кричала. Просто сидела.
Вечером он позвонил снова.
– Насть, привет, – голос был таким же бодрым. – Как день прошёл?
– Нормально, – ответила она тихо. – А у тебя?
– Встречи, переговоры... Устаю, но всё идёт хорошо. Скоро домой.
– Хорошо, – повторила она. – Спокойной ночи.
Она отключилась и долго сидела в темноте. В голове крутилась одна мысль: сколько это длится? Месяцы? Годы?
На следующий день он вернулся. Вошёл с улыбкой, с пакетом из дьюти-фри – шоколадки, её любимые.
– Скучала? – спросил, обнимая.
Настя отстранилась.
– Артём, – сказала она спокойно. – Нам нужно поговорить.
Он замер, глядя на неё.
– Что случилось?
Она взяла телефон, открыла фото – она сделала его вчера, издалека, но лица были видны ясно.
– Это ты? Вчера? В центре?
Его лицо изменилось. Сначала побледнело, потом покраснело.
– Насть... – начал он.
– Не надо, – она подняла руку. – Просто скажи правду. Сколько это длится?
Он сел на стул, опустив голову.
– Полгода, – тихо сказал. – Примерно.
Полгода. Настя почувствовала, как внутри что-то оборвалось.
– Полгода ты мне врёшь о командировках. Полгода встречаешься с ней.
– Не встречаюсь, – он поднял глаза. – Это... не серьёзно. Просто... увлёкся.
– Увлёкся, – повторила она. – А я что? Ждала, готовила, волновалась. Думала, что у нас семья.
– У нас семья, – быстро сказал он. – Я люблю тебя, Насть. Правда. Это была ошибка. Глупость. Я всё закончу.
Она посмотрела на него долгим взглядом.
– Закончишь? – спросила тихо. – А если бы я не увидела? Продолжал бы?
Он молчал.
– Продолжал бы, – ответила она сама.
Настя встала, прошла в спальню, начала собирать его вещи. Не кричала, не плакала. Просто складывала рубашки, костюмы в чемодан.
– Что ты делаешь? – он вошёл следом.
– То, что должна была сделать раньше, – ответила она. – Ты уезжаешь.
– Насть, подожди, – он схватил её за руку. – Давай поговорим. Я всё исправлю.
– Исправишь? – она повернулась к нему. – Как? Вернёшь время? Вернёшь доверие?
Он опустил руку.
– Я не хочу терять тебя.
– А я не хочу жить с человеком, который мне врёт, – тихо сказала она. – И изменяет.
Они стояли молча. Потом он кивнул.
– Я соберу вещи.
Он ушёл к другу на пару дней. Сказал, что даст ей время подумать. Но Настя уже думала. Ночью она не спала, вспоминая все эти месяцы – его поздние возвращения, отговорки, холодность в постели.
Утром она позвонила подруге.
– Катя, – сказала Настя. – Мне нужна помощь. Юрист. По разводу.
Подруга молчала секунду, потом ответила:
– Конечно. Я знаю хорошего.
Настя положила трубку и впервые за эти дни заплакала. Не громко. Тихо, уткнувшись в подушку.
Через неделю Артём пришёл снова. С цветами, с глазами, полными раскаяния.
– Насть, я всё закончил. С ней. Правда. Давай начнём заново.
Она посмотрела на него.
– Заново? – спросила. – На лжи?
– Нет, – он покачал головой. – Я обещаю.
Но она уже знала ответ.
– Артём, – сказала Настя. – Я подала на развод.
Его лицо изменилось. Он хотел что-то сказать, но она продолжила:
– Я не могу больше. Не могу доверять. А без доверия... что у нас остаётся?
Он долго смотрел на неё, потом кивнул.
– Я понимаю, – тихо сказал. – Прости меня.
Он ушёл. Дверь закрылась тихо, без хлопка.
Настя осталась одна в квартире, которая вдруг стала слишком большой. Она сидела на диване, глядя в окно. За стеклом шёл снег – первые пушистые хлопья.
Она не знала, что будет дальше. Но знала одно – это конец. И, возможно, начало чего-то нового.
Но то, что она нашла потом в его старом портфеле, перевернуло всё окончательно...
Настя сидела за кухонным столом, разложив перед собой содержимое старого портфеля Артёма. Она нашла его случайно, когда убирала шкаф – он забыл забрать некоторые вещи, и портфель стоял в углу, покрытый тонким слоем пыли. Сначала она хотела просто отложить его в сторону, но потом что-то заставило открыть замок.
