Люба училась в колледже и как сирота получала поддержку от государства.
После окончания учебного заведения девушка сразу устроилась в частную типографию. За её обучение профессиональному мастерству взялся молодой менеджер Георгий Разин.
Между молодыми людьми буквально с первого дня завязались романтические отношения, а уже через месяц все только и говорили о предстоящей свадьбе Жорика и Любы.
Когда до торжества оставались считанные дни, жених неожиданно заявил, что не готов к такому серьёзному шагу:
— Люба, мне кажется, что мы с тобой поспешили, ведь мы практически не знаем друг друга, а брак — это на всю жизнь!
Георгий ушёл, а Любаша осталась одна в квартире, которая так и не превратилась в уютное семейное гнёздышко. Всего через пару месяцев Жора подал заявление в ЗАГС с дочкой местного бизнесмена. С тех пор над Любой стали посмеиваться:
— Вон, пошла наша невеста без места!
Правда, подобные высказывания говорились вполголоса и без злости. Единственным человеком, который радовался неудачам девушки, была её собственная тётка.
Но родственница умела всё так перевернуть, что Любаша оказывалась виноватой даже в том, чего никогда не делала. Возвращение Любы вызвало шок у Константина. Минуты две он стоял, застыв в дверном проёме, и лишь когда двоюродная сестра щёлкнула пальцами перед его носом, родственник пришёл в себя:
— Любка, ты чего?
— В смысле? — невозмутимо спросила ночная гостья.
Костя почесал чуть пониже поясницы:
— В самом прямом смысле, чего ты явилась среди ночи?
Женщина небрежно усмехнулась:
— Костя, если ты не забыл, могу напомнить, что это моя квартира, поэтому я имею полное право являться в свой дом тогда, когда захочу. Что ты встал шлагбаумом? Пропусти!
Любаша вместо тарана решила использовать набитый под завязку чемодан. Вторым номером была сумка, чуть поменьше объёмом. Константину поневоле пришлось отпрыгнуть в сторону. Он в немом ужасе наблюдал за происходящим, бормоча под нос:
— Как же так? Хоть бы предупредила нас!
Потом Костя замолк, понимая, что не может воспрепятствовать произволу, устроенному двоюродной сестрой. Только после того, как Люба закрыла дверь квартиры, она с облегчением заметила:
— Ну, вот я и дома. Осталось только хорошенько выспаться, и с завтрашнего дня можно начинать новую жизнь.
У родственника снова прорезался голос. Планы хозяйки жилплощади вызвали у Кости новую волну возмущения:
— Любка, ты как снег на голову среди лета, могла бы предупредить! Где ты собираешься спать? Ведь на текущий момент все плацкартные места заняты!
Хозяйка ответила, не задумываясь:
— Кустик, я в своей комнате устроюсь, на любимом диване.
Мужчина сорвался на фальцет:
— Ты дура, а мы куда с Маринкой денемся?
— Устроитесь на полу и советую вам поторопиться с поиском другого жилья.
Константин задыхался от возмущения, а его глаза пытались вылезти за пределы орбиты. Не обращая внимания на мучения двоюродного брата, Люба направилась к комнате, в которой прошли самые лучшие и самые тревожные годы её жизни.
Но внезапно дверь распахнулась, и из помещения вылетела невестка. Марина смотрелась феерично в сиянии луны, не хватало только метёлки для полноты образа. Не подбирая выражений, невестка стала поливать хозяйку квартиры бранью:
— Ты что, орёшь такая сякая? Чего притащилась среди ночи?
Любаша тоже прошлась по Маринкиной матушке, а потом пояснила:
— В свою квартиру я имею право приходить в любое время суток. А вам давно пора бы съехать отсюда. Шестой год сидите здесь и в ус не дуете. Или вы с Кустиком рассчитывали, что вам просто так, за красивые глаза, здесь обломится?
— Что ты несёшь, убогая? Да у тебя мозги набекрень, как ещё такую ненормальную в типографии держат? Ты же недееспособная!
