Я сидела в приёмной, когда он вышел из кабинета с очередным клиентом. Проводил до лифта, вернулся, бросил мне на стол папку.
— Света, распечатайте договор в трёх экземплярах. И кофе принесите, пожалуйста.
— Сейчас сделаю, Игорь Михайлович.
Он скрылся в кабинете, а я открыла папку. Договор был составлен криво — пропущены пункты, суммы не сходились, реквизиты указаны не полностью. Я вздохнула. Опять придётся переделывать, иначе клиент вернётся с претензиями.
Постучала в дверь, зашла с отредактированным вариантом.
— Игорь Михайлович, тут ошибки были. Я исправила, проверьте, пожалуйста.
Он взглянул на документ, поморщился.
— Какие ошибки? Всё было нормально.
— Реквизиты банка неполные, сумма в пункте четыре не совпадает с общей суммой, а в приложении пропущен график платежей.
— Ну и что? Потом допишем.
— Игорь Михайлович, клиент подпишет, потом начнутся проблемы. Лучше сейчас исправить.
Он отложил бумаги, посмотрел на меня оценивающе.
— Света, вы секретарь. Ваша задача — печатать то, что я даю, а не указывать мне на ошибки. Понятно?
Я сжала пальцы на папке.
— Понятно. Просто хотела помочь.
— Помогайте в рамках своих обязанностей. Вы максимум секретарша. Не забывайте об этом.
Слова били как пощёчина. Я кивнула, развернулась и вышла. Села за стол, уставилась в монитор. Внутри всё кипело, но я молчала. Работа нужна — ипотека, мать на лечении, сыну на секции платить.
Вечером приехала домой, упала на диван. Сын подошёл, сел рядом.
— Мам, чего такая грустная?
— Устала, сынок. День тяжёлый был.
— На работе опять начальник твой придирается?
— Не придирается. Просто... сложно.
Он обнял меня за плечи. Двенадцать лет, а уже такой взрослый.
— Мам, ты умная. Ты найдёшь что-нибудь получше.
Я погладила его по голове и подумала: а что, если он прав? Может, хватит терпеть?
На следующий день зашла в отдел кадров, спросила про вакансии. Кадровик, Марина, посмотрела на меня с удивлением.
— Свет, а что случилось? Ты же у Игоря Михайловича работаешь.
— Хочу попробовать что-то другое. Есть варианты?
Она полистала бумаги.
— Ну, есть вакансия помощника юриста в договорном отделе. Но там требования высокие — образование, опыт работы с документами.
— У меня образование юридическое. Заочно закончила в прошлом году.
— Серьёзно? А почему секретарём работаешь?
— Так получилось. Надо было срочно устроиться, взяли сюда.
Марина задумалась.
— Давай я с начальником отдела переговорю. Может, возьмут.
Через неделю меня пригласили на собеседование. Начальник договорного отдела, Алексей Иванович, оказался мужчиной лет пятидесяти, спокойным, с внимательным взглядом.
— Светлана, расскажите, почему вы хотите сменить должность.
Я выдохнула.
— Хочу развиваться. Секретарская работа — это хорошо, но я могу больше. У меня юридическое образование, я разбираюсь в договорах, хочу применять знания.
— А ваш нынешний руководитель в курсе?
— Нет пока. Хотела сначала понять, есть ли возможность.
— Понятно. У нас действительно много работы, нужен человек, который быстро вникает в суть. Готовы к переработкам?
— Готова.
— Хорошо. Дам вам тестовое задание. Вот договор, проверьте, найдите ошибки и несоответствия. На это у вас два дня.
Я забрала папку, вышла окрылённая. Вечером засела за договор. Читала, выписывала замечания, проверяла по законодательству. Сын приносил мне чай, шутил, что я как настоящий юрист теперь.
Через два дня сдала работу. Алексей Иванович проверил, кивнул с одобрением.
— Хорошо. Очень хорошо. Нашли всё, даже больше, чем я ожидал. Берём вас. Оформим перевод на следующей неделе.
Я чуть не запрыгала от счастья, но сдержалась.
— Спасибо огромное. Не подведу.
Теперь надо было сказать Игорю Михайловичу. Зашла к нему в кабинет вечером, когда офис почти опустел.
— Игорь Михайлович, можно на минутку?
— Да, заходите. Что там?
— Я хотела сообщить, что перехожу в другой отдел. С понедельника буду работать помощником юриста в договорном.
Он поднял голову, уставился на меня.
— В смысле перехожу? Вы что, серьёзно?
— Да. Мне предложили, я согласилась.
— Света, вы понимаете, что это ошибка? Вы хороший секретарь, зачем вам эти эксперименты?
— Это не эксперимент. Я хочу развиваться.
Он откинулся на спинку кресла, скрестил руки на груди.
— Ну-ну. Посмотрим, как вы там справитесь. Договорной отдел — это не шутки, там серьёзная работа.
