Одно десятилетие. Около шести тысяч погибших только в одном городе — такая оценка масштаба трагедии принадлежит писателю Андрею Константинову, автору «Бандитского Петербурга».
1990-е в Северной столице — это не просто фон для криминальных историй. Это была самая настоящая война за территории, сферы влияния и деньги. Война, где противостояние «тамбовских» и «малышевских» было лишь главным, но далеко не единственным фронтом.
Война, где уличные перестрелки стали обыденностью, а заказные убийства — повседневным инструментом бизнеса и политики. Давайте попробуем восстановить хронику этого темного времени, понять его логику и узнать, почему столь многие дела той эпохи до сих пор остаются в тени.
Истоки и главный фронт: «тамбовские» vs «малышевские»
Корни конфликта уходят в конец 1980-х, к стихийному рынку у платформы Девяткино. Именно там в 1988 году произошла первая крупная разборка между будущими «малышевскими» и бригадой, из которой позже выросли «тамбовские».
С этого момента две группировки, стремительно набиравшие силу на волне хаоса, стали непримиримыми соперниками. Их модели были разными: «тамбовские» под руководством Владимира Кумарина (Барсукова) выстроили жесткую иерархию, а «малышевские» во главе с Александром Малышевым действовали как «зонтичный бренд» для автономных бригад. Это предопределило исход: к концу 90-х более сплоченные «тамбовские» одержали верх, а Малышев был вынужден уехать в Испанию.
Ключевым событием в этой войне стало дерзкое покушение на Владимира Кумарина 2 июня 1994 года. Его автомобиль был расстрелян на Петроградской стороне. Кумарин чудом выжил, но лишился руки. Это нападение, по мнению многих, было местью со стороны конкурентов и показало, на какой уровень жестокости поднялись разборки.
Хроника резонанса: убийства, которые потрясли город
Помимо внутренних разборок, криминальные войны выплескивались наружу, унося жизни бизнесменов, политиков и случайных людей. Петербург получил репутацию криминальной столицы.
- Август 1997 года. На углу Невского проспекта и улицы Рубинштейна снайпер с чердака расстрелял автомобиль вице-губернатора Михаила Маневича. Чиновник, курировавший инвестиции, погиб. Убийство до сих пор официально не раскрыто, хотя его связывают с группировкой Айрата Гимранова, действовавшей по заказам.
- Июль 1999 года. На Университетской набережной из гранатометов и автоматов был расстрелян бронированный джип бизнесмена Павла Капыша. Использование армейского оружия в центре города шокировало всех. Следствие связало это преступление с борьбой за топливный рынок и «тамбовской» ОПГ.
- Ноябрь 1998 года. В подъезде собственного дома была застрелена депутат Госдумы Галина Старовойтова. Это одно из самых громких политических убийств в новой России. Хотя исполнители и организаторы были осуждены, заказчик так и не был окончательно установлен, а в 2019 году к организации этого убийства был привлечен и Владимир Кумарин.
Эти эпизоды — лишь вершина айсберга. Только по официальным, вероятно заниженным данным, с 1997 по 2000 год в городе было совершено 3444 убийства.
Роль киллеров: от «спецов» до беспредельщиков
Исполнением занимались профессионалы. Банды киллеров формировались из бывших военных, спортсменов, сотрудников силовых структур. Одна из самых масштабных групп, связанная с Константином Яковлевым (Костя Могила) и Владимиром Кулибабой, подозревается в 25 заказных убийствах. Действовала и банда Айрата Гимранова — бывшего десантника, чьи люди проходили подготовку на полигонах и отличались особой жестокостью.
Но был и «беспредел» — ситуации, когда убийства совершались непрофессионалами внутри самих группировок из-за конфликтов, измены или желания захватить власть. Например, в 1994-1995 годах члены «малышевской» ОПГ убивали своих же соратников, подозреваемых в смене бригады или излишней разговорчивости.
Нераскрытые дела и уроки войны
Почему тысячи убийств 90-х остались нераскрытыми? Бывшие оперативники называют несколько причин:
- Чудовищная нагрузка: В день происходило по 4-7 убийств, физически не хватало следователей.
- «Глухари» по умолчанию: Преступления внутри преступного мира редко расследовались, так как потерпевшие в лице бандитов в милицию не обращались.
- Отсутствие технологий: Не было ни повсеместного видео, ни ДНК-анализа, ни возможности легко отследить связи и перемещения.
- Коррупция и давление: На многие дела влияли заказчики или сами группировки через подкупленных чиновников.
Лишь сейчас, спустя 25-30 лет, Следственный комитет активно возвращается к тем делам. Раскрытию способствуют современные технологии и, что немаловажно, показания самих постаревших бандитов, готовых «покаяться» или сдать бывших соратников. Только в Петербурге над архивом из 2,2 тысяч нераскрытых убийств прошлых лет работает специальная группа следователей.
Главный вывод, который сделали сами группировки из периода войн, — невыгодность публичного насилия. К началу 2000-х открытые перестрелки и показательные убийства пошли на спад.
Криминальный бизнес стал более тихим, ушел в тень, в легализацию и экономические преступления. Война «понятий» уступила место холодной, прагматичной игре, где главным оружием стали не автоматы, а финансовые схемы и коррупционные связи. Но тень тех «лихих» лет до сих пор лежит на городе, напоминая о цене, которую общество заплатило за рождение нового порядка.
Как вы считаете, возвращение следствия к громким делам 90-х спустя десятилетия — это восстановление исторической справедливости и попытка поставить точку в той эпохе, или такие процессы уже потеряли реальный смысл для общества, превратившись в формальность?
(Никита Алексеев, lenpanorama.ru)
Наш блог независим и существует только благодаря поддержке читателей. Если вам нравится наш контент, пожалуйста, рассмотрите возможность сделать небольшой донат на развитие проекта.