В порыве гнева Маринка невольно выдала тайный замысел, над которым они с мужем усиленно работали ещё со дня заселения.
Люба подскочила к обидчице.
— Так вот каким образом вы с Костей решили меня лишить квартиры?
Маринка взвыла белугой и попыталась вцепиться зубами в кисть хозяйки. Любаша замахнулась на неё, но в этот момент к женщинам подскочил оправившийся от шока Костя:
— Люба, успокойся! Никто не замышлял против тебя ничего плохого!
Но молодая хозяйка уже разошлась не на шутку:
— Вон из моего дома! Оба!
Она ринулась в прихожую и уже собиралась распахнуть дверь, но Константин твёрдо сказал:
— Люба, ты же не можешь выставить нас на улицу среди ночи, это бесчеловечно! И если мы с Маринкой тебе противны, пожалей хоть Егорку!
Хозяйка часто задышала, потом посмотрела на брата и его жену и тихим голосом произнесла:
— Даю вам неделю на то, чтобы освободить мою жилплощадь. И учтите, что это последний жест доброй воли от меня.
После озвучивания главного требования Любаша вымученно улыбнулась:
— А сейчас всем спать! И убедительно прошу освободить мой диван!
Супруги Клюевы обменялись многозначительными взглядами, но уставшая и обессилевшая после насыщенного событиями дня Любаша уже не обращала внимания на посторонние мелочи. Она рухнула на диван и моментально заснула. Константин поманил жену:
— Марина, пошли на кухню. У меня есть одна мысль.
На всякий случай Марина заглянула в комнату, где спал их одиннадцатилетний сын Егор. Женщина с умилением посмотрела на своё чадо, потом выразительно вздохнула:
— Что теперь с нами будет? Ведь если Любка перекроет нам кислород…
Константин с загадочной улыбкой на лице перебил супругу:
— Не перекроет. У меня есть план, как остаться в этой квартире и одновременно избавиться от Любки.
Константин унаследовал от матери патологическую зависть. Он завидовал всем и каждому, считая себя несправедливо обделённым разными благами. Когда его мать после трагической смерти младшей сестры решила оформить опеку над осиротевшей двоюродной сестрёнкой, шестнадцатилетний Костя заявил:
— Мам, ты что, собираешься задарма горбатиться?
Нина Кондратьевна пыталась объяснить сыну, что забота о племяннице — это её святая обязанность, но Костя был непреклонен:
— За всё в этом мире нужно платить, пусть и Любка отрабатывает нашу с тобой доброту!
Нина Кондратьевна только усмехнулась:
— Не беспокойся, сынок, она заплатит нам по удвоенному тарифу.
Трагическая смерть младшей сестры была не единственным ударом. Так совпало, что несколькими месяцами ранее от Нины сбежал муж. Он снюхался с предпринимательницей из города и исчез, оставив жене и сыну записку:
— Больше нет моих сил терпеть тебя, Нина. Оставляю вам с Костиком всё имущество в обмен на свою свободу.
Так Нина Кондратьевна стала обладательницей просторного дома в пригороде, гаража и машины. Все эти активы она мечтала использовать ради высшей цели — переезда в город. Но смерть Ольги внесла коррективы в планы прагматичной женщины.
— Дом и гараж можно продать, а деньги положить в хороший банк под проценты. Ведь нам с тобой, сынок, сказочно подфартило. И у нас теперь есть городское жильё. На первое время хватит этой убогой квартирки, а потом можно будет улучшить условия.
Расчётливая женщина фанатично верила в свою удачу. Она ежемесячно подсчитывала проценты от вклада, но ушлая тётушка не учла одного — не всем банкам следует доверять.
Спустя всего три года финансовая организация, которую ей настойчиво рекомендовала одна знакомая, вдруг обанкротилась, и Нина Кондратьевна осталась ни с чем. Больше месяца она справлялась с апатией, но жизнелюбивая натура Нины Кондратьевны взяла верх над унынием.
