Говорят, «счастье не в деньгах, а в их количестве». Предлагаю на примере несметных богатств Ивана Базанова разобраться какова доля шутки в этом афоризме. И не только в этом. Как были заработаны базановские миллионы, на что тратились, какой след оставили и сколько счастья принесли своим владельцам? Будем разбираться.
Рождение базановских миллионов
Чтобы разбогатеть, нужно оказаться в нужное время в нужном месте – это первый урок биографии Ивана Ивановича Базанова. В 1850-ые годы он приехал в Иркутск из Перми, будучи купцом 2-й гильдии. В это время в Сибири шла «золотая лихорадка», начавшаяся в 1830-ые годы. Базанов вложил свои капиталы в «Желтухтинское золотопромышленное товарищество», совладельцами которого были Михаил Сибиряков, Иннокентий Трапезников и Яков Немчинов. В 1856 году у товарищества было 4 прииска, а в 1863 уже около 25. Таким образом, Базанов попал во вторую волну золотодобытчиков, которые поставили промысел на промышленные рельсы.
В марте 1864 года компаньоны организовали «Ленско-Витимское пароходство», предназначенное для перевозки рабочих и различных грузов, в феврале 1865 года - «Прибрежно-Витимскую компанию» для разработки приисков, а в ноябре - «Компанию Промышленности в разных местах Восточной Сибири». С 1872-1896 гг. на приисках этих компаний добывалось около 300 пудов (4,9 тонн) золота в год.
Кроме этого, регулярные доходы Базанову приносили торговля с Китаем, производство соли (в 1876 году взял в аренду Иркутский солеваренный завод), винокурение (имел пай Вознесенского винокуренного завода), ростовщичество (давал в долг под высокие 12-18% годовых), снабжение приисков товарами. Отсюда выводим второй урок – не следует все яйца держать в одной корзине.
Не упускал своей выгоды Иван Базанов и в делах семейных. Свою младшую дочь Екатерину он удачно выдал замуж за камергера царского двора П.А. Сиверса. Влиятельные родственные связи позволили купцу войти в высшие дворянские круги Иркутской губернии. В 1874 и в 1876 годах он баллотировался на пост городского головы.
Своего сына Петра Базанов женил на Юлии Лявдонской, дочери бедного офицера. В раннем детстве девушка лишилась родителей и воспитывалась дедом, окончила Иркутский институт (Девичий институт Восточной Сибири). По некоторым сведениям, её однокашницей и подругой была Екатерина Базанова, что и предопределило знакомство будущих супругов.
К началу 1880-х годов состояние Ивана Базанова оценивалось в 15 млн. рублей. В пересчёте на современные деньги это 192 миллиарда. Он входил в число богатейших людей России и, как и многие из них, тратил огромные средства на благотворительность.
В 1872 году 5-я Солдатская улица Иркутска была переименована в Базановскую (ныне – улица Богдана Хмельницкого). Это было выражением благодарности за благотворительность. В докладе министру внутренних дел генерал-губернатор Восточной Сибири в 1871-1874 гг. Н. П. Синельников писал: «…Базанов во время моего управления краем пожертвовал на устройство Учительской семинарии, которая уже устроена, 25 000 руб.; Технического училища, Детского сада и Воспитательного дома – 60 000 руб.; на постройку театра – до 20 000 руб., и на вышеозначенные совершенно необходимые надобности…», так же пожертвовал 10 000 руб. на устройство больницы и 10 000 руб. на исправление ветхих строений беднейших жителей города. Крупное пожертвование было сделано Базановым и в 1879 году – 50 000 руб. на помощь погорельцам города. По подсчётам краеведов всего пожертвования в 1860–1880-е составили около 500 тыс. рублей (примерно 3% от общего капитала).
Но есть и другая оценка деятельности золотопромышленника-миллионщика Ивана Базанова. Писатель, путешественник, бунтарь, «Президент автономной Сибирской республики» Григорий Иванович Потанин (1835-1920) называл его «рабовладельцем». И не без оснований: на приисках широко применялся труд каторжан, а монопольная поставка продуктов по сверхзавышенным ценам лишала большинство промысловиков возможности скопить заработанное. Однако, были и те, кому удавалось, отработав на приисках несколько лет, накопить достаточно денег, чтобы построить на родине дом, купить лошадь, корову и все необходимое.