— Справлюсь.
— Если что, назад не возьму. Учтите.
— Учту, — я развернулась и вышла.
В договорном отделе было тяжело. Работы навалом, сроки жёсткие, ответственность огромная. Но мне нравилось. Я чувствовала, что занимаюсь делом, что моя голова работает, что я расту.
Алексей Иванович оказался отличным руководителем. Объяснял, помогал, не ругал за ошибки, а разбирал их вместе со мной.
— Светлана, вот здесь вы упустили момент. Смотрите, по закону этот пункт нужно формулировать иначе, чтобы избежать двойного толкования.
— Ага, понятно. Спасибо.
— Ничего, учитесь. Главное — не бояться ошибаться. Ошибки — это опыт.
Я впитывала знания как губка. Читала законы, изучала судебную практику, советовалась с коллегами. Через полгода уже вела собственные проекты, готовила договоры самостоятельно, консультировала клиентов.
Игорь Михайлович несколько раз встречал меня в коридоре, здоровался сдержанно, смотрел с каким-то недоумением. Будто не верил, что я всё ещё здесь.
Однажды он зашёл в наш отдел, попросил Алексея Ивановича помочь с договором. Я как раз сидела рядом, разбирала документы.
— Алексей Иванович, у меня тут сложный случай. Клиент хочет особые условия прописать, я не уверен, как юридически грамотно оформить.
— Давайте посмотрю. Светлана, помоги, пожалуйста.
Я взяла договор, прочитала, увидела сразу несколько проблем.
— Игорь Михайлович, тут нужно добавить пункт о распределении рисков и прописать порядок изменения условий. Иначе при возникновении споров будет неясно, кто отвечает.
Он смотрел на меня так, будто видел впервые.
— А... да, наверное. Можете помочь это оформить?
— Конечно. К вечеру подготовлю проект, вышлю вам на почту.
— Спасибо.
Он ушёл, а Алексей Иванович улыбнулся.
— Вот видите, как выросли. Теперь уже сами консультируете.
— Да, приятно, — призналась я.
Вечером отправила Игорю Михайловичу исправленный договор. Он ответил коротко: «Спасибо, хорошая работа».
Прошло ещё несколько месяцев. Компания росла, открывали новый филиал, искали руководителя юридической службы. Алексей Иванович подошёл ко мне как-то после совещания.
— Светлана, я хочу рекомендовать вас на должность руководителя юридической службы филиала. Справитесь?
Я опешила.
— Я? Руководителем? Но у меня опыта всего год...
— Опыт не в количестве лет, а в качестве работы. Вы за этот год сделали больше, чем некоторые за пять. Вы ответственная, внимательная, умеете работать с людьми. Как раз то, что нужно.
— А генеральный директор одобрит?
— Уже одобрил. Осталось только ваше согласие.
Я стояла, переваривая информацию. Руководитель. Своя служба. Ответственность за людей, за результат.
— Я согласна.
— Отлично. Со следующего месяца приступайте. Будете курировать юридическую службу филиала, в подчинении трое специалистов. И ещё координировать работу с головным офисом по договорам.
— То есть я буду взаимодействовать с отделами головного офиса?
— Да. В том числе с коммерческим отделом Игоря Михайловича.
Я усмехнулась. Вот это поворот.
Первый рабочий день на новой должности начался с планёрки. Собрались руководители всех служб филиала, директор филиала представил меня.
— Коллеги, это Светлана Викторовна, руководитель нашей юридической службы. Все договорные вопросы теперь через неё.
Все поздоровались, я кивнула. А потом на экране появился Игорь Михайлович — подключился по видеосвязи из головного офиса.
— Добрый день, коллеги. Давайте обсудим план работы на квартал.
Директор филиала кивнул мне.
— Светлана Викторовна, расскажите, как организована работа юридической службы.
Я включила камеру, посмотрела в экран. Игорь Михайлович смотрел на меня, и лицо его было красноречивым — смесь удивления и растерянности.
— Добрый день. Юридическая служба филиала занимается проверкой и подготовкой всех договоров, консультированием по правовым вопросам и взаимодействием с государственными органами. У нас трое специалистов, работаем в тесной связке с головным офисом. По всем договорам, которые готовит коммерческий отдел, будет обязательная юридическая экспертиза.
— То есть все наши договоры будут проходить через вас? — уточнил Игорь Михайлович.
— Да, именно. Чтобы избежать ошибок и рисков для компании.
— Понятно.
Планёрка продолжилась, обсудили задачи, распределили зоны ответственности. После совещания директор филиала подошёл ко мне.
— Светлана Викторовна, отличное начало. Вижу, что вы уверены в себе.
— Стараюсь. Есть волнение, конечно, но справлюсь.
— Уверен. Кстати, Игорь Михайлович попросил созвониться с вами отдельно. Хочет обсудить процесс согласования договоров.
— Хорошо, свяжусь с ним.
Вечером позвонила Игорю Михайловичу. Он взял трубку не сразу, голос был натянутый.
— Да, Светлана, слушаю.
— Игорь Михайлович, вы хотели обсудить процесс согласования договоров?
— Да. Я хотел уточнить, насколько жёсткими будут ваши требования. Понимаете, у нас коммерческий отдел, нам важна скорость. Клиенты не любят ждать.
— Понимаю. Но скорость не должна идти в ущерб качеству. Мы будем проверять договоры в течение одного рабочего дня, если они составлены корректно. Если есть серьёзные ошибки — вернём на доработку с комментариями.
— А если мы не согласны с вашими комментариями?
— Тогда обсудим. Я всегда открыта к диалогу. Но окончательное решение о рисках принимает юридическая служба. Так положено по регламенту компании.
Он помолчал.
— Хорошо. Будем работать.
— Игорь Михайлович, я понимаю, что вам непривычно. Но мы в одной лодке. Моя задача — не усложнить вам жизнь, а защитить компанию от проблем.
— Посмотрим, как это будет на практике.
Связь прервалась. Я откинулась на спинку кресла, улыбнулась. Вот так вот.
Первая неделя была боем. Игорь Михайлович присылал договоры, мы находили ошибки, возвращали на доработку. Он звонил, спорил, доказывал, что всё нормально. Я терпеливо объясняла, показывала нормы закона, приводила примеры из судебной практики.
— Игорь Михайлович, если мы оставим этот пункт в таком виде, клиент сможет в суде оспорить условия оплаты. Нам это нужно?
— Ну... наверное, нет.
— Вот именно. Давайте перепишем так, чтобы было однозначно.
Он ворчал, но переписывал. Постепенно качество договоров улучшилось, возвратов стало меньше.
Однажды он прислал договор вечером, написал: «Срочно, клиент ждёт, нужно завтра утром». Я открыла, просмотрела. Всё чисто, грамотно составлено, без ошибок.
Ответила: «Отлично. Согласовано. Можете отправлять клиенту».
Через полчаса он позвонил.
— Светлана, правда всё нормально? Без замечаний?
— Да, всё отлично. Вы хорошо поработали.
— Спасибо. Я старался учесть все прошлые комментарии.
— Видно. Так держать.
Повисла пауза.
— Светлана, можно вопрос?
— Конечно.
— Вы... вы на меня не в обиде? За те слова, что я тогда сказал?
Я помолчала, вспоминая.
— Знаете, Игорь Михайлович, обижаться на прошлое — это тратить силы впустую. Те слова задели, да. Но они же и подтолкнули меня двигаться дальше. Так что в каком-то смысле я вам даже благодарна.
— Я был не прав. Прошу прощения.
— Принято. Давайте просто работать нормально, без старых обид.
— Давайте.
С того дня всё пошло проще. Мы нашли общий язык, научились договариваться, работать в одной команде. Игорь Михайлович стал прислушиваться к моим советам, я старалась не затягивать согласования без необходимости.
Однажды он написал мне в мессенджер: «Светлана, у меня сложный клиент, никак не можем условия согласовать. Можете подключиться к переговорам, помочь?»
Я приехала в головной офис, зашла в переговорную. Клиент сидел напряжённый, Игорь Михайлович выглядел уставшим.
— Добрый день, — я протянула руку клиенту. — Светлана, руководитель юридической службы. Давайте разберёмся, в чём проблема.
Два часа мы обсуждали условия, искали компромиссы, переписывали спорные пункты. В итоге договорились. Клиент ушёл довольный, Игорь Михайлович выдохнул с облегчением.
— Спасибо. Вы меня спасли.
— Не за что. Это моя работа.
Он посмотрел на меня, улыбнулся.
— Знаете, я правда рад, что вы тогда не послушались меня. Что ушли из секретарей. Вы оказались гораздо большим специалистом, чем я думал.
— Все мы чего-то стоим, Игорь Михайлович. Просто не всегда сразу видно.
— Согласен. Я тогда ошибся. Сильно ошибся.
Мы вышли из переговорной, он проводил меня до выхода. На прощание пожал руку.
— Удачи вам, Светлана Викторовна. И спасибо, что не держите зла.
— Взаимно.
Я шла к машине и думала: вот так и бывает. Тот, кто казался непробиваемым, признаёт ошибки. Тот, кого считали максимум секретаршей, становится руководителем. Жизнь полна поворотов, и никогда не знаешь, чем закончится история.
Главное — не останавливаться. Не верить тем, кто пытается тебя ограничить. Идти вперёд, даже когда страшно и непонятно. Потому что каждый из нас способен на большее, чем кажется со стороны.
Просто нужно поверить в себя. И тогда даже обидные слова превратятся в топливо для движения вперёд. А те, кто говорил эти слова, однажды сами признают: они ошибались.