Осталась в душе лишь некоторая неудовлетворённость, которую Нина Кондратьевна изливала на племянницу и её покойную мать:
— Это из-за тебя, Любка, и твоей матушки у меня всё рухнуло. Ради тебя я бросила насиженную жизнь в посёлке и приехала в город. Ведь если бы Ольга не померла, мне бы не пришлось бросать всё и ехать сюда.
В первые годы совместного проживания Люба побаивалась тётку и старалась не злить её, когда та грозно заявляла:
— Любка, хватит без дела прохлаждаться, пошли, поможешь мне!
— девушка молча шла за родственницей к магазину, где работала тётка.
Люба таскала тяжёлые ящики с водкой, убирала на складе, очищала от мусора территорию возле торговой точки. Нина Кондратьевна наблюдала за ней и раздавала команды:
— Любка, консервы в другом углу стоят, не нарушай порядок!
Любила тётушка подстёгивать племянницу крепким словцом:
— Любка, чего ты спишь на ходу? Пошевеливайся, сейчас ещё одна машина с товаром подкатит.
Понятно, что после таких мероприятий девочке было не до учёбы, но эта сторона её жизни мало интересовала тётку:
— Таким, как ты, Любка, достаточно девять классов закончить. Всё равно ты никуда не поступишь. Но даже если и поступишь, у меня нет денег, чтобы учить тебя. Мне своего Костика нужно ставить на ноги.
Люба молча выслушивала тётку, а в душе копилась обида. На зло тётке и её сыночку девушка поступила в колледж, в который пытались попасть даже детки из порядочных семей. Повсеместное внедрение полиграфических услуг сделало эту отрасль популярной, а те, кто оказывал подобные услуги, неплохо зарабатывали.
Иными словами, первоначальный план тётушки потерпел крах. А когда племянница после своего совершеннолетия очень вежливо попросила их очистить квартиру, Нина Кондратьевна была вынуждена вернуться туда, откуда явилась, то есть в посёлок.
Поскольку вырученные от продажи дома деньги были ею самой пущены по ветру, ей пришлось кланяться в ножки средней сестре, которая проживала в глухой деревне. Тамара Кондратьевна сжалилась, но поставила своё условие:
— Нинка, не приведи господи, если замечу, что ты будешь у меня вредительством заниматься. Сразу на улицу выставлю. Не посмотрю, что ты мне родной сестрой доводишься.
Женщина поклялась вершить только добрые дела и во всём помогать сестре, которая в те времена имела довольно приличное хозяйство. Константин выбрал другой путь. Он с горем пополам закончил технический вуз, но не мог прижиться ни на одном месте работы. Марина, молодая жена Костика, лила горькие слёзы и чуть ли не ежедневно приезжала к Любаше, чтобы поплакаться на её плече:
— Люба, не знаю, что и делать. Каждый день голову ломаю над вопросом, на чём ещё можно сэкономить, а у нас ведь ребёнок растёт. Может, мне с Костей развестись и найти мужичка побогаче?
Любаша прониклась чужой бедой и желанием семьи повкуснее пожрать. К тому времени она уже успела получить первый удар от судьбы-злодейки. Она самолично упросила Акулову, директора типографии, чтобы та взяла на работу её двоюродного брата. Немного поломавшись, леди Антоновна согласилась:
— Ладно, пусть приходит твой родственник, посмотрим, на что он способен.
Удивительно, но Константин пришёлся ко двору Акуловой. Первые два года он проработал обычным водителем, а потом леди Антоновна повысила его в должности. Сотрудники типографии шептались, что между начальницей и Костиком что-то есть, но Люба не обращала внимания на подобные сплетни. Она радовалась, что Марина больше не грызёт мужа, а Егорка получает от родителей всё, что даже случайно попадается ему на глаза.
Но помощь с поиском работы — не единственный пример Любашиной доброты.
продолжение