В последовавший за смертью Нерона 69-й год в Риме последовательно сменилось четыре принцепса: Гальба, Отон, Вителлий и Веспасиан. Вот о них я и предлагаю поговорить. Почему разговор начат именно сегодня. Ну, допустим день рождения Гальбы – 24 декабря – вполне себе повод.
Простой римский аристократ
Итак, первый из четырех – Сервий Гальба. Жизнь его описана античными авторами. Современным остается лишь повторять и анализировать.
Родился Сервий Сульпиций Гальба 24 декабря 3 года до н.э. (согласно Светонию). Происходил из патрицианской семьи. Отец и дед не отличались воинскими подвигами, были ораторами и адвокатами.
Можно оставить за скобками всевозможные предсказания великого будущего. Как правило, такие предсказания появляются уже после их выполнения. Перейдем сразу к политической и военной карьере.
Гальбе благоволили Тиберий и Ливия. Это определило успешный старт. Светоний пишет: «На государственную службу он поступил раньше срока», но не уточняет, когда именно.
При императоре Калигуле Гальба получил назначение легатом Верхней Германии. Сервий Сульпиций проявил себя поборником дисциплины, чем заслужил похвалу от Калигулы.
Сохранил он положение и при Клавдии, также благоволившем легату. Гальба отправился с принцепсом покорять Британию. Этот успех проложил дорожку к проконсульским полномочиях в провинции Африка.
В общем, все принцепсы последовательно благоволили Гальбе (прошу прощения за склонение имени, но так привычнее). И даже при Нероне Гальбу не коснулись репрессии. Напротив, он получил в управление провинцию Тарраконская Испания.
Мятеж
Однако правление Нерона вызывало всеобщую тревогу у аристократов. Недовольство принцепсом выливалось сначала в придворных заговорах. Их удавалось обезвреживать. И вот в марте 68 года поднял мятеж легат Лугдунской Галлии Виндекс.
К этому звоночку Нерон отнесся еще более или менее спокойно. Бросил против мятежников легионы из Верхней Германии. И буквально через несколько недель Виндекс был разбит и погиб.
Однако к этому мятежу в апреле успел присоединиться и Гальба в Тарраконской Испании. Здесь надо отметить, что Сервий Сульпиций не принял императорского титула. Он демонстративно называл себя лишь легатом сената и римского народа. Этим Гальба как бы обращался к республиканским идеалам прошлого.
Еще не зная, чем завершится дело в Риме, Гальба принялся искать союзников. Это разумно, поскольку в его распоряжении имелся всего лишь один легион – VI Victrix. До своего ухода из Испании новый принцепс успел сформировать еще один – VII Gemina.
К мятежу присоединился наместник Лузитании Отон, в Африке поднял легионы Клодий Макр. Вот это для Нерона был финиш. Может быть, какая-нибудь решительная натура, боец вроде Юлия Цезаря и смог бы не пасть духом, изыскать все средства для продолжения борьбы. Но только не Нерон. Трудности его раздавили.
От Нерона отвернулась даже преторианская гвардия. 8 июня 68 года сенат низложил Нерона и признал принцепсом Гальбу.
Принцепс Гальба
Гальба правил слишком недолго, чтобы можно было четко определить его политику. На монетах он пропагандировал победу во «благо всего рода человеческого», а также «честь» и «добродетель» – это известно. Ну и что? Слова прекрасные, но что с делами?
Появившись в Риме осенью 68 года, Гальба принялся за наведение порядка так, как он его понимал. То есть так же, как когда-то наводил дисциплину в германских легионах. Однако если жестко действовать «во благо всего человечества», то человечество не оценит заботы.
Гальба вернул из ссылки всех, сосланных Нероном. Это прекрасно. Но сподвижники самого принцепса в принципе рассчитывали на посты, которые достались вернувшимся.
Дальше хуже. Примкнувшие к претенденту в самом начале полагали, что тот многое им спустит, закроет глаза на некоторые… гм, скажем так, вольности в обращении с казенными средствами. Гальба глаза не закрыл и принялся строго спрашивать. При этом наиболее близкие к Гальбе сподвижники нарочито погрязали в коррупции, еще больше раздражая обделенных местом у кормушки.
Новые назначения в армии стали получать бывшие сподвижники погибшего Виндекса. А это сильно задевало тех, кто когда-то одержал над ними победу, еще находясь под знаменами Нерона.
И ладно бы Гальба как-то скрасил бы негативный эффект от назначений. Например, по традиции Юлиев-Клавдиев, раздал бы деньги солдатам. Так ведь нет, новый принцепс счел ниже своего достоинства покупать верность за взятки.
Подчиняться принцепсу, сенату и народу Рима – долг каждого гражданина. Ну-ну, идеал прекрасен, но далек от практичности. Особенно в эпоху смуты.
Новый мятеж
И вот результат – 1 января 69 года рейнские легионы отказались присягать Гальбе и провозгласили в Кёльне (Колония Агриппина) императором Авла Вителлия. А ведь в Верхней и Нижней Германиях стояли семь (!) легионов. Огромная сила. Пусть Вителлий командовал только нижнерейнскими легионами – всё равно четыре штуки.
Вителлий немедленно двинул вперед свои легионы. Пусть зима, пусть проход через Альпы затруднен, но ждать нельзя. Иначе Гальба может вызвать легионы с Дуная (шесть штук) и, не приведи Господи, из Сирии.
Одна мятежная колонна под командой Авла Цецины пошла через Сен-Бернар (естественно, это современное название перевала). Другая Фабия Валента двинулась по долине Роны. За Альпами они должны соединиться и дать бой Гальбе. Если, конечно, тому будет кем сражаться при его-то кадровой политике.
В этот критический момент Гальба решает судьбу престолонаследия. Своих сыновей у него не было. Следовательно, речь шла об усыновлении.
И здесь тоже еще можно было сыграть, усыновив кого-нибудь с заметным влиянием, с обширными связями в высших кругах, с материальной силой. Но Гальба 10 января усыновил совсем еще молодого и совершенно невлиятельного Кальпурния Пизона Лициниана.
А ведь намекали принцепсу: усынови Марка Сальвия Отона. Но нет, император, дескать, лучше знает. Ну вот и оттолкнул от себя влиятельного Отона.
Отон не стал колебаться, быстро и благоразумно перекупил преторианцев, и 15 января 69 года они провозгласили его принцепсом. Ну а Гальбу банально убили прямо на форуме. Наш любимый Светоний писал:
«Наконец, один простой солдат, возвращаясь с пайком хлеба, положил свою ношу и отрубил Гальбе голову. Он не мог ухватить ее за волосы, поэтому положил за пазуху, затем всунул ей в рот палец и поднес Отону».
Ну что ж, теперь Отону следовало узнать, какова она – цена быть первым человеком в Риме. Ведь легионы Вителлия бодро маршировали, приближаясь к Италии.
------
Все очерки рубрики "Древний Рим":