— Ты правда думаешь, что я собираюсь всю молодость горшки за тобой выносить? — голос Алины звенел, отлетая от бетонных стен модного лофта. — Кому ты нужен такой? Твои клиенты разбегутся, как только увидят, что директор пускает слюни в кресле! Я отсужу эту квартиру за моральный ущерб, а ты поедешь жить в офис!
Максим молчал. Он сидел в инвалидном кресле у панорамного окна, глядя на город, который еще полгода назад лежал у его ног. Жена думала, что он сломлен. Она не знала одного: чувствительность к ногам вернулась три дня назад. И слух у него был отличный — особенно когда она шепталась по телефону в ванной.
***
Все началось банально и стремительно. Максим, владелец процветающей компании «ЕвроОкна», искал менеджера по работе с дизайнерами. Алина вошла в кабинет, и он забыл, какие вопросы планировал задать. Яркая, дерзкая, с дипломом дизайнера интерьеров и взглядом хищницы, который Максим принял за целеустремленность.
— Почему ушли с прошлого места? — спросил он тогда, стараясь не слишком откровенно любоваться кандидаткой.
— Муж настоял, — грустно вздохнула Алина, поправляя локон. — Хотел, чтобы я была домохозяйкой. А потом нашел другую и выставил меня ни с чем.
Она лгала. Виртуозно, глядя прямо в глаза. На самом деле бывший выгнал её, узнав о бурных изменах с его же другом, а с работы её «попросили» за прогулы. Но Максим, очарованный образом невинной жертвы, этого не знал. Он увидел женщину, которую захотелось спасти.
Взял её в штат, дал зарплату выше рыночной. Через неделю пригласил на ужин. Через месяц сделал предложение. Друзья крутили пальцем у виска:
— Макс, ты чего? Куда гонишь? Ты её без макияжа хоть раз видел?
— Это судьба, — отмахивался он. — Я чувствую.
За неделю до свадьбы Максим сделал широкий жест — купил просторный лофт в элитном ЖК с видом на парк. Покупал «под ключ», с дизайнерским ремонтом и мебелью, чтобы сразу после ЗАГСа привезти туда молодую жену.
— Это наше гнездышко, — шептал он, внося Алину на руках в квартиру. — Только ты и я.
Свадьба была роскошной. Огненное шоу, ресторан высшего класса, сотни гостей. Алина сияла, принимая комплименты, особенно от Вадима — партнера и лучшего друга Максима.
Трагедия случилась по дороге в аэропорт. Пьяный водитель на встречке, удар, визг тормозов и темнота.
Максим очнулся в реанимации.
— Жить будете, — сухо сказал врач, глядя в карту. — Но позвоночник поврежден. Нижняя часть тела парализована. Прогнозы давать рано, но готовьтесь к долгой реабилитации. Годы, Максим Сергеевич. Годы.
Алина стояла рядом, комкая в руках дорогой платок. В её глазах Максим не увидел ни сочувствия, ни любви. Там был страх. Страх того, что красивая жизнь закончилась, не успев начаться.
Первые два месяца были адом. Максим учился жить заново, сцепив зубы от боли и унижения. Алина брезгливо морщилась, подавая ему воду, и все чаще исчезала из дома под предлогом «дел фирмы».
— Я не могу все тянуть одна! — истерила она по вечерам. — Мне нужно развеяться!
Дела фирмы тем временем взял на себя Вадим. Он стал частым гостем в их лофте. Слишком частым.
— Как там наш «овощ»? — услышал однажды Максим голос Вадима из гостиной. Дверь в спальню была приоткрыта.
— Надоел до смерти, — лениво ответила Алина. — Сиделка есть, а он требует внимания. Вадик, когда это закончится? Я не хочу быть сиделкой при инвалиде.
— Потерпи, малышка. Сейчас переоформим пару контрактов на мою новую ООО, пока он не вникает, и тогда...
— А квартира?
— С квартирой сложнее, но придумаем что-нибудь. Скажешь, что деньги на ремонт дала ты. Или я подтвержу, что занял тебе крупную сумму до свадьбы на покупку мебели.
В тот момент Максим умер второй раз. И второй раз воскрес — уже другим человеком. Холодным и расчетливым.
Он начал тайком заниматься. Через боль, через пот, когда Алина уезжала на «фитнес» с Вадимом. Он вызвал юриста на дом, пока жены не было. Он проверил счета компании и увидел, как Вадим выводит активы. Но он молчал. Ждал.
Развязка наступила через полгода. Максим, якобы все еще беспомощный, попросил отвезти его в офис — «просто подписать бумаги». Вадим и Алина переглянулись с ухмылкой, но согласились.
В конференц-зале, где собрались ключевые сотрудники, Максим подъехал к столу.
— Я инициирую аудиторскую проверку, — громко и четко произнес он. — Вадим, ты отстранен от управления за финансовые махинации. Доказательства уже в прокуратуре.
Вадим побледнел. Алина вспыхнула:
— Да ты с ума сошел! Ты же ничего не соображаешь! Мы старались ради тебя!
— Ради меня вы спали в моей постели и воровали мои деньги? — Максим посмотрел на жену тяжелым взглядом. — Я подаю на развод. Вон отсюда. Оба.
Скандал дома был грандиозным. Именно тогда Алина и прокричала угрозы, пообещав оставить его без жилья.
Суд по разделу имущества длился три месяца. Алина наняла дорогого адвоката.
— Ваша честь! — патетично восклицал защитник. — Моя клиентка вложила в это жилье все свои сбережения! Квартира была куплена для семьи! Более того, господин Вадим К. готов подтвердить под присягой, что передал Алине крупную сумму наличными именно на покупку доли в этой недвижимости!
Судья, пожилая женщина с уставшим лицом, поправила очки и взяла в руки документы.
— Истец утверждает, что квартира является совместно нажитым имуществом?
— Именно так! Фактически брачные отношения начались задолго до регистрации!
— Хорошо, — кивнула судья. — Смотрим документы. Договор купли-продажи недвижимости от 10 июля. Свидетельство о праве собственности от 15 июля. А свидетельство о регистрации брака... — она сделала паузу, — от 20 августа.
В зале повисла тишина.
— Согласно Семейному кодексу РФ, имущество, приобретенное до вступления в брак, является личной собственностью супруга. Что касается «вложений» и показаний свидетеля... У вас есть чеки, банковские переводы от истицы на счет продавца квартиры?
— Нет, передача была наличными... — адвокат Алины сдулся.
— Без документального подтверждения это голословные утверждения. К тому же, квартира была приобретена с отделкой, что отражено в акте приема-передачи. В иске отказать. Квартира остается за ответчиком.
Алина выбежала из зала суда, не глядя на бывшего мужа. Вадим к тому времени уже был под следствием по делу о коммерческом мошенничестве и ему было не до любовных интриг.
Максим выехал из здания суда на коляске, но у машины его ждал не водитель, а реабилитолог.
— Ну что, Максим Сергеевич, попробуем?
Мужчина уперся руками в подлокотники. Ноги дрожали, но держали. Он сделал шаг. Потом второй. Тяжело, неуклюже, но сам.
Спустя год Максим уже ходил без трости. Бизнес пришлось восстанавливать долго, но чистка пошла на пользу. Алину он больше не видел — слышал только, что она пытается устроиться администратором в салон красоты и ищет нового мужа. Но теперь Максим знал цену красивой обертке и в людях разбирался куда лучше.