Леса Ленинградской области до сих пор хранят кошмарные тайны лихих 90-х. Почему простые грибники и туристы находили здесь трупы, прозванные «подснежниками», как областной криминал воевал с питерским и кто стал победителем в этой кровавой войне за бизнес и власть?
Зарождение бандитского порядка и ключевые группировки
Конец 1980-х и 1990-е годы в Санкт-Петербурге и Ленинградской области стали временем криминального хаоса, формировавшегося на фоне тяжёлого экономического кризиса и развала государственных институтов. На улицах не были редкостью перестрелки между враждующими группировками.
Криминальную карту региона формировали несколько крупных ОПГ, в основном состоявших из приезжих спортсменов и авторитетов. Центром формирования многих из них стал знаменитый ресторан «Роза Ветров» на Московском проспекте Ленинграда.
- «Великолукская» ОПГ: Самая влиятельная группировка начала 1990-х, созданная братьями Николаем («Степаныч») и Виктором Гавриленковыми. Начинали с контроля игорного бизнеса, проституции и «эмигрантского налога» — поборов с евреев, уезжавших в Израиль. Имели обширный легальный бизнес: магазины, рестораны, фирмы по недвижимости.
- «Тамбовская» ОПГ: Изначально «тамбовцы» входили в бригаду «великолукских», но после выхода из тюрьмы их лидера Владимира Кумарина (Барсукова) в 1993 году отделились. Впоследствии стали самой мощной преступной силой в регионе, а Кумарин получил прозвище «ночной губернатор» Петербурга.
- «Малышевская» ОПГ: Группировка под руководством Александра Малышева, объединившая различные «территориальные» и этнические бригады. Являлась главным конкурентом «тамбовских» на раннем этапе. Конфликт между ними начался с драки за контроль над рынком в Девяткино в декабре 1988 года.
- Другие группировки: В регионе действовали и другие ОПГ, такие как «Кингисеппская», «Казанские» и «Жилка».
Сфера интересов: что делили бандиты
Криминальный бизнес в Ленинградской области имел свою специфику, дополняя городские схемы:
- Контроль над трассами и приграничными зонами: Важнейшим активом был контроль над трассой Выборг–Ленинград и предприятиями вдоль неё, а также над нелегальными каналами перемещения товаров и людей.
- «Тихая» утилизация: Обширные и малонаселённые лесные массивы области использовались как места для сокрытия тел, что породило мрачный термин «подснежники» — так называли трупы, часто убитых бизнесменов, которые находили грибники и туристы после таяния снега.
- Сырьевой и промышленный рэкет: Бандиты брали под контроль лесозаготовки, карьеры, мелкие и средние заводы в городах области.
- Общегородские схемы, действовавшие и в Петербурге: рэкет, вымогательство у кооператоров и фарцовщиков, контроль игорного бизнеса и проституции, рейдерские захваты недвижимости.
Великая бандитская война: Ленобласть против Петербурга
Ключевым конфликтом, определившим расклад сил, стала война между «великолукскими» и «тамбовскими» в 1994–1995 годах. Формальным поводом послужил конфликт из-за многомиллионной партии беспошлинного испанского вина, завезённой к Играм Доброй Воли.
«Тамбовцы», отстаивавшие свои интересы, начали активное наступление:
- Летом 1994 года в Венгрии были убиты два авторитета «великолукских».
- 30 июня 1995 года был застрелен лидер «великолукских» Николай Гавриленков («Степаныч»).
- Вскоре был убит и его брат Виктор, что ознаменовало разгром группировки.
Победа в этой войне позволила «Тамбовской» ОПГ стать доминирующей силой не только в Петербурге, но и распространить своё влияние на ключевые направления Ленинградской области, подчинив или поглотив более мелкие местные группировки. Сферы влияния делились не столько по географическим картам, сколько по отраслям бизнеса и контрольным точкам (рынки, трассы, порты).
Итоги и последствия эпохи
К началу 2000-х волна открытого бандитизма пошла на спад. Многие лидеры 1990-х были убиты, как братья Гавриленковы, или получили длительные тюремные сроки, как Владимир Кумарин.
Однако созданные в ту эпоху криминально-бизнес-структуры, модели «крышевания» и связи между организованной преступностью, бизнесом и властью оказали долгосрочное влияние на экономику и общество всего Северо-Западного региона.
Леса Ленинградской области, ставшие в 1990-е немыми свидетелями и последним пристанищем в криминальных разборках, до сих пор напоминают о цене, которую заплатило общество за переходную эпоху.