В конце жизни Иван Базанов мог быть собою доволен: заработал миллионы, оставил о себе память в добрых делах. Но ложка дёгтя всё же была. Кому передать свои капиталы? Этот вопрос был не простым, ведь дети умерли, а из наследников - единственная внучка, да и та ягоза-подросток.
Думаю, много бессонных ночей провёл Иван Иванович, размышляя над дальнейшей судьбой своих богатств. В итоге он принял следующее решение: завещал капиталы своему зятю графу Петру Сиверсу (мужу умершей дочери Екатерины), своей невестке Юлии Базановой (жене умершего сына Петра) и её дочери Варваре, на которую, как на единственную кровную наследницу, возлагал большие надежды.
«Прошу и умоляю опекунов внучки моей Варвары, ради Господа Бога нашего, воспитывать её в страхе Божием, беречь и научать добру», - завещал Иван Иванович Базанов. А девочке на тот момент было около 12 лет. В таком возрасте характер уже заложен и понятен, тем более в те времена, когда взросление наступало раньше. Видимо, что-то вызывало беспокойство деда в её натуре. Как в воду глядел…
В 1892 году Пётр Сивер умер. Основная часть капиталов после его смерти перешла Юлии Базановой и её дочери Варваре. Распорядились миллионами они по-разному…
Наследники базановских миллионов. Юлия Базанова - благотворительница
В руках у Юлии Ивановны сосредоточилось огромное денежное состояние, только в начале 1890-х годов ею единовременно из Иркутска в московский банк было переведено 8 млн. рублей. Потрачены они были на благотворительную деятельность, которой Юлия Базанова посвятила всю оставшуюся жизнь. Список её пожертвований впечатляет:
- построен Воспитательный дом на 75 младенцев
- при Воспитательном доме были открыты амбулатория и родильное отделение на 200 рожениц
- на свои средства содержала Иркутское географическое общество
- финансировала мероприятия, посвящённые 300-летию присоединения Сибири к России
- оказывала помощь раненым и больным воинам
- состояла в женском отделении иркутского губернского тюремного комитета
- помогала учащимся сибирякам в Петербурге и в Москве
- передала 150 000 рублей на устройство в Иркутске бактериологической пастеровской станции
- по просьбе Льва Толстого оплатила переезд семей кавказских духоборов в Канаду
- построила в Москве первую в России специализированную Клинику болезней уха, носа и горла
- финансировала научные исследования и выпуск научных периодических изданий
- оборудовала столовую для студентов и курсисток на Б. Царицынской улице в Москве
- участвовала в сооружении Психиатрической больницы им. Н.А. Алексеева в Москве
- участвовала в постройке церковноприходской школы и часовни Святителя Николая Мирликийского в Ялте
и это неполный список…
Император Николай II оценил по заслугам труды Юлии Ивановны на благо Отечества, наградив золотой медалью на Анненской ленте «За усердие».
При этом современники отмечали её невероятную скромность: «Всегда одетая в темное платье, скромная и даже застенчивая, она не любила, когда ей целовали руку».
В 1909 году Юлии Ивановне присвоили звание почетного гражданина города Иркутска, её портрет украшал зал заседаний Иркутской городской думы.
В Москве Юлия Ивановна Базанова жила на Моховой улице, в доме №6, в трёх минутах ходьбы от Кремля. В этом доме в 1930-40-ые годы будет размещаться Государственный литературный музей, руководимый В.Д. Бонч-Бруевичем. По его поручению А. Ходневым была составлена справка о бывшей владелице дома, состоявшей в переписке с Львом Николаевичем Толстым. В справке есть интересная и значимая информация: «Насчитывают, что Ю.И. Базанова за свою жизнь пожертвовала на разные благотворительные, учёные и общественные дела свыше 10 миллионов…», «Жертвуя свои большие средства на добрые дела, Ю.И. Базанова никогда этого не подчеркивала, о них не разглашала и очень не любила какой-либо гласности и официальности, наоборот, помогала и благодарила с редкой скромностью и простотой».
От дел общественных перейдём к делам семейным. В Москве Юлия Ивановна проживала с середины 1880-х годов. Среди её близких знакомых и родственников особое место занимала семья Фердинанда Каспаровича Кельха помощника директора учительской семинарии военного ведомства. Дети Фердинанда Кельха – Анна, Николай, Александр, Амалия, Михаил, Владимир и Сергей – взрослели на глазах Юлии Ивановны. А младшие из них нередко играли с Варварой, дочерью Базановой. Пройдут годы, и Юлия Ивановна станет крестной матерью сына Амелии, а до этого, в 1892 году, выдаст свою единственную дочь Варвару замуж за Николая Кельха.
Забегая вперёд, отмечу, что дела золотоносных рудников, которыми владела Юлия Ивановна Базанова, постепенно приходили в упадок, но отказываться от благотворительности она не хотела. В 1906 году ей пришлось продать свой дом на Моховой. На средства, вырученные от продажи дома, она доживала свой век, продолжая помогать неимущим. Умерла Ю.И. Базанова в 1924 году на руках Кельхов. Похоронили её на Введенском кладбище. Долгое время могила считалась утраченной, но усилиями журналистов иркутского ТВ и сотрудников Иркутского исторического музея, она была найдена. Оказалось, что Юлия Ивановна была похоронена рядом с Николаем Кельхом, первым мужем дочери, под сводами ажурной часовни, возведённой по её же заказу в 1911 году московским архитектором Львом Кекушевым. Плачевный вид часовни-склепа объяснятся тем, что она долгое время использовалась для хранения кладбищенского инвентаря.
Была ли счастлива в конце жизни некогда богатейшая женщина Российской империи? Возможно, ведь она исполнила своё предназначение – помогать нуждающимся. И счастье для неё было не в том, чтобы обладать миллионами, а в том, чтобы отдавать их на благое дело. Многое из построенного на её деньги существует до сих пор. Но и здесь без ложки дёгтя не обойтись, ведь рядом с ней не было единственной дочери…
Варвара Базанова пыталась найти свой собственный путь. И пролегал он вдали от матери, вдали от дочерей, вдали от России.
Наследники базановских миллионов. Варвара Базанова-Кельх – расточительница
Варвара, внучка Ивана Ивановича Базанова и наследница его миллионов, в 1892 году вышла замуж за Николая Фердинандовича Кельха из бедной, но дворянской семьи, став баронессой Кельх.
О биографии Николая Кельха известно немного. Учился в университете, в 1886 и в 1889 годах был помощником присяжного поверенного Московской судебной палаты, вёл активную деятельность в Обществе для пособия нуждающимся студентам Императорского Московского университета, а с 1889 по 1892 годы избирался секретарем этого Общества.
У счастливой пары родилась дочь Юленька. Но брак оказался недолгим, в 1893 году 33-летний глава семьи тяжело заболел и вскоре умер.
Младший брат Николая Александр оказал поддержку и помощь молодой вдове, они сблизились и вскоре поженились. Александр обожал, боготворил свою жену, она же снисходительно разрешала ему быть подле. Виделись супруги редко. Варвара Петровна жила в Москве на Моховой, а Александр Кельх, будучи на военной службе в чине корнета Отдельного корпуса под командованием министра финансов графа Ф. Ю. Витте, проживал в Санкт-Петербурге на Большой Морской, 53 и "состоял для поручений" при командире корпуса Александре Дмитриевиче Свиньине.
Вскоре Кельх покинут военную службу, чтобы стать управляющим делами своей жены. Он предпринимал настойчивые усилия добиться расположения Варвары Петровны. Дарил ей на Пасху яйца Фаберже. Это сделало Варвару Базанову-Кельх обладательницей самой большой, за исключением императорской, частной коллекции из семи пасхальных яиц работы мастерской Карла Фаберже.
Варвара Петровна обожала драгоценности, предпочитала ювелирные украшения от французской фирмы Бушерон и являлась её постоянным клиентом около 35 лет.
В надежде на воссоединение семьи, Александр в 1896 году купил участок земли с домом в Санкт-Петербурге, превратив его в царство готической и всякой другой роскоши. Так, один из каминов особняка, изготовленный скульптором Марией Диллон для Белой комнаты, представлял собой многометровую композицию из каррарского мрамора и стоил 300 тыс. рублей. А для Готической комнаты был заказан в мастерской Фаберже серебряный сервиз стоимостью 125 тыс. рублей. Окна в особняке были украшены витражами, в том числе с портретами хозяев.
