Юлия Гусь | Между Случаем и Судьбой

– Мам, убери раскладушку до приезда Миши. Если он увидит её на кухне, начнёт спрашивать, почему ты не спишь у себя дома. Я отложила нож. Передо мной лежали недорезанные овощи для салата, на плите остывала кастрюля. Раскладушка стояла между столом и холодильником. С утра я не успела её сложить: Оля попросила сначала вымыть посуду и заняться ужином. – Он всё равно узнает, что я здесь ночевала, – сказала я. – Мне не нравится делать вид, будто я каждый вечер уезжала домой. Оля взяла с подоконника полотенце и начала протирать сухую чашку...

– Приглашение маме пока не отправляйте, – сказал папа, едва я снял куртку. – Сначала поговори с Томой. Я пришёл к ним как раз из-за приглашений. Мы с Катей составили список гостей и хотели понять, сколько мест понадобится за семейными столами. Лист лежал у меня в кармане, сложенный пополам. После папиных слов доставать его я не спешил. – Мама уже знает, когда свадьба, – ответил я. – Что именно я должен с ней обсуждать после разговора с Томой? Папа позвал жену из кухни. Тома вошла с полотенцем в руках и посмотрела на меня так, будто я опоздал на встречу, которую сам назначил...

– Если этой ночью опять застучит, завтра отвезу первые коробки, – сказал Стёпа, едва войдя в квартиру. Надя выглянула из кухни. Муж стоял в прихожей с пакетом продуктов и прислушивался, хотя в квартире было тихо. На коврике возле его ботинок сидел Фома, рыжий кот, и тоже смотрел в сторону кухни. – Коробки ещё не собраны. И ты опять говоришь так, будто уже решил за нас обоих. Стёпа поставил пакет на тумбу. Он устал спорить о переезде, и Надя это видела. Стук начинался обычно поздно вечером: несколько сухих ударов с перерывами, словно кто-то пробовал гвоздём стену...

– Ты вчера сказал, что собеседование будет после обеда. Зачем уходишь с утра? Стас застёгивал рубашку перед зеркалом в прихожей. На мой вопрос он ответил не сразу: сначала поправил воротник, потом взял с полки ключи. – Попросили приехать раньше. Я тебе говорил, что у них всё время меняется расписание. Не жди меня к обеду. Я подала ему куртку. Сама уже была одета и посматривала на часы: до первого подъезда мне идти пятнадцать минут, а впереди ещё три. Стас заметил, что я тороплюсь, поцеловал меня в щёку и вышел...

– Подожди, почему ты просишь деньги, но не называешь даже имени женщины, которая ходит к маме? Вика так резко выдохнула в трубку, будто я застала её за делом, которое она давно откладывала. – Мы же договаривались помогать поровну! За месяц работы сиделки твоя половина — тридцать тысяч. Я каждый день возле мамы, а ты теперь ещё проверять меня собралась? Я стояла у кассы в магазине и уже собиралась положить покупки на ленту. Пришлось отойти в сторону. О том, что сестра нашла сиделку, я знала. О том, что та уже приступила к работе и за неё нужно отдать такую сумму, слышала впервые...