Я открываю глаза и первая мысль — «лучше бы я сдох во сне». В комнате воняет перегаром и какими-то дешевыми сигаретами, хотя я не курю. В горле пустыня, но это фигня. Настоящий ад начинается, когда я нащупываю телефон. Я боюсь разблокировать экран. Пальцы дрожат, а в груди такой холод, будто туда залили жидкий азот. Это он. Тот самый липкий, парализующий стыд, от которого хочется содрать с себя кожу. Десять исходящих бывшей. О боже, нет. Последний звонок длился 15 минут. Что я там нес? Я помню только обрывки: как я рыдал в трубку, обвинял её во всех своих грехах, а потом умолял вернуться. Я помню её холодный, брезгливый голос. Она теперь точно знает, что я — дно. Минус 45 тысяч. За одну ночь. Списания в каком-то сомнительном баре, потом три перевода подряд какому-то «арсену». Я вспомнил: мне казалось, что я «король вечеринки», я угощал каких-то типов, которых видел первый раз в жизни, чтобы они просто со мной поговорили. Я пропил деньги, которые откладывал на аренду квартиры. Завтра хо