Несмотря на невероятную роскошь, новый дом Варваре Петровне не полюбился.
В 1905 году произошло странное событие, Варвара буквально одним днём резко меняет свою жизнь: бросает семью и взяв с собой деньги и наиболее ценные вещи (коллекцию яиц Фаберже) уезжает во Францию. Юлии Ивановне она пишет: «Матушка, человек вы добрейший, позаботьтесь о детях моих». Мужу же сообщает, что всю жизнь любила только его брата, что их женитьба была ошибкой, что вся жизнь у неё пошла наперекосяк.
Старшая дочь Варвары Петровны Юлия в 1914 году в своём дневнике сделала такую запись: «Папа матери изменял всё время супружеской жизни, портил ей существование, и всё же по-своему любил ее. Теперь развод его как-то пришиб. И как нарочно теперь сидим без денег!»
Им, действительно, пришлось туго. Золотые прииски перешли к «Лензолоту». Чтобы рассчитаться с долгами продали особняк. По неизвестной причине умерли младшие дочки Екатерина и Мария. А потом революция. Старшая дочь Юлия уехала с мужем в Японию, Александр Кельх женился, поселился в коммунальной квартире, маялся в поисках работы, не гнушался торговать папиросами. В 1930-е годы был арестован и сгинул в лагерях.
Варвара Петровна же поселилась в Париже, сначала жила в отелях «Континенталь» и «Бристоль», а затем стала снимать квартиры. В 1916 году она занимала квартиру на Дю Парк Монко с годовой стоимостью аренды 14 000 франков. Бывала в Баден-Бадене, Версале, Монте-Карло, в 1918 году оформляла документы для поездки в Лондон, чтобы встретиться с дочерью.
Драгоценные камни по-прежнему оставались её страстью. Варвара Петровна покупала бриллианты, рубины, изумруды, сапфиры и жемчуг. Купленное тут же начинала переделывать или продавала с убытком. Раз в неделю она посещала магазин Бушерона в Париже. Известно, что с 1898 по 1924 годы она оставила у этого ювелира 7 169 000 франков.
Постепенно денег становилось меньше и меньше. Уже к 1920 году Варвара Петровна сдала в ювелирный магазин Моргана на улице де ла Пэ все семь пасхальных яиц работы Фаберже.
В 1948 году она уже проживала в общине Сент-Женевьев-де-Буа.
Страдавшая сильной формой деменции, потерявшая память Варвара Петровна Кельх, внучка Ивана Ивановича Базанова, окончила свой земной путь 12 ноября 1959 года в возрасте 87 лет. Она была похоронена на кладбище обители Сент-Женевьев-де-Буа.
Базановские миллионы: Иван Иванович их заработал, наследницы их растратили, Юлия Ивановна - на благотворительность, её дочь Варвара Петровна – на роскошную жизнь. Кому-то из них миллионы принесли счастье? Или «за деньги счастье не купишь»? Делитесь своим мнением в комментариях.
А моё мнение такое: герои статьи умирали счастливыми, каждый по-своему.
Иван Базанов был счастлив видя плоды своего труда. Он начинал, когда Россия была сплошь лапотной, а в конце жизни застал уже преобразившейся, в том числе, благодаря ему. Для делового человека, на мой взгляд, это счастье.
Юлия Ивановна – скорее, нет. Для неё смыслом жизни была помощь нуждающимся. Базановские миллионы помогли ей реализоваться. Но отъезд дочери, смерть внучек, тяготы революции и гражданской войны могли подорвать веру в доброе и светлое, обесценить всё сделанное ею.
Варвара Петровна – это, по-моему, пример попытки купить себе счастье за деньги. Новое колье – восторг, радость, удовольствие, счастье ровно на одну неделю, а потом опять к Бушерону за новой «дозой». Ни работы, ни семьи, ни дома… Не зря дед беспокоился о воспитании своей внучки… Будь он жив, то вразумил бы: «Счастье не ищут, а делают».
Пишите, что вы думаете о судьбе героев статьи, о роли денег в нашей жизни и о счастье, обсудим.
Подписывайтесь, следующая статья будет ещё интересней. С уважением, Конфуз Петра Великого.