Внутри были рабочие бумаги, старые контракты, блокнот с записями. А потом – пачка писем. Не электронных, а настоящих, написанных от руки на плотной бумаге. Конверты были без адреса отправителя, но почерк был женский, аккуратный, с завитками.
Она достала первое письмо, датированное два года назад. Сердце сжалось.
«Милый мой, спасибо за вчерашний вечер. Я до сих пор чувствую твой запах на своей коже. Когда ты снова приедешь?»
Настя пролистала дальше. Письма были от Лены – той самой. Но не только от неё. Были и другие – от женщины по имени Ольга, год назад. И ещё одно, совсем старое, от кого-то по имени Света.
Не полгода. Не год. Годы.
Она сидела долго, перечитывая строки. Не было грубых слов, только нежность, воспоминания о встречах, о ночах в гостиницах, о том, как он обещал каждой, что скоро всё изменится. Что он уйдёт от жены. Что любит по-настоящему.
Настя не плакала. Слёзы кончились ещё на прошлой неделе. Она просто сложила письма обратно, закрыла портфель и поставила его у двери – пусть заберёт, когда придёт за остальными вещами.
Артём появился через пару дней. Позвонил в дверь осторожно, как будто боялся, что она не откроет.
– Насть, можно войти? – спросил он тихо.
Она открыла. Он стоял в коридоре, с усталым лицом, в том самом пальто, в котором она видела его с Леной.
– Заходи, – сказала она. – Вещи твои у двери.
Он прошёл, увидел портфель, замер.
– Ты... смотрела?
– Да, – спокойно ответила Настя. – Два года, Артём. Может, больше. Сколько их было?
Он опустился на стул, закрыл лицо руками.
– Я не знаю, как объяснить, – прошептал он. – Это не то, что ты думаешь.
– А что я думаю? – спросила она. – Что ты систематически мне изменял? Что все эти командировки были прикрытием? Что ты жил двойной жизнью?
Он молчал.
– Я любил тебя, – наконец сказал он. – По-настоящему. Но... со временем всё стало таким привычным. Я не чувствовал себя живым. А там, в разъездах... там было по-другому.
– По-другому, – повторила Настя. – Легче. Без ответственности.
– Может быть, – признался он. – Я не горжусь этим. Правда не горжусь.
Она посмотрела на него долгим взглядом. Когда-то этот человек был всем её миром. Она планировала с ним детей, старость, всё. А теперь он сидел напротив – чужой.
– Знаешь, – тихо сказала Настя, – я долго думала, почему не замечала раньше. И поняла. Я доверяла. Полностью. А ты этим пользовался.
Артём поднял глаза. В них было раскаяние, но она уже не верила.
– Я могу измениться, – сказал он. – Если дашь шанс.
– Шанс? – она покачала головой. – На что? На то, чтобы снова ждать, когда ты «в командировке»? На то, чтобы притворяться, что ничего не было?
Он встал, подошёл ближе.
– Насть, мы столько лет вместе...
– Именно поэтому, – ответила она. – Столько лет – и всё это время ложь.
Он взял портфель, постоял ещё минуту.
– Прости меня, – тихо сказал. – Если сможешь когда-нибудь.
– Не смогу, – честно ответила Настя. – И не хочу.
Дверь закрылась за ним тихо. Настя осталась одна.
Развод прошёл спокойно. Без скандалов, без делёжки имущества – у них не было детей, квартира была её довоенной, машина – его. Они просто подписали бумаги у нотариуса, и всё.
Подруги поддерживали. Мама приезжала, готовила борщ, обнимала молча. Настя вернулась к работе, даже взяла новый проект – больше ответственности, больше отвлечения.
Сначала было пусто. Вечера длинные, постель холодная с одной стороны. Она гуляла по городу, заходила в те кафе, где они когда-то бывали вдвоём, и удивлялась – ничего не болело так сильно, как ожидала.
Прошёл месяц. Потом второй.
Однажды вечером она сидела на балконе с чашкой чая, глядя на огни города. Телефон вибрировал – сообщение от Кати, подруги.
«Привет! Завтра в наше кафе собираемся, приходи. Там один парень будет – коллега моего мужа, нормальный такой. Не для знакомства, просто посидим компанией.»
Настя улыбнулась. Раньше бы отказалась. А теперь ответила:
«Приду.»
Она не знала, что будет дальше. Может, ничего. Может, просто приятный вечер. Но впервые за долгое время внутри появилось что-то лёгкое – не надежда даже, а просто спокойствие.
Жизнь продолжалась. Без него. И это было нормально.
Настя встала, закрыла балконную дверь. В квартире было тихо, но уже не пусто. Это был её дом. Её пространство. Её новая глава. И она знала – справится.
Рекомендуем: